Отрасли естественной монополии: Ошибка 404. Запрашиваемая страница не найдена

Содержание

Миф о «Естественной» монополии Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

УДК 339.13.012.434

Томас ДиЛоренцо [Thomas J. DiLorenzo], профессор экономики The Sellinger School of Business and Management, Loyola College

МИФ О «ЕСТЕСТВЕННОЙ» МОНОПОЛИИ1

Перевод с английского Бориса Львина

В данной статье автор анализирует появление «естественных» монополий в США и приходит к выводу: теория естественной монополии — это экономическая фикция. Ее история сводится к тому, что в конце XIX и начале XXв. в инфраструктурных отраслях имела место ожесточенная конкуренция, что, разумеется, не нравилось самим производителям. Сначала они добились от правительства предоставления им монопольного статуса, а затем при поддержке ряда видных экономистов задним числом было сконструировано обоснование этой монополизации.

Заканчивается статья утверждением о том, что в американской экономике XXIв. для нее места нет.

Есть ли место монополии в российской экономике XXIв.?

Примечание переводчика

Т. ДиЛоренцо в своей статье использует выражения «public utility» (буквально: общественные, т. е. государственные, службы обеспечения) и «natural monopoly» (буквально: естественная монополия). В современном английском языке они, как правило, употребляются как синонимы в значении, близком к русскому выражению «инфраструктурные монополии». При этом оба эти английских выражения неявно подразумевают изначально заданный, природный характер «государственности» и «монополизма» соответствующих отраслей и служб. В предлагаемом переводе русский эквивалент выражения «public utility» в зависимости от контекста будет передан как «инфраструктурная монополия», «общественная инфраструктура» и т. д. В тексте круглые скобки — авторские, в квадратных — приведены названия на английском языке, пояснения переводчика и номера авторских сносок.

1 Оригинал статьи см. на сайте Института Людвига фон Мизеса http://www. mises. org/journals/rae/pdf/R92_3. pdf

Само выражение «общественная инфраструктура» абсурдно. Любое полезное благо полезно «для публики», и практически любое благо… может рассматриваться как «необходимое». Все попытки выделить какие-либо отрасли в качестве «общественной инфраструктуры» абсолютно произвольны и необоснованны.

Мюррей Ротбард. «Власть и рынок»

Введение

Государственные монопольные гарантии большинства так называемых «общественных инфраструктур» [«public utilities»] связаны с тем, что их рассматривают как «естественные монополии» [«natural monopolies»]. Вкратце теория естественных монополий сводится к следующему. Если особенности производственных технологий — например, сравнительно высокие капитальные издержки — при расширении производства в долгосрочной перспективе ведут к сниже-

нию общих издержек, то возникает эффект естественной монополии. В таких отраслях, утверждает эта теория, единственный производитель в конечном итоге сможет обеспечить меньшие издержки, чем два или более производителей, и тем самым это приведет к ситуации «естественной» монополии. Если число производителей на рынке превышает единицу, то это приведет к более высоким ценам.

Более того, утверждается, что конкуренция осложняет жизнь потребителей вследствие строительства параллельных мощностей — имеет место, например, повторное перекапывание улиц для прокладки водопроводных или газопроводных линий. На этом основании предлагается, чтобы государство распределяло лицензии на монопольное оказание услуг в тех отраслях, где средние общие издержки имеют тенденцию снижаться в долгосрочной перспективе.

Представление о том, что вначале экономисты разработали теорию естественной монополии, а потом законодатели стали использовать ее для «теоретического обоснования» выдачи лицензий на монопольное обслуживание, — чистый миф. В действительности такие монополии возникли за много лет до того, как экономисты, выступающие за расширение государственного вмешательства в экономику, сформулировали эту теорию для оправдания задним числом действий правительства. В то время, когда правительства еще только начинали раздавать монопольные лицензии, большинство экономистов прекрасно понимали, что крупномасштабное, капиталоемкое производство не ведет к возникновению монополии, а представляет собой абсолютно необходимый аспект процесса конкуренции.

Слово «процесс» здесь имеет особое значение. Если рассматривать конкуренцию как динамический процесс соперничества предпринимателей, то тот факт, что один из предпринимателей в данный момент времени добился наименьших издержек, сам по себе не будет иметь практически никакого

содержательного значения. Постоянно действующий механизм конкуренции — в том числе потенциальной конкуренции — исключает возможность появления монополии в условиях свободного рынка.

Далее. Теория естественной монополии антиисторична. Не существует никаких свидетельств, подтверждающих, что сюжет «естественной монополии» когда-либо имел место. Не существует ни одного достоверно известного случая, ни одной истории о том, как некий производитель добился низких издержек в долгосрочной перспективе и тем самым установил перманентную монополию. Как будет показано ниже, во многих отраслях так называемых инфраструктурных монополий в конце XIX и начале XX в. существовали в буквальном смысле десятки конкурирующих фирм.

Экономия на масштабе производства [economy of scale] в эпоху лицензий на монопольную деятельность

В конце XIX в., когда местные власти начали раздавать лицензии на монопольную деятельность [franchise monopolies], экономисты полагали, что «монополия» не возникает на свободным рынке, а является результатом правительственного вмешательства, режима лицензий, протекционизма и т. д. Крупномасштабное производство и экономия на масштабе производства рассматривались как положительный результат конкуренции, а не как монопольное зло. Например, Ричард Эли [Richard T. Ely], один из основателей Американской экономической ассоциации — АЭА, отмечал, что «крупномасштабное производство совершенно не обязательно означает монополизированное производство»2. Джон Бейтс Кларк [John Bates Clark], вместе с Эли учре-

2 Ely R. T., Monopolies and Trusts. New York: MacMillan, 1990. P. 162.

ждавший АЭА, писал в 1888 году, что нельзя «поспешно соглашаться» с мнением, будто крупные промышленные концерны [industrial combinations] ведут к «разрушению конкуренции»3.

Герберт Давенпорт [Herbert Davenport] из Чикагского университета в 1919 году утверждал, что в отрасли, где имеет место экономия на масштабе производства, наличие незначительного числа фирм «не означает ликвидации конкуренции»4, а его коллега Джеймс Лофлин [James Laughlin] отмечал, что даже когда «концерн [combination] достигает больших размеров, соперничающий концерн может вступить в самую ожесточенную конкурентную борьбу»5. Ирвинг Фишер [Irving Fisher]6 и Эдвин Селигмен [Edwin R. A. Seligman]7 соглашались, что крупномасштабное производство ведет к конкурентным преимуществам ввиду экономии на рекламе, более низких торговых и транспортных издержек.

По мнению экономистов конца XIX и начала XX в., развитие крупномасштабного производства однозначно шло на пользу потребителю. Ведь без крупномасштабного производства, как пишет Селигмен, «мир вернулся бы к более примитивному уровню благосостояния и практически отказался бы от неоценимых преимуществ, связанных с оптимальным использованием капитала»8. Саймон Паттен [Simon Patten] из Уортонско-го училища [Wharton School при Пенсильванском университете, фактически — экономический факультет этого университета]

3 Clark J. B, Giddings F. Modern Distributive Processes. Boston: Ginn & Co., 1888. P. 21.

4 Davenport H. The Economics of Enterprise. New York: MacMillan, 1919. P. 483.

5 Laughlin J. L. The Elements of Political Economy. New York: American Book, 1902. P. 71.

6 Fisher I. Elementary Principles of Economics. New York: MacMillan, 1912. P. 330.

7 Seligman E. R. A. Principles of Economics. New York: Longmans, Green, 1909. P. 341.

8 Ibid. P. 97.

высказывал сходный взгляд. «Объединение капитала не приносит обществу никакого ущерба… концерны гораздо более эффективны, чем предшествующие им мелкие производители»9.

Франклин Гиддингс [Franklin Giddings] из Колумбийского университета, как практически все экономисты той эпохи, рассматривал конкуренцию примерно так же, как это делают современные экономисты австрийской школы, — как динамический процесс соперничества. Соответственно он делает вывод, что «конкуренция в той или иной форме представляет собой постоянный экономический процесс. Следовательно, когда нам кажется, что рыночная конкуренция подавляется, необходимо разобраться, что произошло с теми силами, которые ее порождали. Более того, необходимо выяснить, в какой степени рыночная конкуренция действительно оказывается подавленной, а в какой — продолжает существовать в иной форме»10. Иными словами, «доминирующая» фирма, с помощью заниженных цен подрывающая всех своих конкурентов, в каждый данный момент времени вовсе не подавляет конкуренцию, так как конкуренция представляет собой «перманентный экономический процесс».

Дэвид Уэллс [David A. Wells], один из самых популярных экономистов конца XIX в., писал, что «мир требует изобилия товаров и требует их дешевизны, а опыт учит нас, что достичь этого можно только с помощью крупномасштабного использования капитала»11. Джордж Гантон [George Gunton] полагал, что «концентрация капитала приводит не к исчезновению мелких капиталистов, а к их интеграции в рамках более сложной и масштабной системы производства,

9 Patten S. The Economic Effects of Combinations // Age of Steel. Jan. 5, 1889. P. 13.

10 Giddings F. The Persistence of Competition // Political Science Quarterly. March 1887. P. 62.

11 Wells D. A. Recent Economic Changes. New York: DeCapro Press, 1889. P. 74.

в рамках которой они могут производить… по более низким ценам для потребителей и с большей доходностью для себя. Концентрация капитала не ведет к разрушению конкуренции, все обстоит ровно противоположным образом. Привлекая больше капитала и применяя усовершенствованную технику, трест может продавать свою продукцию дешевле, чем корпорация, что и имеет место в действительности»12.

Приведенные цитаты дают не случайную выборку, а достаточно всеобъемлющий охват. Как отмечал А. Коутс [A. W. Coats], в конце 1880-х годов в США было всего лишь 10 человек с профессиональным статусом экономиста на постоянной оплате [full-time] (сегодня это может показаться невероятным)13. Таким образом, эти цитаты охватывают практически всех профессиональных экономистов, которые в конце XIX в. могли выступить с мнением о соотношении между экономией на масштабе производства и конкуренцией.

Значение данных воззрений связано с тем, что эти экономисты непосредственно наблюдали процесс становления крупномасштабного производства и не усматривали в нем ничего ведущего к монополии — будь она «естественной» или какой-либо другой. Они понимали — в полном соответствии с духом австрийской школы, — что конкуренция является постоянно возобновляемым процессом и что в отсутствие государственного регулирования, направленного на создание монополий, любое доминирование на рынке неизбежно оказывается преходящим. Такая точка зрения совпадает и с моими эмпирическими исследованиями, в ходе которых выяснилось, что «тресты» конца XIX в. в действительности снижали свои цены и расширяли свое производство быстрее, чем экономика в целом, т. е. они

12 Gunton G. The Economics and Social Aspects of Trusts // Political Science Quarterly. Sept. 1888. P. 385.

13 Coats A. W. The American Political Economy

Club // American Economic Review. Sept. 1961. P. 621 -37.

представляли собой не монопольный, а наиболее динамичный и конкурентный сектор промышленности14. Возможно, именно поэтому протекционистские законодатели и решили нанести по ним удар, сделав их жертвой «антитрестовских» законов.

Экономисты стали поддерживать теорию естественной монополии только после 1920-х годов, когда экономическая наука, пойдя на поводу у сайентизма, стала рассматривать конкуренцию с более или менее инженерной точки зрения. В соответствии с этой точкой зрения отрасли агрегировались в группы, однородные по критерию постоянной, уменьшающейся или возрастающей доходности в зависимости от масштабов производства [return to scale]. В рамках этого подхода структура рынка и соответственно конкурентоспособность определялись соотношениями технического, инженерного характера. Конкуренция стала рассматриваться уже не как поведенческое явление, а как технологическое отношение. Экономисты — за исключением Йозефа Шумпете-ра, а также Людвига фон Мизеса, Фридриха Хайека и других сторонников австрийской школы — перестали обращать внимание на постоянный процесс конкурентного соперничества и предпринимательства.

Насколько «естественными» были ранние естественные монополии?

Не существует абсолютно никаких свидетельств того, что на момент начала государственного регулирования инфраструктурных отраслей [public utilities] имело место такое явление, как «естественная монополия». Гарольд Демсец [Harold Demsetz] указывал:

14 DiLorenzo Th. J. The Origins of Antitrust: An Interest-Group Perspective // International Review of Law and Economics. Fall 1985. P. 73 — 90.

«За один только 1887 год в Нью-Йорке возникло шесть компаний электрического освещения. В 1907 году в Чикаго официальным разрешением на ведение деятельности обладали 45 предприятий электрического освещения. До 1895 года город Дулут, штат Миннесота, обслуживали пять электрических компаний, а в Скрэнтоне, штат Пенсильвания, в 1906 году таких компаний было четыре. В конце XIX в. конкуренция в газовой промышленности [речь идет о газовом освещении улиц. — Прим. пер.] США была самым обычным явлением. К началу 1884 года в Нью-Йорке действовало шесть газовых компаний. Для телефонной промышленности была характерна постоянная конкуренция. В 1905 году только в крупнейших городах как минимум две телефонные компании существовали в Балтиморе, Чикаго, Кливленде, Колумбусе, Детройте, Канзас-сити, Миннеаполисе, Филадельфии, Питтсбурге и Сент-Луисе»15.

Предельно смягчая суть своего высказывания, Демсец формулирует следующий вывод: «Есть основания сомневаться в том, что в то время, когда вместо рыночной конкуренции стали вводить государственное регулирование, в инфраструктурных отраслях имела место экономия на масштабе производства»16.

Крайне поучительный пример отсутствия естественной монополии в инфраструктурных отраслях можно обнаружить в изданной в 1936 году книге экономиста Джорджа Брауна [George T. Brown], озаглавленной «Газовая осветительная компания Балтимора»17. Ее подзаголовок — «Исследование естественной монополии» — не должен вво-

15 Behling B. N. Competition and Monopoly in Public Utility Industries. (1938). In H. Demsetz ed. Efficiency, Competition, and Policy. Cambridge, Mass.: Blackwell, 1989. P. 78.

16 Ibid.

17 Brown G. T. The Gas Light Company of Baltimore: A Study of Natural Monopoly. Baltimore, Maryland: Johns Hopkins University Press, 1936.

дить нас в заблуждение. Книга представляет собой «исследование эволюционного характера инфраструктурных отраслей» в целом с особым упором на Газовую осветительную компанию Балтимора, чьи проблемы «характерны не только для города Балтимора или штата Мэриленд, но и для всех инфраструктурных отраслей [public utility industry] в целом»18.

История Газовой осветительной компании Балтимора занимает особое место в истории естественных монополий как в теоретическом, так и в практическом плане. Влиятельный экономист Ричард Эли, профессор экономики Университета Джона Гопкинса (Балтимор), посвятил проблемам этой компании целую серию статей в газете «Балтимор Сан», которые позже были изданы книгой и стали весьма популярны. Большая часть анализа Эли в области теории естественной монополии стала общепризнанной догмой экономистов.

Суть истории Газовой осветительной компании Балтимора состоит в том, что с самого своего основания в 1816 году она непрерывно боролась с конкурентами. Борьбу эту она вела не только на рыночном пространстве, но и среди властей города и штата — с тем, чтобы они перестали выдавать корпоративные лицензии ее конкурентам. В деятельности компании имела место экономия на масштабе производства, но это не мешало возникновению многочисленных конкурентов.

«Конкуренция — это жизнь бизнеса», — утверждала в 1851 году «Балтимор Сан» в своей редакционной статье, приветствуя сообщения о появлении нового конкурента в области газового освещения19. Однако Газовая осветительная компания Балтимора возражала против того, чтобы новая компания получила соответствующие разрешения20.

18 Ibid. P. 5.

19 Ibid. P. 31

20 Ibid.

Браун утверждает, что «в других городах газовые компании подвергались разрушительной конкуренции», после чего рассказывает, как эти же самые компании прилагали все усилия, чтобы выйти на рынок Балтимора. Но если конкуренция была настолько «разрушительной», зачем этим компаниям выходить на новые рынки — по-видимому, не менее «разрушительные»? Приходится либо признать ошибочность вскоре ставшей общепринятой теории Брауна о «разрушительной конкуренции», либо считать, что эти компании иррациональным образом целенаправленно стремились к финансовой катастрофе.

Дж. Браун игнорировал динамическую природу конкурентного процесса и допустил ту же ошибку, которую до сих пор делают многие экономисты, — поверил в то, что «излишняя» конкуренция может оказаться «разрушительной», если производители с низкими издержками выталкивают с рынка своих менее эффективных соперников21. Подобного рода конкуренция может быть «разрушительной» для конкурентов с высокими издержками, но она всегда выгодна для потребителей.

В 1880 году в Балтиморе было 3 газовые компании, которые жестоко конкурировали между собой. В 1888 году они попытались объединиться, чтобы сформировать монополию, но их планы были сорваны новым конкурентом. «Томас Альва Эдисон изобрел электрическое освещение, угрожающее существованию всех газовых компаний»22. С этого момента конкуренция происходила уже между и газовыми, и электрическими компаниями, так как все они сталкивались с необходимостью значительных капитальных издержек, порождающих экономию на масштабе производства. Тем не менее никакие «свободнорыночные» или «естественные» монополии так и не возникли.

21 Brown G. T. The Gas Light Company of Baltimore: A Study of Natural Monopoly. Baltimore, Maryland: Johns Hopkins University Press, 1936. P. 47.

22 Ibid. P. 52.

Когда же монополии и появлялись, то происходило это исключительно в результате вмешательства правительства. Например, в 1890 году законодательному собранию штата Мэриленд был предложен законопроект, «согласно которому устанавливался ежегодный сбор в пользу города со стороны Объединенной [газовой компании] в размере 10000 долларов плюс 3 процента от объявленных дивидендов в обмен на предоставление монополии на 25 лет»23. В наше время такой подход стал повсеместным — правительственные чиновники вступают в сговор с некоторыми бизнесменами, чтобы те, используя монопольное положение, могли нагреть потребителей и отдать часть барыша политикам в форме лицензионных сборов и налогов на монопольную прибыль. Сегодня такой подход с особой очевидностью проявляется в области кабельного телевидения.

Как и следовало ожидать, законодательное «регулирование» газовых и электрических компаний привело к установлению последними монопольных цен, что, в свою очередь, вызвало массовое возмущение общества. Однако, вместо того чтобы осуществить дерегулирование, допустив, чтобы конкуренция привела к снижению цен, власти ввели дополнительное регулирование инфраструктурных отраслей — якобы для умиротворения потребителей, которые согласно концепции Дж. Брауна «считали, что [законодательный контроль за ценами на газ и электричество. — Прим. пер.] недостаточно учитывает их интересы, допуская высокие цены и монопольные привилегии. Развитие государственного регулирования инфраструктуры в Мэриленде типично и для опыта других штатов»24.

Не все экономисты позволяли одурачить себя теорией «естественной монополии», которую выдвигали сами инфраструктурные монополисты и состоящие

23 Ibid. P. 75.

24 Ibid. P.106. Emphasis added

на их службе экономические советники. В 1940 году Горас Грей [Horace M. Grey], заместитель декана в университете Иллинойса, изучал историю «понятия общественных инфраструктур [public utility]», в том числе теорию «естественной» монополии. «На протяжении XIX века, — писал Грей, — было принято считать, что во многих отраслях предоставление специальных льгот и привилегий частным лицам и корпорациям отвечает общественным интересам»25. В число таких привилегий входили патенты, субсидии, таможенные пошлины, бесплатная передача земли железнодорожным компаниям и монопольные лицензии для инфраструктурных отраслей [public utilities]. «Конечным результатом оказывались монополизм, эксплуатация и коррупция»26. Говоря об «общественных» инфраструктурах [«public» utilities], Грей отмечает, что «в период между 1907 и 1938 годами монополии, создаваемые и защищаемые государством, превратились в важнейший элемент экономики, а сложившиеся тогда методы стали основой современного регулирования общественных инфраструктур»27. С этого времени «статус общественной инфраструктуры стал символом райской жизни для всех тех, кто стремился установить монополию, но обнаружил, что не может добиться этого с помощью частных действий, так как эти попытки оказывались слишком трудными, слишком дорогостоящими и слишком ненадежными»28.

Обосновывая свои утверждения, Грей указывал на то, как практически все, кто желает установить монополию, пытались добиться статуса «общественной инфраструктуры» [«public utility»] — в том числе такие отрасли, как радиовещание, торговля недвижи-

25 Grey H. M. The Passing of the Public Utility Concept // Journal of Land and Public Utility Economics. Feb. 1940. P. 8.

26 Ibid.

27 Ibid. P. 9.

28 Ibid.

мостью, производство молока, воздушный транспорт, угольная промышленность, нефтедобыча, сельское хозяйство, а также множество других. Аналогично «весь эксперимент с созданием Национального агентства по восстановлению экономики [NRA, National Recovery Administration — специальный орган, созданный администрацией Рузвельта в 1933 году и ликвидированный как неконституционный по решению Верховного суда США в 1935 году. — Прим. пер.] можно рассматривать как попытку ряда представителей крупного бизнеса обеспечить правовую санкцию для своей монополистической деятель-ности»29. Те отрасли, которым повезло в этом деле, смогли получить политический статус «общественной инфраструктуры» и использовать теорию общественной инфраструктуры для недопущения конкуренции.

В этой схеме роль экономистов сводилась к тому, чтобы сконструировать, по выражению Грея, «запутанное обоснование» для «зловещих сил монополий и частных привилегий», т. е. теорию «естественной» монополии. «Защита потребителей отошла на второй план»30.

Современные экономические исследования подтверждают выводы Грея. В одном из самых первых статистических исследований последствий государственного регулирования тарифов на электроэнергию, опубликованном в 1962 году, Джордж Стиг-лер [George Stigler] и Клэр Фридланд [Claire Friedland] показали, что в период с 1917 по 1932 год в ценах на электроэнергию и в прибылях энергетических фирм не обнаруживается никакой наблюдаемой разницы между штатами, где существовали регулирующие комиссии, и штатами без таких комиссий31. Ранние органы регулирования тарифов на электроэнергию не приноси-

29 Ibid. P. 15.

30 Ibid. P. 11.

31 Stigler G., Friedland C. What Can Regulators Regulate? The Case of Electricity // Journal of Law and Economics. October 1962. P. 1- 16.

ли никакой выгоды потребителям; скорее, контроль за этими органами был «перехвачен» производителями, как это позже часто случалось и в других отраслях — от грузовых перевозок и гражданской авиации до кабельного телевидения. Характерно — хотя и не слишком похвально, — что экономистам потребовалось почти 50 лет, чтобы начать исследования реальных, а не теоретических последствий регулирования тарифов на электроэнергию.

Через 16 лет после работы Стиглера Фридланд Грегг Джаррел [Gregg Jarrell] обнаружил, что в период с 1912 по 1917 год 25 штатов перешли от муниципального регулирования тарифов на электроэнергию к регулированию на уровне штатов, что привело к росту цен на 46 % и к росту прибылей на 38 %, в то время как объем производства снизился на 23 %32. Иными словами, муниципальное регулирование не смогло удержать цены на низком уровне. Но производители стремились к еще большему росту цен. Для этого они начали добиваться перевода регулирования на уровень штатов исходя из предположения, что на этом уровне давление местных групп потребителей будет не таким осязаемым, как на уровне мэров и городских советов.

Результаты этих исследований согласуются с теорией Гораса Грея, который рассматривал регулирование тарифов на услуги общественных инфраструктур как монополистическую схему ценообразования, направленную против интересов потребителей.

Проблема «чрезмерного дублирования»

Наряду со сказками об экономии на масштабе производства, для обоснования раздачи монопольных лицензий «естествен-

32 Jarrell G. A. The Demand for State Regulation of the Electric Utility Industry // Journal of Law and Economics. October 1978.: 269 — 95.

ным монополиям» используется еще один аргумент, а именно — теория, согласно которой наличие слишком большого числа конкурентов приводит к вредному дублированию. Утверждается, что дублирование слишком обременительно для общества. Оно может, например, привести к тому, что сразу несколько различных водопроводных, электрических, телефонных компаний станут перекапывать улицы. Но, как отмечал Гарольд Демсец, проблема «чрезмерного дублирования» распределительных систем порождается тем, что муниципалитеты не устанавливают адекватных цен на соответствующие ограниченные ресурсы. Право использовать принадлежащие муниципалитету улицы — это право на использование ограниченных ресурсов. Отсутствие таких цен на использование этих ресурсов, которые отражали бы сравнительные издержки [opportunity costs] альтернативных направлений их использования — например, таких как обеспечение непрерывного движения транспорта или возможность обозревать окрестности, — ведет к их чрезмерному использованию. Если установить адекватный уровень платы за использование этих ресурсов, то степень дублирования снизится до оптимальных размеров33.

Иными словами, проблема «чрезмерного дублирования», как и проблема «естественных» монополий, в действительности представляет собой результат правительственного вмешательства. Ее причина в том, что правительство не может установить цену на использование ограниченных городских ресурсов. Точнее говоря, проблема на самом деле связана с тем, что улицы, под которыми прокладываются трубы и кабели, принадлежат правительству, а невозможность рационального экономического расчета в рамках социалистических общественных институтов не позволяет им установить адекватные расценки на эти ресурсы в отличие

33 Demsetz Н. Efficiency, Competition, and Policy.

P. 81.

от ситуации, при которой господствует система частной собственности и конкурентного рынка. Вопреки утверждениям Демсеца, в данном случае именно государственная собственность на улицы и дороги делает невозможным рациональное ценообразование. Даже наиболее просвещенные и благонамеренные политики, включая тех, кто мог бы учиться у самого Демсеца, не могут никаким рациональным образом определить, какую цену следует назначать.

Мюррей Ротбард разъяснил это уже более 25 лет назад: тот факт, что разрешение на пользование улицами должно выдавать правительство, приводится для обоснования жесткого правительственного регулирования предприятий «общественной инфраструктуры», многие из которых (как, например, водопроводные или электрические компании) вынуждены использовать уличное пространство. Регулирование в этом случае рассматривается как равноценный обмен — quid pro quo. Но при таком подходе упускается из вида, что государственная собственность на улицы сама по себе представляет собой перманентный акт вмешательства правительства в экономику. Регулирование предприятий общественной инфраструктуры или любой другой отрасли препятствует инвестициям в данной отрасли, тем самым лишая потребителей возможности удовлетворить свои потребности оптимальным образом. В рыночной экономике возникает неадекватное распределение ресурсов34.

Далее, Ротбард писал, что так называемая «монополия ограниченного пространства» [«limited-space monopoly»] — это такая же легенда. Вопрос о количестве фирм, которые могут сосуществовать в каждой данной отрасли, — «это институциональный вопрос, ответ на который зависит от таких конкретных обстоятельств, как интенсив-

34 Rothbard M. N. Power and Market: Government and the Economy. Kansas City: Sheed Andrews and McMeel, 1977. P. 75 — 76.

ность спроса потребителей, тип производимой продукции, физическая производительность используемых ресурсов, предложение факторов производства и их цены, предпринимательское искусство предвидения и т. д. Пространственные ограничения могут оказаться совершенно второстепен-ными»35.

Более того, даже если в данной местности пространственные ограничения позволяют осуществлять операции только одной фирме, то это совершенно не обязательно ведет к монополии — ведь понятие «монополии» «имеет хоть какой-то смысл только тогда, когда имеется возможность установить монопольную цену», а «на свободном рынке все цены носят конкурентный характер»36. Монополистическое ценообразование может возникнуть только в результате правительственного вмешательства.

Существует единственная возможность установить рыночную цену, которая будет отражать подлинные сравнительные издержки [opportunity costs] и приведет к оптимальному уровню «дублирования», — осуществлять свободный обмен на настоящем свободном рынке, что совершенно невозможно без частной собственности и свободного рынка37. Так как экономический расчет вне рынка невозможен, политические решения не могут служить реалистичной заменой цен, определяемых на свободном рынке.

При системе частной собственности на улицы и тротуары индивидуумы стоят перед дилеммой: либо отказ от низких цен на инфраструктурные услуги, либо временные неудобства, связанные с тем, что инфраструктурная компания будет раскапывать траншеи через их территорию. Если при такой системе возникает «дублирование», то только потому, что дополнительные услу-

35 Rothbard M. N. Man, Economy and State: A Treatise on Economic Principles. Auburn, Ala.: Ludwig von Mises Institute, 1993. P. 619.

36 Ibid. P. 620.

37 Ibid. P. 548.

ги или низкие цены, связанные с дублированием, индивидуумы ценят выше, чем неудобства от дополнительных строительных работ на своей территории. На свободном рынке не бывает ни монополии, ни «излишнего дублирования», если использовать эти выражения в каком-либо экономически содержательном смысле.

Конкуренция

Из того, что в инфраструктурных отраслях — таких, как водопровод, электричество, газоснабжение — имеет место экономия на масштабе производства, никоим образом не следует, что там должны существовать монополии или монопольные цены. Как писал в 1859 году Эдвин Чедвик [Edwin Chadwick], пока продолжается конкуренция, система конкурентного предложения частных инфраструктурных услуг не допускает возникновения монопольных цен38. Пока существует конкурентное предложение, сохраняются конкурентные цены и не возникает дублирования мощностей. Конкуренция может выражаться в том, что договор на услугу получает та компания, которая предлагает самую низкую цену за услугу стандартного качества (в отличие от системы, где выигрывает тот, кто предложит самую большую цену за предоставление лицензии).

Интерес к понятию конкуренции в области инфраструктур возродился в связи со статьей Гарольда Демсеца, опубликованной в 1968 году39. Как подчеркивал Демсец, теория естественной монополии не может «показать, какие логические шаги ведут от экономии на масштабе производства к воз-

38 Chadwick E. Results of Different Principles of Legislation and Administration in Europe of Competition for the Field as Compared With Competition Within the Field of Service // Journal of the Statistical Society of London 221859. P. 381- 420.

39 Demsetz H. Why Regulate Utilities? // Journal of Law and Economics. April 1968. P. 55 — 65.

никновению монопольных цен на свободном рынке»40. Если кто-то один из претендентов на получение контракта может оказать ту же услугу по цене более низкой, чем цена у двух или более других контракторов, «то контракт выигрывает претендент, предлагающий самую низкую цену на всю работу целиком, идет ли речь о цементе, электричестве, автоматах по продаже почтовых марок или что угодно еще, — но эта самая низкая цена вовсе не оказывается монопольной ценой. Теория естественной монополии не дает логических обоснований возникновения монопольной цены»41.

Нет никаких оснований полагать, что процесс борьбы за контракт будет неконкурентным. Как показали Ханке и Уолтерс [Hanke and Walters], такого рода процесс весьма эффективно действует в водопроводной индустрии Франции42.

Миф о «естественной монополии»: производство электроэнергии

Согласно теории естественной монополии в производстве электроэнергии не может сохраняться конкуренция. Но вопреки этой теории, в десятках американских городов конкуренция продолжалась в течение десятилетий. Экономист Уолтер Примо [Walter J. Primeaux] более 20 лет изучал процессы конкуренции в электроэнергетике. В своей книге «Прямая инфраструктурная конкуренция: миф о естественной монополии», изданной в 1986 году, он приходит к выводам, согласно которым в тех городах, где имеет место прямая конкуренция в электроэнергетике:

• прямое соперничество между двумя конкурирующими фирмами может продол-

40 Ibid.

41 Ibid.

42 Hanke S., Walters S. J. K. Privatization and Natural Monopoly: The Case of Waterworks // The Privatization Review. Spring 1987. P. 24 — 31.

жаться очень долго — в ряде городов более 80 лет;

• соперничающие электрические компании ведут жесткую конкуренцию посредством снижения цен и повышения качества услуг;

• потребители в этих городах извлекают осязаемые преимущества из такой конкуренции по сравнению с городами, где существуют электрические монополии;

• вопреки теории «естественной» монополии, при наличии двух конкурирующих фирм издержки оказываются ниже;

• вопреки теории «естественной» монополии, излишних мощностей при конкуренции оказывается не больше, чем при монопольной системе.

Теория «естественной» монополии терпит крах по каждому пункту: конкуренция существует, ценовые войны «не имеют серьезного значения», при конкуренции качество услуг выше, а уровень цен ниже; конкуренция продолжается на протяжении очень длительного периода, сами потребители предпочитают конкуренцию, а не регулируемую монополию; наконец, потребители полагают, что проблемы, связанные с наличием дублирующих линий, несущественны по сравнению с преимуществами конкуренции43.

Примо также обнаружил, что руководители электроэнергетических компаний лично предпочитают монополию, хотя и признают, что при конкуренции потребители в целом выигрывают!

Через 10 лет после публикации книги Примо как минимум один штат — Калифорния — осуществляет реформу в электроэнергетике, переходя «от монополии, контролируемой небольшой группой государственных компаний, к открытому рынку»44.

43 Primeaux W. J. Jr. Direct Electric Utility Competition: The Natural Monopoly Myth. New York: Praeger, 1986. P. 175.

44 California Eyes Open Electricity Market // The Wa-

shington Times. May 27. 1995. P. 2.

В этом же направлении двигаются и другие штаты, постепенно отказываясь от ошибочной теории «естественной» монополии в пользу естественной конкуренции45:

• корпорация «Ормет» [Ormet Corporation], производитель алюминия в Западной Вирджинии, получила от властей штата разрешение предложить 40 электрическим компаниям участие в тендере на поставку энергии;

• корпорация «Алкан Алюминиум» [Alcan Aluminium Corp. ] в Освего, штат Нью-Йорк, воспользовалась результатами технического прогресса, которые позволили построить новую электростанцию непосредственно рядом с заводом, тем самым на 2/3 были снижены издержки корпорации на энергию. «Ниагара Мохок» [Niagara Mohawk] — его предыдущий поставщик энергии по более высоким ценам — предъявил штату судебный иск, требуя, чтобы штат запретил корпорации «Алкан» использовать собственную энергию;

• власти штата Аризона разрешили корпорации «Каргилл» [Cargill, Inc. ] покупать энергию в любой точке на Западе; компания рассчитывает сэкономить 8 млн долларов в год;

• новые федеральные законы разрешают инфраструктурным компаниям покупать дешевую энергию на стороне и использовать сети других компаний для транспортировки;

• комиссионер общественных услуг штата Висконсин Скотт Нейцель [Scott Neitzel] недавно заявил: «Для потребителя свободный рынок — лучший механизм, там он получает наилучшие услуги по самым низким ценам»;

• перспективы конкуренции уже заставляют некоторые электрические компании снижать свои издержки и цены. Когда ТВА [TVA] в 1988 году столкнулась с конкуренцией со стороны «Дюк Пауэр» [Duke Power],

45 The following information is from Toni Mack. Power to the People // Forbes. June 5. 1995. P. 119 — 126.

она в течение нескольких лет отказывалась от повышения своих тарифов.

Потенциальные преимущества, которые американская экономика может получить от демонополизации электроэнергетики, огромны. По мнению экономиста Роберта Майклса [Robert Michaels], специализирующегося в области инфраструктурных отраслей, конкуренция позволит потребителям немедленно сэкономить как минимум 40 млрд долларов в год46. Она также облегчит развитие новых технологий, которые станут выгодными при низких затратах на электричество. Например, «автомобилестроение и другие отрасли, использующие стальной лист, смогут шире использовать лазерные режущие устройства и лазерную сварку, требующие много энергии»47.

Миф о «естественной монополии»: кабельное телевидение

Кабельное телевидение — еще один пример искусственной монополии, возникшей в большинстве городов благодаря теории «естественной» монополии. Однако монополию в этой отрасли можно считать какой угодно, но только не «естественной». Как и в электроэнергетике, в США существуют десятки городов с конкурирующими кабельными компаниями. «Как минимум в тридцати-сорока населенных пунктах в настоящее время имеет место. прямая конкуренция»48. Существование постоянной конкуренции в кабельном телевидении опровергает мнение, будто эта отрасль представляет собой «естественную» монополию, которая нуждается в монопольном регулировании. Монополия в ка-

46 Ibid. P. 120.

47 Ibid. P. 126.

48 Hazlett T. Duopolistic Competition in Cable Television: Implications for Public Policy // Yale Journal on Regulation. 7. 1990.

бельном телевидении порождается не экономией на масштабе производства, а государственным вмешательством. Хотя кабельные компании и жалуются на «дублирование», не следует забывать, что «в то время как чрезмерное расширение кабельных систем может снизить прибыльность существующих кабельных компаний, оно, безусловно, улучшает ситуацию потребителей, так как цены теперь определяются не уровнем издержек, а спросом и предложением»49.

Как и в случае с электроэнергетикой, исследователи обнаружили, что в тех городах, где существуют конкурирующие кабельные компании, цены в среднем на 23 % ниже, чем в городах с кабельной монополией50. Например, «Кейблвижен Оф Сентрал Флорида» [Cablevision of Central Florida] в районах, где существует еще один конкурент, снизила свою базовую цену с 12 долларов 95 центов до 6 долларов 50 центов в месяц. Когда компания «Телестат» [Telestat] начала работать в Ривьере-Бич, штат Флорида, то предложила 26 каналов за 5 долларов 75 центов в месяц — в то время как существующая компания «Комстат» [Comstat] предлагала 12 каналов за 8 долларов 40 центов. «Ком-стат» отреагировала расширением своих услуг и снижением цен51. Когда власти города Преск Айл, штат Мэн, разрешили конкуренцию, существующая в городе компания немедленно расширила свои услуги с 12 до 54 каналов52.

В 1987 году кабельная компания «Паси-фик Вест» [Pacific West Cable Company] подала в суд на город Сакраменто, штат Калифорния, обвиняя его в нарушении Первой поправки к Конституции из-за того, что ей

49 Ibid.

50 Ibid.

51 Ibid.

52 Hazlett T. Private Contracting versus Public Regulation as a Solution to the Natural Monopoly Problem. In

Robert W. Poole ed. Unnatural Monopolies: The Case for Deregulating Public Utilities. Lexington, Mass.: Lexington Books, 1985. P. 104.

не разрешали выходить на местный рынок. Присяжные решили, что «рынок кабельного телевидения Сакраменто не является естественной монополией, а все ссылки на естественную монополию представляют собой отговорку для того, чтобы предоставить монопольную лицензию единственной компании.., получить от нее в обмен денежные платежи и услуги натурой, и добиться высоких взносов на избирательную кампанию»53. Город был вынужден перейти к конкурентной политике в кабельном телевидении, в результате чего существующая компания «Скриппс Говард» [Scripps Howard], чтобы не потерять рынок, снизила свою месячную ставку с 14 долларов 50 центов до 10 долларов. Кроме того, компания стала предлагать бесплатную установку и три бесплатных месяца обслуживания во всех районах, где имела место конкуренция.

До сих пор в большинстве американских городов кабельное телевидение остается лицензионной монополией — по тем самым причинам, которые перечислены в решении присяжных города Сакраменто: это меркантилистские схемы, при которых кабельные компании создают монополию и делятся наживой с политиками посредством взносов на избирательные кампании, бесплатного времени для «общественных программ», взносов в местные благотворительные фонды, которым симпатизируют политики, акций и консультационных контрактов для тех, кто связан с политиками, и разнообразных подарков для регулирующего начальства.

В некоторых городах политики собирают такого рода косвенные взятки с целого ряда компаний в течение 5 — 10 лет, а иногда и дольше, пока в конце концов не выдают кому-то монопольную лицензию. Таким образом они перехватывают часть монопольной ренты, порождаемой монопольной лицензией. Бывший главный экономист Федераль-

53 Pacific West Cable Co. v. City of Sacramento, 672 F. Supp. 13221349 — 40 (E. D. Cal. 1987), cited in Hazlett, «Duopolistic Competition».

ной комиссии по связи [FCC] Томас Хазлетт [Thomas Hazlett] — по-видимому, ведущий в стране специалист по экономическим проблемам кабельного телевидения — пришел к выводу, что «с точки зрения общественного благосостояния процесс выдачи лицензий можно охарактеризовать как абсолютно неэффективный, хотя для городских лицензирующих властей он имеет осязаемые преимущества»54. В этой индустрии ограничения на появление новых участников рынка — это не экономия на масштабе производства, а политический заговор местных политиков и кабельных компаний, направленный на завышение цен.

Миф о «естественной монополии»: телефон

Здесь самый главный миф — это убеждение в том, что телефонная связь представляет собой естественную монополию. Целым поколениям студентов экономисты объясняли, что телефонная связь — это «классический» пример «ошибки рынка» [market failure], что из соображений «общественного интереса» здесь необходимо правительственное регулирование. Но, как недавно продемонстрировал Адам Тирер [Adam D. Thierer], в телефонной монополии, которой много десятилетий обладала Эй-Ти-энд-Ти [AT&T], не было ничего «естественного»; она была результатом правительственного вмешательства в чистом виде55.

Когда в 1893 году истек срок действия первоначальных патентов Эй-Ти-энд-Ти, сразу появились десятки конкурентов. «К концу 1894 года более 80 новых независимых конкурентов захватили уже 5 % рынка, к началу следующего столетия существовало уже бо-

54 Hazlett T. Duopolistic Competition in Cable Television.

55 Thierer A. D. Unnatural Monopoly: Critical Moments in the Development of the Bell System Monopoly // Cato Journal. Fall 1994. P. 267 — 85.

лее 3000 конкурентов»56. В некоторых штатах одновременно функционировало более 200 телефонных компаний. К 1907 году конкуренты Эй-Ти-энд-Ти захватили 51 % рынка телефонных услуг, а их цены резко упали. Более того, вопреки стандартным описаниям теории естественной монополии, прилагаемым к телефонной промышленности, не было никаких свидетельств экономии на масштабе производства или ограничений на возникновение новых участников рынка57.

Возникновение телефонной монополии стало результатом заговора между Эй-Ти-энд-Ти и политиками, которые хотели использовать лозунг «всеобщей телефонизации» для подкупа своих избирателей. Политики стали обличать конкуренцию как «разрушительную», «расточительную», «ведущую к излишнему дублированию», а разным экономистам предлагались деньги за выступления на слушаниях в конгрессе, где они торжественно провозглашали телефонную отрасль естественной монополией. На одном из таких слушаний пришли к выводу: «В области местной телефонной связи конкуренция не ведет ни к каким положительным результатам»58.

Крестовый поход за создание монополизированной телефонной отрасли с помощью правительственных решений в конце концов завершился победой — когда федеральное правительство в 1918 году использовало Первую мировую войну как оправдание для национализации всей отрасли. Эй-Ти-энд-Ти продолжала управлять телефонной системой, но уже под контролем правительственной комиссии, которую возглавлял генеральный почтмейстер США. Как и во многих других случаях государственного регулирования, Эй-Ти-энд-Ти вскорости «захватила»

56 Thierer A. D. Unnatural Monopoly: Critical Moments in the Development of the Bell System Monopoly // Cato Journal. Fall 1994. P. 267 — 85. P. 270.

57 Ibid.

58 Loeb G. H. The Communications Act Policy Toward

Competition: A Failure to Communicate // Duke Law Journal. № 1. 1978. P. 14.

регулирующие органы и стала использовать регулирующие механизмы для устранения конкурентов. «К 1925 году практически каждый штат установил жесткие регулирующие правила; более того, во многих местностях конкуренция в области местной телефонной связи либо косвенно подавлялась, либо прямо запрещалась»59.

Как заключает Тирер, окончательное устранение конкуренции в этой отрасли связано с действием следующих факторов: запретительная лицензионная политика; защитная монополия для «ведущих участников рынка»; гарантированная доходность или регулирование телефонных компаний; правительственная политика «всеобщей телефонизации», для которой требовалось наличие единой и послушной телефонной компании; наконец, регулирование тарифов, направленное на достижение социалистической цели «всеобщей телефонизации».

Самая большая ложь, которую когда-либо провозглашали экономисты, — это утверждение, будто свободная конкуренция была причиной появления телефонной монополии в начале XX в. Свободный рынок не терпел никаких «поражений»; крах потерпело правительство, которое, разрабатывая протекционистские схемы обогащения телефонных компаний за счет потребителей и потенциальных конкурентов, не смогло сохранить рыночную конкуренцию.

Выводы

Теория естественной монополии — это экономическая фикция. Никогда не существовало никакой «естественной монополии». История так называемой «общественной инфраструктуры» сводится к тому, что в конце XIX и начале XX в. в инфраструктурных отраслях имела место ожесточенная конкуренция, которая, разумеется, не нра-

59 Thierer A. D. Unnatural Monopoly: Critical Moments in the Development of the Bell System Monopoly. P. 277.

вилась самим производителям. Сначала они добились от правительства предоставления им монопольного статуса, а затем — при поддержке ряда видных экономистов — было задним числом сконструировано обоснование этой монополизации.

Это было одним из величайших достижений корпоративных пиарщиков всех времен и народов. Как писал Горас Грей более 50 лет назад, «в результате успокаивающих объяснений люди, хотя и продолжали осуждать монополии вообще, смогли примириться с их отдельными типами. Так как эти монополии были «естественными», а все естественное полезно, то отсюда следовало, что эти монополии представляют собой «правильные» монополии. Таким образом, правительство получило мандат на создание «правильных» монополий»60.

В одной отрасли за другой продолжается процесс размывания понятия естественной монополии. Электроэнергетика, кабельное телевидение, телефонная связь и почта — все они уже на грани дерегулирования — либо законодательного, либо фактического, — связанного с техническим прогрессом. Появившись в США примерно тогда же, когда коммунизм появился в бывшем СССР, лицензионные монополии тоже приближаются к исчезновению. Как и

60 Grey H. M. The Passing of the Public Utility Concept P. 10.

все прочие монополии, они будут использовать любые средства ради сохранения своих монопольных привилегий, но потенциальный выигрыш для потребителя, связанный со свободным рынком, сильнее их. Теория естественной монополии — это экономическая фикция XIX в., защищающая монопольные привилегии XIX в. (или даже XVIII в., как в случае Почтовой службы США).

В американской экономике XXI в. для нее места нет.

Список литературы

1. Ely R. T. Monopolies and Trusts. New York: MacMillan, 1990. P. 97, 162.

2. Behling B. N. Competition and Monopoly in Public Utility Industries (1938). In Harold Demsetz ed. Efficiency, Competition and Policy. Cambridge, Mass.: Blackwell, 1989. P. 78.

3. Rothbard M. N. Man, Economy and State: A Treatise on Economic Principles. Auburn, Ala.: Ludwig von Mises Institute, 1993. P. 548, 619, 620.

4. Chadwick E. Results of Different Principles of Legislation and Administration in Europe of Competition for the Field as Compared With Competition Within the Field of Service // Journal of the Statistical Society of London. 22. 1859. P. 381- 420.

5. Demsetz H. Why Regulate Utilities?//Journal of Law and Economics. April 1968. P. 55 — 65.

6. The following information is from Toni Mack. Power to the People // Forbes. June 5. 1995. P. 119 — 126.

7. Loeb G. H. The Communications Act Policy Toward Competition: A Failure to Communicate // Duke Law Journal. 1. 1978. P. 14.

8. Grey H. M. The Passing of the Public Utility Concept. P. 10.

Статья поступила в редакцию 10.07.2009

Thomas J. DiLorenzo, Professor (Economics), The Sellinger School of Business and Management, Loyola College

THE MYTH OF THE NATURAL MONOPOLY

Translated by Boris Ljvin

In the article the author analyzes the growth of natural monopolies in the USA and comes to the conclusion that the theory of the natural monopoly is an economic fiction. It goes back to the idea that at the end of the XIX and beginning of the XX century there was tough competition in infrastructural areas which obviously was not favored by manufactures. First of all they made the administration grant them the monopoly status; afterwards with the support of some prominent economists they constructed the grounds for the monopolization.

The article ends with the opinion that there is no place for it in the US economy of the XXI century. Is there any place for the monopoly in the Russian economy of the XXI century?

Развитие конкуренции в отраслях ТЭК

В целях реализации Национального плана развития конкуренции в Российской Федерации на 2018-2020 годы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 618 «Об основных направлениях государственной политики по развитию конкуренции», распоряжением Правительства Российской Федерации от 16 августа 2018 г. № 1697-р утвержден план мероприятий («дорожная карта») по развитию конкуренции в отраслях экономики Российской Федерации и переходу отдельных сфер естественных монополий из состояния естественной монополии в состояние конкурентного рынка на 2018 – 2020 годы (далее – План мероприятий).

Во исполнение Плана мероприятий Минэнерго России ведет работу по реализации мероприятий, направленных на развитие конкуренции в сферах газоснабжения, нефти и нефтепродуктов, угольной промышленности и электроэнергетики, а также в пределах компетенции ряда мероприятий в сферах жилищно-коммунального хозяйства и телекоммуникаций.

Планом мероприятий предусмотрены следующие ожидаемые результаты по развитию конкуренции в отраслях ТЭК:

  • переход к рыночному ценообразованию путем формирования цен на природный газ, обеспеченных в том числе увеличением объема продаж природного газа на организованных торгах. Формирование биржевого и внебиржевого индексов;
  • количество продавцов газа на организованных торгах (вне зависимости от принадлежности к группе лиц): 2019 год – не менее 6; 2020 год – не менее 7;
  • доля реализованного на биржевых торгах газа к общему объему реализованного газа на внутреннем рынке: 2019 год – не менее 10; 2020 год – не менее 10;
  • развитие рыночных механизмов ценообразования путем развития организованных торгов нефтью на экспорт и формирование эталона на российскую нефть, развитие срочного биржевого рынка на нефтепродукты, развитие организованных мелкооптовых торгов и формирование рыночных ценовых индикаторов мелкооптового рынка, дерегулирование цен по транспортировке нефтепродуктов по магистральным нефтепродуктопроводам, предусматривающих поддержание объемов организованных торгов нефтепродуктов на уровне более 10 процентов поставок на внутренний рынок, увеличение объема совершаемых экспортных сделок на нефть;
  • снижение количества нарушений в части соблюдения Положения о предоставлении информации о заключенных сторонами не на организованных торгах договорах, обязательства по которым предусматривают переход права собственности на товар, допущенный к организованным торгам, а также о ведении реестра таких договоров и предоставлении информации из указанного реестра, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23 июля 2013 г. № 623, по информации, предоставляемой ФАС России;
  • снижение количества нарушений Федерального закона «О защите конкуренции», в том числе путем повышения эффективности торговых политик;
  • исключение тарифной дискриминации;
  • прозрачность и долгосрочность тарифного регулирования.

В части развития конкуренции в отраслях ТЭК предусмотрены меры по обеспечению доступа к услугам естественных монополий в газоснабжении, развитие механизмов и реализации природного газа на организованных торгах (товарных биржах и в торговых системах), развитие внутрироссийских биржевых механизмов реализации нефти  и нефтепродуктов на внутреннем и внешнем рынках, развитие механизмов, необходимых для реализации угля и (или) угольной продукции на товарной бирже, развитие конкуренции и долгосрочных отношений на оптовом и розничном рынках электроэнергии.

Проблемы регулирования естественных монополий

Сущность естественных монополий

Определение 1

Естественная монополия представляет собой состояние рынка с отсутствующей конкуренцией, что является более эффективным в данном случае. При этом продукция, производимая субъектами естественной монополии, не имеет заменителей и спрос на нее неэластичный.

Субъекты естественной монополии функционируют в силу объективных причин в ситуации, при которой спрос на данную продукцию в большей мере может быть удовлетворен одним или несколькими предприятиями. Основой естественной монополии являются технологические нюансы производства и особенности обслуживания, при которых невозможной или нежелательной будет конкуренция.

Отрасли естественной монополии

Примерами отраслей естественной монополии можно назвать сферу энергообеспечения, услуг связь, где существует ограниченное количество компаний с монопольным положением на рынке.

Некоторые субъекты естественной монополии существуют благодаря следующим факторам:

  1. барьеры для доступа конкурентов,
  2. государственные привилегии,
  3. ограниченная информация.

Можно определить несколько отраслей экономики, в которых функционируют естественные монополии:

  • Транспортировка газа, нефти по трубопроводам,
  • Передача электро — теплоэнергии;
  • Грузовые и пассажирские железнодорожные перевозки;
  • Деятельность аэропортов, транспортных терминалов и порта;
  • Общедоступная электро- и почтовая связь.

Регулирование естественной монополии государством

На сегодняшний день все полномочия по регулированию субъектов естественных монополий распределяются между двумя федеральными органами исполнительной власти:

  • Федеральная служба по тарифам,
  • Федеральная антимонопольная служба.

Существует 3 способа регулирования:

  1. Регулирование цен;
  2. Определение круга потребителей, которые обязательны к обслуживанию;
  3. Определение минимального объема обеспечения при невозможном удовлетворении потребностей потребителей в полном объеме.

Готовые работы на аналогичную тему

Проблемы государственного регулирования

Рассмотренные методы регулирования применяются в соответствии с Законом «О естественных монополиях». При этом Закон не предусматривает иных способов регулирования. Более того, данные способы не всегда обязательны к применению, поскольку ими пользуются на усмотрение соответствующего органа регулирования.

Целью государственного регулирования естественных монополий является сохранение и достижение равенства интересов потребителей и субъектов естественных монополий, регулирование их функционирования посредством определенных норм поведения.

Замечание 1

Естественные монополии регулируются Правительством посредством методики государственно-правового контроля. Этот контроль осуществляется органами исполнительной власти, но Федеральные антимонопольные органы не наделяются данными функциями.

Деятельность естественной монополии в качестве отдельной от государства экономической структуры не возможна по причине огромного влияния на ежедневные общественные потребности общества в услугах, оказываемых этими субъектами.

Тем не менее, в большинстве развитых государств за последние годы значительно сократились объемы и степень государственного регулирования. Это произошло по следующим причинам:

  • Технологические нововведения,
  • Появление новых подходов при формировании и регулировании определенных рынков и др.

В некоторых европейских государствах деятельность рынка естественных монополий концентрируется в руках частных предприятий, что отрицательно отражается на государственном регулировании цен и тарифов. По этой причине в данных странах часто возникают забастовки населения, которое включает в себя и потребителей услуг и работников данных предприятий.

Естественная монополия — Финансовая энциклопедия

Что такое Естественная монополия?

Естественная монополия – это тип монополии, который существует из-за высоких начальных затрат или значительной экономии за счет масштабов ведения бизнеса в конкретной отрасли. Компания с естественной монополией может быть единственным поставщиком, продуктом или услугой в отрасли или географическом местоположении. Естественные монополии могут возникать в отраслях, для работы которых требуется уникальное сырье, технологии или аналогичные факторы.

Ключевые моменты

  • Естественная монополия – это тип монополии, возникающий из-за естественных рыночных сил.
  • Компания с естественной монополией может быть единственным поставщиком, продуктом или услугой в отрасли или географическом местоположении.
  • Естественные монополии разрешены, когда одна компания может поставлять товар или услугу по более низкой цене, чем любой потенциальный конкурент, но часто жестко регулируются для защиты потребителей.

Понимание естественных монополий

Естественная монополия, как следует из названия, со временем становится монополией из-за рыночных условий и без какой-либо недобросовестной деловой практики, которая могла бы задушить конкуренцию. Некоторые монополии используют тактику для получения несправедливого преимущества за счет сговора, слияний, поглощений и враждебных поглощений . Сговор может включать в себя сговор двух конкурирующих конкурентов для получения несправедливого рыночного преимущества путем согласованного фиксирования или повышения цен.

Вместо этого естественные монополии возникают двумя способами. Во-первых, это когда компания использует высокие барьеры для входа в отрасль, чтобы создать «ров» или защитную стену вокруг своих деловых операций. Высокие барьеры для входа часто возникают из-за значительного количества капитала или денежных средств, необходимых для покупки основных средств , которые являются физическими активами, которые необходимы компании для работы. Производственные предприятия, специализированная техника и оборудование – все это основные фонды, которые могут помешать новой компании войти в отрасль из-за своих высоких затрат.

Во-вторых, производство в крупных масштабах намного эффективнее мелкомасштабного производства, поэтому одного крупного производителя достаточно, чтобы удовлетворить весь доступный рыночный спрос. Поскольку их издержки выше, мелкие производители просто никогда не смогут конкурировать с более крупными производителями с более низкими издержками. В этом случае естественная монополия единственного крупного производителя также является наиболее экономически эффективным способом производства рассматриваемого товара. Этот вид естественной монополии не связан с крупномасштабными основными фондами или инвестициями, но может быть результатом простого преимущества первопроходца , увеличения отдачи от централизации информации и принятия решений или сетевых эффектов .

Почему разрешены естественные монополии

Естественные монополии разрешены, когда одна компания может поставлять продукт или услугу по более низкой цене, чем любой потенциальный конкурент, и в объеме, который может обслуживать весь рынок. Поскольку естественные монополии эффективно используют ограниченные ресурсы отрасли, чтобы предлагать потребителям самую низкую цену за единицу продукции, во многих ситуациях выгодно иметь естественную монополию.

Например, электроэнергетика – это естественная монополия. Коммунальные монополии предоставляют воду, канализацию, электричество и энергию, такую ​​как природный газ и нефть, в города по всей стране. Начальные затраты, связанные с созданием коммунальных предприятий и распространением их продукции, значительны. В результате капитальные затраты являются сильным сдерживающим фактором для потенциальных конкурентов.

Кроме того, обществу может быть выгодно иметь коммунальные предприятия в качестве естественных монополий. Создание нескольких коммунальных компаний было бы невозможным, поскольку для каждого конкурента потребовалось бы несколько распределительных сетей, таких как канализационные линии, электрические столбы и водопроводные трубы. Поскольку экономически целесообразно, чтобы коммунальные предприятия работали как естественные монополии, правительства позволяют им существовать. Однако отрасль жестко регулируется, чтобы потребители получали справедливые цены и надлежащие услуги.

Другой пример естественной монополии – железнодорожная компания. Железнодорожная отрасль финансируется государством, что означает, что их естественные монополии разрешены, потому что они более эффективны и в интересах общества способствовать ее процветанию. Кроме того, отрасль не может поддерживать двух или более крупных игроков, учитывая необходимые уникальные ресурсы, такие как земля под железнодорожные пути, вокзалы и их дорогостоящие сооружения. Однако то, что компания действует как естественная монополия, явно не означает, что это единственная компания в отрасли. Компания может иметь монополию в одном регионе страны. Например, кабельные компании часто работают в регионах, хотя в отрасли наблюдается консолидация, в результате чего появляются национальные игроки.

Более современные примеры естественных монополий включают платформы социальных сетей, поисковые системы и онлайн-торговлю. Такие компании, как Facebook, Google и Amazon, создали естественные монополии для различных онлайн-сервисов, во многом благодаря преимуществам первопроходцев, сетевым эффектам и естественной экономии за счет масштаба, связанной с обработкой больших объемов данных и информации. В отличие от традиционных коммунальных предприятий, эти типы естественных монополий пока практически не регулируются в большинстве стран.

Важный

Естественная монополия обычно существует, когда эффективно иметь только одну компанию или поставщика услуг в отрасли или географическом местоположении.

Регулирование естественных монополий

Компании, обладающие естественной монополией, могут иногда использовать преимущества, ограничивая предложение товаров, завышая цены или используя свою власть в ущерб другим способом, кроме цен.

Например, коммунальная компания может попытаться повысить тарифы на электроэнергию, чтобы накопить сверхприбыли для владельцев или руководителей. Или платформа интернет-услуг может использовать свою монопольную власть над информацией, интерактивным взаимодействием и коммерцией, чтобы оказывать чрезмерное влияние на то, что люди могут видеть, говорить или продавать в Интернете. Регулирование естественных монополий часто устанавливается для защиты населения от любых злоупотреблений естественными монополиями.

Согласно общему праву, многие естественные монополии действуют как общие перевозчики, чей бизнес признан имеющим риски монопольного злоупотребления, но им разрешено вести бизнес, пока они служат общественным интересам. Обычные операторы связи обычно должны предоставлять открытый доступ к своим услугам без ограничения предложения или дискриминации среди клиентов, а взамен им разрешается действовать как монополия и предоставляется защита от ответственности за возможное неправомерное использование клиентами. Например, компании стационарной телефонной связи обязаны предлагать домашним хозяйствам в пределах своей территории телефонные услуги без дискриминации по манере или содержанию телефонных разговоров человека и, в свою очередь, обычно не несут ответственности, если их клиенты злоупотребляют услугой, совершая розыгрыши по телефону.

В большинстве случаев естественных монополий, разрешенных государством, в каждом регионе есть регулирующие органы, которые служат сторожевой собакой для населения. Коммунальные предприятия обычно регулируются государственными департаментами коммунальных предприятий или государственными комиссиями. Министерство транспорта США несет широкую ответственность за безопасность передвижения по железным дорогам, в то время как Министерство энергетики США отвечает за нефтяную и газовую промышленность. До сих пор ни одно из аналогичных агентств в США не наделено полномочиями аналогичным образом регулировать технологические и информационные монополии, и они не управляются как общие операторы, хотя это может стать тенденцией в будущем.

Правительство отменяет привилегии естественным монополиям

Российское правительство одобрило отмену действующего закона о естественных монополиях. Теперь их деятельность будет регулироваться отдельным разделом в действующем законе о конкуренции. Одновременно изменится само понятие «естественные монополии». Об этом заявил глава Федеральной антимонопольной службы РФ (ФАС) Игорь Артемьев.

Напомним, что естественной монополией считается отрасль производства, которая может нормально работать только в отсутствие конкуренции. Федеральный закон «О естественных монополиях» был принят в июле 1995 года.

Если у предприятий из сектора естественной монополии появляется конкурент, то из-за роста издержек растут цены на услуги или товары в этой отрасли, потому что она является важной для общества и государства. Например, железные дороги или трубопроводы.

Глава ФАС сказал, что правительство одобрило законопроект, в котором будут содержаться положения о естественных монополиях. «Но в очень современном модифицированном виде станет просто частью нашего закона о конкуренции», – сказал он.

«Тем самым мы посылаем мощнейший сигнал рынку о том, что, во-первых, будет изменено определение естественных монополий. Например, аэропорты и порты уже не будут естественными монополиями у нас. А во-вторых, это будет увязано с общей системой антимонопольного законодательства без привилегий естественным монополиям. То есть мы заканчиваем историю с привилегиями естественных монополий навсегда. И думаю, что в этом году с этой задачей мы можем справиться», — заявил Игорь Артемьев.

Напомним, что ранее ФАС уже предлагала изменить содержание естественных монополий и считать таковыми только линейные сетевые активы, которые увязаны в инфраструктуру между собой и не могут работать в условиях конкуренции.

Антимонопольное ведомство говорит о необходимости выделить из компаний и холдингов объективные естественные монополии, которые объединяют её с конкурентной составляющей, но при этом пользуются льготами монополий.

Таким образом, ФАС предлагает считать естественной монополией одно юридическое лицо, потому что в ее деятельности нельзя этого избежать. В качестве примера служба называет полотно железной дороги в ОАО «РЖД» и трубопроводные системы «Транснефти» и «Газпрома», электролинии ФСК ЕЭС и распределительные электросети Публичного акционерного общества «Российские сети» (Россети).

Вместе с тем, другие сектора этих компаний, например сервисные предприятия, которые могут соперничать за потребителя на своем рынке, нужно выделить из данного юрлица и перевести в конкурентную среду. Например, подвижной состав РЖД или обслуживающие компании «Газпрома».

Одновременно ФАС предлагает не признавать естественными монополиями предприятия, ведущие свою деятельность в конкурентной среде. В частности, морские и речные порты, а также аэропорты давно конкурируют и не могут считаться естественными монополиями.

В общем, крупным общественно значимым компаниям теперь придется самостоятельно определять тактику и стратегию своего развития и бороться за клиента. Главное, чтобы они тарифы не взвинтили до небес.

Не разбивайте Facebook — относитесь к нему как к полезности

Недавно соучредитель Facebook Крис Хьюз присоединился к хору голосов, утверждающих, что регулирующие органы должны применять антимонопольные органы к цифровому гиганту или даже «разрушить» его. Но распад компании — не единственный способ смягчить ее разрушительные последствия. Автор предлагает еще более радикальный подход, утверждая, что Facebook и подобные ему фирмы превратились в естественные монополии, которые требуют нового строгого набора правил, чтобы препятствовать их злоупотреблениям и защищать общественность от экономической эксплуатации.Чтобы понять, почему, он применяет практические правила из традиционного анализа конкуренции и антимонопольной политики.

Недавно соучредитель Facebook Крис Хьюз присоединился к хору голосов (включая кандидата в президенты Элизабет Уоррен, сенатора от Техаса Теда Круза и бывшего министра труда Роберта Райха), утверждающих, что регулирующие органы должны применять антимонопольные полномочия к цифровым гигант. Хьюз позиционировал этот шаг как необходимость подорвать более коварные эффекты, которые, как мы видели, возникают из Facebook и аналогичных платформ, таких как распространение дезинформации и разжигания ненависти.Его аргумент получил широкую поддержку со стороны широкой общественности, а также резкую критику со стороны истеблишмента, занимающегося политикой конкуренции. Сама компания также оказала сопротивление: недавно назначенный исполнительный директор по государственной политике Ник Клегг написал ответ, утверждая, что разрушение Facebook послужит лишь наказанию инновационной компании, которая создала огромную экономическую ценность.

Однако, что критически важно, разделение компании — не единственный способ смягчить ее разрушительные последствия. Я предлагаю еще более радикальный подход: я утверждаю, что Facebook и подобные ему фирмы превратились в естественные монополии, которые требуют нового строгого набора правил, чтобы препятствовать их капиталистическим перехитрам и защищать общественность от укоренившейся экономической эксплуатации.Хотя этот вариант не исключает возможности проведения политики разделения, я считаю, что это более важная цель, и она должна иметь приоритет. Чтобы понять, почему, мы можем применить эмпирические правила из традиционного анализа конкуренции и антимонопольной политики, в котором политики рассматривают экономическую динамику отрасли поэтапно.

Первым шагом является рассмотрение того, является ли отрасль, в которой работает компания, «конкурентоспособной». Для этого Антимонопольное управление Министерства юстиции и Федеральная торговая комиссия обычно рассматривают относительную долю рынка данной фирмы.(Какое агентство фактически принимает решение, зависит от конкретных обстоятельств.) Не существует явного порога того, какую долю рынка может иметь компания, прежде чем она будет считаться монополией, хотя FTC обычно не проверяет компанию на предмет монопольной власти, если она занимает меньше более 50 процентов рынка, в то время как самая низкая доля рынка, которая, по определению Европейской комиссии, привела к монопольной власти, составила 39,7 процента. Если рынок кажется конкурентным, вы обычно оставляете его в покое; если это не так (как, я бы сказал, в случае с ведущими цифровыми гигантами Кремниевой долины), тогда вы переходите к следующему этапу анализа.

Давайте применим это к Facebook. Отрасль компании может быть трудно определить, потому что холдинги и технологические характеристики компании меняются так быстро, как и весь сектор; то же самое можно сказать и о других крупных потребительских интернет-фирмах. Учитывая множество платформ Facebook, включая Messenger, WhatsApp, Instagram и большое синее приложение, компания, среди прочего, занимается социальными сетями, обменом фотографиями и обменом сообщениями. Учитывая это, я бы сказал, что в Соединенных Штатах Facebook доминирует во всех сферах своей потребительской деятельности.Это говорит о том, что первичные рынки, на которых он предоставляет услуги, действительно больше не конкурентоспособны.

Во-вторых, для продвижения расследования политики в области конкуренции в Соединенных Штатах, рассматриваемая компания должна не только считаться имеющей чрезмерную долю рынка: она также должна быть продемонстрирована, что использует свое положение на рынке для эксплуатации потребителя — стандарт, который судебный Система со временем стала означать рост потребительских цен.

Многие эксперты утверждали, что такие компании, как Facebook и Google, не участвуют в такой эксплуатации, потому что с потребителей не взимается плата за доступ даже к самым прибыльным сервисам, таким как социальные сети и поиск.Но этот вывод ошибочен. Различные формы валюты смазывали различные рынки на протяжении всей истории. Валюта, получаемая от частных лиц в контексте потребительского Интернета, обычно — это не деньги, а новая сложная комбинация личных данных и внимания человека. Учитывая концентрацию рынка, которую демонстрируют такие компании, как Facebook и Google в их соответствующих отраслях, можно предположить, что это псевдомонополистические фирмы, которые собирают так много данных и используют так много нашего внимания таким агрессивным и сомнительным образом, что они обязательно и систематически оставить потребителей в беде.Как я уже говорил в недавней статье, эти фирмы представляют собой двусторонние платформы, монополизировавшие потребительскую сторону; соответственно, они извлекают валюту конечных потребителей на одной стороне платформы по грабительским монопольным ставкам и обменивают ее на денежный доход с чрезвычайно высокой маржой на другой стороне платформы. Именно эту изощренную, но разрушительную форму эксплуатации политики должны счесть наиболее нежелательными.

Эта статья также встречается в:

Третий шаг — изучить рынок, чтобы увидеть, смогут ли молодые предприниматели и другие фирмы когда-нибудь конкурировать в отрасли.Если это так, то вам следует проводить серию политики «в поддержку конкуренции». Они могут варьироваться от принятия целевых нормативных актов, строго защищающих потребителей от определенных форм вреда, до их активного уничтожения. Это то, что Хьюз и другие предложили для Facebook.

Но если вы не можете предвидеть, что какой-либо предприниматель естественным образом будет конкурировать с действующими игроками, рецепт будет совершенно другим. В этом случае фирма является «естественной монополией». Железные дороги, автодороги и телекоммуникационные компании в прошлом считались естественными монополиями, поскольку их стоимость инфраструктуры и другие препятствия для выхода на рынок предполагают, что на каждом из этих рынков должно быть не более одного игрока.Когда политики приходят к такому выводу о фирме, они обычно сначала пытаются ввести набор строгих правил, подобных «коммунальному», чтобы защитить потребителей от эксплуатации, прежде чем рассматривать другие вспомогательные формы регуляторной политики. Например, федеральное правительство регулирует минимальный уровень услуг телекоммуникационных компаний для вызова экстренных служб и предоставляет руководящие принципы для обработки ими данных о потребителях.

Я считаю, что потребительский Интернет — это своего рода естественная монополия.Его ведущие входящие в него фирмы постоянно демонстрируют сетевой эффект: сетевые сервисы, которыми управляют Facebook, Amazon и Google, становятся более ценными, когда их использует больше пользователей. Между тем, это делает чрезвычайно трудным для новичков предлагать потребителям конкурентоспособные уровни полезности. Как и в случае с телекоммуникациями до этого, эта отрасль сейчас поддерживает невероятно высокие барьеры для входа. Ведущие интернет-компании постепенно создавали сложные, проприетарные физические и цифровые инфраструктуры посредством размещения новых физических сетей, развития привилегированного доступа к поставщикам широкополосного доступа и владельцев контента, а также создания эксклюзивного режима «отслеживания и таргетинга» для потребителей, который обязательно исключает конкурентов из доступа к рынку данных и внимания потребителей.Более того, если новый предприниматель действительно разрабатывает инновационную идею, которая в какой-то мере набирает обороты, интернет-монополия может легко приобрести или скопировать ее и интегрировать в свою существующую инфраструктуру. Учитывая это, я считаю, что у второй фирмы нет возможности эффективно конкурировать с Facebook в тех рыночных бункерах, которые она доминирует, или с другими интернет-гигантами в их.

Таким образом, хотя разделение фирм может быть неплохой идеей, нашим первым побуждением должно быть вместо этого нанести удар прямо по бизнес-модели, которая делает эти фирмы настолько доминирующими, с четкими и строгими правилами для защиты динамизма рынков и самих потребителей, а не упомянуть целостность медийной экосистемы и открытость журналистского расследования.В противном случае такие компании, как Facebook, вероятно, продолжат поддерживать и укреплять свои монопольные позиции, укрепляя свою гегемонию над данными о потребителях, производственной информацией, а также цифровой и физической инфраструктурой.

Если мы согласны с тем, что такие фирмы, как Facebook, являются естественными монополиями, тогда нам следует начать рассмотрение правил коммунального обслуживания, которые могут эффективно обеспечивать их подотчетность перед обществом. В прошлом Соединенные Штаты давали такие обозначения как частным, так и государственным монополиям (включая, например, электроэнергетические компании), что по-разному приводило к созданию новых регулирующих органов для борьбы с монополистическим превышением полномочий.В случае потребительских интернет-компаний такие правила могут повлечь за собой: более строгие стандарты в отношении конфиденциальности пользователей и обработки данных; четкое и последовательное расследование любого предлагаемого слияния, поглощения или роста бизнеса в параллельных отраслях, особенно в случаях, когда может произойти чрезмерная концентрация или узкие места на рынке; полная прозрачность способов, которыми алгоритмы отрасли распространяют рекламу и контент, особенно среди маргинализированных слоев населения; налоги или постановления для поддержки общественных интересов, таких как независимая журналистика и цифровая грамотность; и минимально необходимые инвестиции в технологии, которые могут обнаруживать очевидные проявления ненависти и дезинформации и активно бороться с ними.

Все это не означает, что мы не должны также преследовать цель разделения этих фирм. Но это может не сразу эффективно устранить вред, причиняемый потребительскими интернет-компаниями, и, таким образом, является менее важной задачей. На самом деле правительство США должно преследовать чрезмерные отклонения от бизнес-модели, которая систематически подрывает общественные интересы и увековечивает ряд негативных внешних эффектов в нашей медийной и информационной экосистеме. Экономический дизайн Соединенных Штатов справедливо дает капиталистическому рынку возможность свободно вводить новшества — но когда такая коммерциализация порождает эксплуатацию личности, наша нация всегда предпринимала действия для защиты наших демократических интересов, а не свободы рынков.Потребительский Интернет не должен быть исключением.

барьеров для входа на рынок — Принципы микроэкономики — Гавайи, издание

Цели обучения

К концу этого раздела вы сможете:

  • Различают естественную монополию и юридическую монополию.
  • Объясните, как эффект масштаба и контроль над природными ресурсами привели к необходимому образованию законных монополий.
  • Проанализировать важность товарных знаков и патентов в продвижении инноваций
  • Определите примеры хищнического ценообразования

Из-за отсутствия конкуренции монополии, как правило, получают значительную экономическую прибыль.Эти прибыли должны вызывать сильную конкуренцию, как описано в разделе «Идеальная конкуренция», но, тем не менее, из-за одной особенности монополии это не так. Барьеры для входа на рынок — это правовые, технологические или рыночные силы, которые препятствуют или препятствуют выходу потенциальных конкурентов на рынок. Барьеры для входа могут варьироваться от простых и легко преодолимых, таких как стоимость аренды торговых площадей, до крайне ограничительных. Например, для вещания доступно ограниченное количество радиочастот.После того, как права на все они будут куплены, новые конкуренты не смогут выйти на рынок.

В некоторых случаях входные барьеры могут привести к монополии. В других случаях они могут ограничить конкуренцию несколькими фирмами. Барьеры могут блокировать вход, даже если фирма или фирмы, присутствующие в настоящее время на рынке, получают прибыль. Таким образом, на рынках со значительными барьерами для входа не верно, что аномально высокая прибыль привлечет новые фирмы, и что этот выход новых фирм в конечном итоге приведет к снижению цены, так что выжившие фирмы зарабатывают только нормальный уровень прибыли. в долгосрочной перспективе.

Существует два типа монополии, основанные на типах барьеров для входа, которые они используют. Один из них — это естественная монополия , в которой барьеры для входа не являются юридическим запретом. Другой — это юридическая монополия , где законы запрещают (или строго ограничивают) конкуренцию.

Эффект масштаба может сочетаться с размером рынка для ограничения конкуренции. (Эта тема была представлена ​​в разделе «Структура затрат и отрасли»). На рисунке 1 представлена ​​долгосрочная кривая средних затрат для отрасли производства самолетов.Он показывает экономию от масштаба до выпуска 8000 самолетов в год и цену 0 песо, затем постоянную отдачу от масштаба от 8000 до 20000 самолетов в год и убыток от масштаба при количестве производства более 20000 самолетов в год. год.

Теперь рассмотрим кривую рыночного спроса на диаграмме, которая пересекает кривую долгосрочных средних затрат (LRAC) при уровне выпуска 6000 самолетов в год и при цене 1 песо, что выше, чем 0 песо.В этой ситуации на рынке есть место только для одного производителя. Если вторая фирма попытается выйти на рынок в меньшем размере, например, выпустив 4000 самолетов, то ее средние затраты будут выше, чем у существующей фирмы, и она не сможет конкурировать. Если вторая фирма попытается выйти на рынок в большем размере, например, 8000 самолетов в год, то она сможет производить с более низкими средними затратами, но она не сможет продать все 8000 самолетов, которые она произвела, из-за недостаточного спроса на рынке.

Рисунок 1. Экономия от масштаба и естественная монополия. На этом рынке кривая спроса пересекает кривую долгосрочных средних затрат (LRAC) в своей нисходящей части. Естественная монополия возникает, когда объем спроса меньше минимального количества, необходимого для того, чтобы оказаться в нижней части кривой долгосрочных средних затрат.

Такая ситуация, когда эффект масштаба велика по сравнению с объемом спроса на рынке, называется естественной монополией. Естественные монополии часто возникают в отраслях, где предельные затраты на добавление дополнительных клиентов очень низки, если существуют постоянные затраты всей системы.После того, как основные водопроводные трубы будут проложены по соседству, предельные затраты на водоснабжение другого дома будут довольно низкими. После того, как линии электропередач проложены по соседству, предельные затраты на предоставление дополнительных услуг электроснабжения еще одного дома будут очень низкими. Выход на рынок второй компании по водоснабжению и инвестирование во второй комплект магистральных водопроводов или выход на рынок второй электроэнергетической компании и инвестирование в совершенно новый комплект электрических проводов будет дорогостоящим и дублирующим.Эти отрасли представляют собой пример, когда из-за экономии на масштабе один производитель может обслуживать весь рынок более эффективно, чем несколько более мелких производителей, которым придется делать двойные вложения в физический капитал.

Естественная монополия может также возникнуть на небольших местных рынках для товаров, которые трудно транспортировать. Например, производство цемента дает эффект масштаба, а количество цемента, требуемое в определенной местности, может быть не намного больше, чем может производить один завод.Более того, стоимость транспортировки цемента по суше высока, и поэтому цементный завод в районе, где нет доступа к водному транспорту, может быть естественной монополией.

Другой тип естественной монополии возникает, когда компания контролирует ограниченные физические ресурсы. В экономике США один исторический пример такой модели произошел, когда ALCOA — Алюминиевая компания Америки — контролировала большую часть поставок боксита, ключевого минерала, используемого в производстве алюминия. Еще в 1930-х годах, когда ALCOA контролировала большую часть бокситов, другие фирмы просто не могли производить достаточно алюминия, чтобы конкурировать.

В качестве другого примера, большая часть мировой добычи алмазов контролируется DeBeers, многонациональной компанией, которая ведет добычу и добычу в Южной Африке, Ботсване, Намибии и Канаде. Он также ведет геологоразведочные работы на четырех континентах и ​​руководит всемирной сетью распределения необработанных алмазов. Хотя в последние годы они испытали растущую конкуренцию, их влияние на рынок необработанных алмазов по-прежнему остается значительным.

Для некоторых продуктов правительство устанавливает барьеры для входа, запрещая или ограничивая конкуренцию.Согласно законодательству США, ни одна организация, кроме Почтовой службы США, не имеет права доставлять почту первого класса. Во многих штатах и ​​городах действуют законы или постановления, позволяющие домохозяйствам выбирать только одну электрическую компанию, одну компанию водоснабжения и одну компанию для вывоза мусора. Большинство законных монополий считаются коммунальными предприятиями — продуктами, необходимыми для повседневной жизни, — наличие которых выгодно для общества. Как следствие, правительство позволяет производителям стать регулируемыми монополиями, чтобы гарантировать, что соответствующее количество этой продукции будет поставляться потребителям.Кроме того, легальные монополии часто подвержены эффекту масштаба, поэтому имеет смысл разрешить только одного поставщика.

Инновации требуют времени и ресурсов. Предположим, компания инвестирует в исследования и разработки и находит лекарство от простуды. В этом мире почти повсеместной информации другие компании могли взять формулу, произвести лекарство и, поскольку они не понесли затрат на исследования и разработки (НИОКР), подорвали цену компании, открывшей лекарство.Учитывая эту возможность, многие фирмы предпочли бы не вкладывать средства в исследования и разработки, и в результате в мире было бы меньше инноваций. Чтобы этого не произошло, в разделе 8 статьи I Конституции США указывается: «Конгресс имеет власть. . . Содействовать прогрессу науки и полезных искусств, обеспечивая на ограниченное время авторам и изобретателям исключительное право на их труды и открытия ». Конгресс использовал это право для создания Бюро по патентам и товарным знакам США, а также U.S. Бюро авторских прав. Патент дает изобретателю исключительное законное право создавать, использовать или продавать изобретение в течение ограниченного времени; в США исключительные патентные права действуют 20 лет. Идея состоит в том, чтобы предоставить ограниченную монопольную власть, чтобы инновационные фирмы могли окупить свои инвестиции в НИОКР, но затем позволить другим фирмам производить продукт по более дешевым ценам после истечения срока действия патента.

Товарный знак — это идентифицирующий символ или название определенного товара, например бананов Chiquita, автомобилей Chevrolet или «галочки» Nike, которая появляется на обуви и спортивном снаряжении.В правительстве США зарегистрировано около 1,9 миллиона товарных знаков. Фирма может продлевать товарный знак снова и снова, пока он активно используется.

A copyright , согласно Бюро регистрации авторских прав США, «является формой защиты, предусмотренной законодательством США для« оригинальных авторских произведений », включая литературные, драматические, музыкальные, архитектурные, картографические, хореографические, пантомимические, живописные , графические, скульптурные и аудиовизуальные произведения ». Никто не может воспроизводить, демонстрировать или выполнять работу, защищенную авторским правом, без разрешения автора.Защита авторских прав обычно длится в течение жизни автора плюс 70 лет.

Грубо говоря, патентное право распространяется на изобретения, а авторское право защищает книги, песни и искусство. Но в некоторых областях, таких как изобретение нового программного обеспечения, было неясно, должна ли применяться защита патента или авторского права. Существует также свод законов, известный как коммерческая тайна . Даже если у компании нет патента на изобретение, конкурирующим фирмам не разрешается красть их секреты. Одним из известных коммерческих секретов является формула Coca-Cola, которая не защищена авторским правом или патентным законодательством, но компания просто держит ее в секрете.

В совокупности это сочетание патентов, товарных знаков, авторских прав и закона о коммерческой тайне называется интеллектуальной собственностью , потому что оно подразумевает право собственности на идею, концепцию или изображение, а не на физический объект собственности, такой как дом или автомобиль. Страны по всему миру приняли законы о защите интеллектуальной собственности, хотя сроки и точные положения таких законов различаются в зависимости от страны. В настоящее время ведутся переговоры как через Всемирную организацию интеллектуальной собственности (ВОИС), так и через международные договоры, чтобы добиться большей гармонии с законами об интеллектуальной собственности в разных странах, чтобы определить, в какой степени патенты и авторские права в одной стране будут уважаться в других странах. .

Государственные ограничения конкуренции были еще более распространены в Соединенных Штатах. На протяжении большей части двадцатого века только одной телефонной компании — AT&T — было по закону разрешено предоставлять услуги местной и междугородной связи. С 1930-х по 1970-е годы один набор федеральных правил ограничивал, в какие направления авиалинии могли выбирать перелеты и какие тарифы они могли взимать; другой набор правил ограничивал процентные ставки, которые банки могли выплачивать вкладчикам; еще один уточнял, сколько автотранспортные фирмы могут взимать с клиентов.

Какие продукты считать коммунальными, частично зависит от доступной технологии. Пятьдесят лет назад местная и междугородная телефонная связь предоставлялась по проводам. Не имело большого смысла иметь несколько компаний, строящих несколько систем электропроводки в городах и по всей стране. AT&T утратила монополию на услуги дальней связи, когда технология предоставления телефонных услуг изменилась с проводной на микроволновую и спутниковую передачу, так что несколько фирм могли использовать один и тот же механизм передачи.То же самое произошло с местным обслуживанием, особенно в последние годы, с ростом количества систем сотовой связи.

Сочетание усовершенствований производственных технологий и общего понимания того, что рынки могут предоставлять услуги надлежащим образом, привело к волне дерегулирования , начавшейся в конце 1970-х и продолжавшейся до 1990-х годов. Эта волна устранила или снизила правительственные ограничения в отношении компаний, которые могли войти, цены, которые могли взиматься, и количества, которые могли быть произведены во многих отраслях, включая телекоммуникации, авиалинии, грузовые перевозки, банковское дело и электричество.

Во всем мире, от Европы до Латинской Америки, Африки и Азии, многие правительства продолжают контролировать и ограничивать конкуренцию в тех отраслях, которые эти правительства считают ключевыми, включая авиакомпании, банки, сталелитейные компании, нефтяные компании и телефонные компании.

Посетите этот веб-сайт, чтобы увидеть примеры довольно странных патентов.


Компании разработали ряд схем для создания барьеров для входа, удерживая потенциальных конкурентов от выхода на рынок.Один метод известен как хищнического ценообразования , при котором фирма использует угрозу резкого снижения цен, чтобы препятствовать конкуренции. Хищническое ценообразование является нарушением антимонопольного законодательства США, но доказать это сложно.

Рассмотрим крупную авиакомпанию, которая выполняет большинство рейсов между двумя конкретными городами. Новая небольшая начинающая авиакомпания решает предложить услуги между этими двумя городами. Крупная авиакомпания сразу же резко снижает цены на этом маршруте, так что новый участник не может заработать никаких денег.После того, как новый участник уйдет из бизнеса, действующая фирма может снова поднять цены.

После того, как этот образец будет повторен один или два раза, потенциальные новые участники могут решить, что неразумно пытаться соревноваться. Мелкие авиакомпании часто обвиняют более крупные авиакомпании в хищническом ценообразовании: например, в начале 2000-х ValuJet обвинила Delta в хищническом ценообразовании, Frontier обвинила United, а Reno Air обвинила Northwest. В 2015 году Министерство юстиции вынесло постановление против American Express и Mastercard за введение ограничений для розничных продавцов, которые поощряли клиентов использовать более низкие комиссии за проведение кредитных операций.

В некоторых случаях большие рекламные бюджеты также могут препятствовать конкуренции. Если единственный способ запустить успешный новый национальный напиток колы — это потратить больше, чем рекламные бюджеты Coca-Cola и Pepsi Cola, немногие компании попытаются это сделать. Прочно устоявшуюся торговую марку бывает трудно вытеснить.

В таблице 1 перечислены барьеры для входа, которые здесь обсуждались. Этот список не является исчерпывающим, поскольку фирмы оказались весьма изобретательными в изобретении методов ведения бизнеса, препятствующих конкуренции.Когда существуют барьеры для входа на рынок, совершенная конкуренция больше не является разумным описанием того, как работает отрасль. Когда барьеры для входа достаточно высоки, может возникнуть монополия.

Входной барьер Роль правительства? Пример
Естественная монополия Правительство часто отвечает постановлением (или владением) Компании водоснабжения и электроснабжения
Управление физическим ресурсом DeBeers на бриллианты
Юридическая монополия Есть Почтовое отделение, действующие правила авиакомпаний и грузоперевозок
Патент, товарный знак и авторское право Да, через защиту интеллектуальной собственности Новые лекарства или программное обеспечение
Запугивание потенциальных конкурентов Скорее Хищническое ценообразование; известные торговые марки
Таблица 1. Барьеры для входа

Входные барьеры не позволяют конкурентам входить на рынок или препятствуют им. Эти препятствия включают: эффект масштаба, ведущий к естественной монополии; контроль физического ресурса; правовые ограничения конкуренции; защита патентов, товарных знаков и авторских прав; и методы устрашения конкурентов, такие как хищническое ценообразование. Интеллектуальная собственность относится к юридически гарантированному владению идеей, а не физическим предметом. Законы, защищающие интеллектуальную собственность, включают патенты, авторские права, товарные знаки и коммерческую тайну.Естественная монополия возникает, когда эффект масштаба сохраняется в достаточно большом диапазоне выпуска, и если одна фирма будет обеспечивать весь рынок, никакая другая не сможет выйти на рынок, не столкнувшись с недостатком затрат.

Вопросы для самопроверки

  1. Классифицируйте следующее как введенный правительством барьер для въезда, барьер для въезда, который не обеспечивается правительством, или ситуацию, не предусматривающую барьера для въезда.
    1. Запатентованное изобретение
    2. Популярный, но легко копируемый ресторанный рецепт
    3. Отрасль, в которой эффект масштаба очень мал по сравнению с размером спроса на рынке
    4. Хорошо зарекомендовавшая себя компания по снижению цен в ответ на появление новых товаров.
    5. Уважаемый бренд, который тщательно создавался на протяжении многих лет.
  2. Классифицируйте следующее как введенный правительством барьер для въезда, барьер для въезда, который не обеспечивается правительством, или ситуацию, которая не включает барьер для въезда.
    1. Город принимает закон о том, сколько лицензий он выдает для такси
    2. Город принимает закон, согласно которому все водители такси должны сдавать экзамен на безопасность вождения и иметь страховку.
    3. Известный товарный знак
    4. Обладатель источника с очень чистой водой
    5. Отрасль, в которой эффект масштаба очень велик по сравнению с размером спроса на рынке
  3. Предположим, что местная электроэнергетическая компания, юридическая монополия, основанная на экономии на масштабе, была разделена на четыре фирмы равного размера с идеей, что устранение монополии будет способствовать установлению конкурентоспособных цен на электроэнергию.Как вы думаете, что произойдет с ценами?
  4. Если Конгресс сократит период патентной защиты с 20 до 10 лет, что, вероятно, произойдет с объемом частных исследований и разработок?

Обзорные вопросы

  1. Чем монополия отличается от совершенной конкуренции?
  2. Что такое входной барьер? Приведите несколько примеров.
  3. Что такое естественная монополия?
  4. Что такое юридическая монополия?
  5. Что такое хищническое ценообразование?
  6. Чем интеллектуальная собственность отличается от другой собственности?
  7. Какими правовыми механизмами защищена интеллектуальная собственность?
  8. В каком смысле естественная монополия является «естественной»?

Вопросы о критическом мышлении

  1. ALCOA не обладает той монопольной властью, которая была когда-то.Как, по вашему мнению, их барьеры для входа были ослаблены?
  2. Почему непатентованные фармацевтические препараты значительно дешевле, чем брендовые?
  3. В течение многих лет Министерство юстиции пыталось разделить крупные фирмы, такие как IBM, Microsoft и совсем недавно Google, на том основании, что их большая доля на рынке сделала их по сути монополистами. Будет ли эта политика иметь такой же смысл на глобальном рынке, где американские фирмы конкурируют с фирмами из других стран, как в чисто внутреннем контексте?
  4. Законы об интеллектуальной собственности предназначены для содействия инновациям, но некоторые экономисты, такие как Милтон Фридман, утверждают, что такие законы нежелательны.В Соединенных Штатах не существует защиты интеллектуальной собственности в отношении рецептов еды или модного дизайна. Рассматривая состояние этих двух отраслей и принимая во внимание обсуждение неэффективности монополий, можете ли вы придумать какие-либо причины, по которым законы об интеллектуальной собственности могут препятствовать инновациям в некоторых случаях?

Проблемы

Вернуться к рисунку 1. Предположим, что P 0 составляет 10 долларов, а P 1 — 11 долларов. Предположим, новая фирма с той же кривой LRAC, что и действующий оператор, пытается прорваться на рынок, продав 4000 единиц продукции.Оцените по графику, какими будут средние затраты новой фирмы на производство продукции. Если действующий оператор продолжит производить 6000 единиц, какой объем продукции будет поставлен на рынок двумя фирмами? Оцените, что произойдет с рыночной ценой в результате предложения как действующей фирмы, так и нового участника. Примерно сколько прибыли получит каждая фирма?

Глоссарий

входные барьеры
юридические, технологические или рыночные силы, которые могут препятствовать или препятствовать выходу потенциальных конкурентов на рынок
авторское право
форма правовой защиты для предотвращения копирования в коммерческих целях оригинальных авторских произведений, включая книги и музыку
дерегулирование
снятие государственного контроля над установлением цен и объемов в определенных отраслях
интеллектуальная собственность
свод законов, включая законы о патентах, товарных знаках, авторских правах и коммерческой тайне, которые защищают право изобретателей производить и продавать свои изобретения
юридическая монополия
юридические запреты на конкуренцию, такие как регулируемые монополии и защита интеллектуальной собственности
монополия
ситуация, в которой одна фирма производит всю продукцию на рынке
естественная монополия
экономические условия в отрасли, например, эффект масштаба или контроль над критически важным ресурсом, которые ограничивают эффективную конкуренцию
патент
Правительственное постановление, дающее изобретателю исключительное законное право создавать, использовать или продавать изобретение в течение ограниченного времени
хищническое ценообразование
, когда существующая фирма использует резкое, но временное снижение цен, чтобы препятствовать новой конкуренции
коммерческая тайна
метода производства, хранящихся в секрете фирмой-производителем
товарный знак
идентифицирующий символ или название конкретного товара и может использоваться только фирмой, зарегистрировавшей этот товарный знак.

Решения

Ответы на вопросы самопроверки

    1. Патент — это установленный государством барьер для входа.
    2. Это не входной барьер.
    3. Это не входной барьер.
    4. Это барьер для входа, но он не установлен государством.
    5. Это барьер для входа, но он напрямую не обеспечивается правительством.
    1. Это введенный правительством барьер для въезда.
    2. Это пример государственного закона, но, возможно, это не большая преграда для входа, если большинство людей могут пройти тест на безопасность и получить страховку.
    3. Право на использование товарных знаков охраняется государством и, следовательно, является препятствием для входа на рынок.
    4. Вероятно, это не препятствие для входа, поскольку существует несколько различных способов получить чистую воду.
    5. Это барьер для входа, но он не установлен государством.
  1. Из-за эффекта масштаба каждая фирма будет производить с более высокими средними затратами, чем раньше. (Каждому из них пришлось бы построить свои собственные линии электропередач.) В результате каждый из них должен был бы поднять цены, чтобы покрыть свои более высокие затраты.Политика потерпит неудачу.
  2. Более короткий срок патентной защиты сделает инновации менее прибыльными, поэтому объем исследований и разработок, вероятно, сократится.

Монополия — Econlib

Монополия — это предприятие, которое является единственным продавцом товара или услуги. При отсутствии государственного вмешательства монополия может устанавливать любую цену по своему выбору и обычно устанавливает цену, которая приносит максимально возможную прибыль. Простая монополия не должна делать предприятие более прибыльным, чем другие предприятия, сталкивающиеся с конкуренцией: рынок может быть настолько мал, что едва ли поддерживает одно предприятие.Но если монополия на самом деле более прибыльна, чем конкурирующие предприятия, экономисты ожидают, что другие предприниматели войдут в бизнес, чтобы получить часть более высокой прибыли. Если появится достаточное количество конкурентов, их конкуренция снизит цены и устранит монопольную власть.

До и во время периода классической экономики (примерно 1776–1850) большинство людей считало, что процесс подрыва монополий новыми конкурентами был повсеместным. Они думали, что единственные монополии, которые могут сохраниться, — это те, которые заставляют правительство исключать конкурентов.Это убеждение было хорошо выражено в прекрасной статье о монополии в Penny Cyclopedia (1839, том 15, стр. 741) :

Таким образом, кажется, что слово «монополия» никогда не использовалось в английском праве, за исключением случаев, когда королевский грант разрешал одному или нескольким лицам торговать или продавать определенный товар или предмет. Если несколько человек объединятся с целью производства какого-либо конкретного предмета или товара, и если им удастся продать такой товар очень широко и почти исключительно, то такие люди на популярном языке будут считаться монопольными.Теперь, когда эти люди не имеют преимущества, предоставленного им законом перед другими людьми, ясно, что они могут продать больше своего товара, чем другие люди, только производя товар дешевле и лучше.

Даже сегодня наиболее важные устойчивые монополии или почти монополии в Соединенных Штатах зависят от политики правительства. Государственная поддержка отвечает за установление цен на сельскохозяйственную продукцию выше конкурентных уровней, за исключительное право собственности на операционные системы кабельного телевидения на большинстве рынков, за эксклюзивную франшизу коммунальных услуг, радио и телеканалов, за единую почтовую службу — список можно продолжать и продолжать. на.Монополии, которые существуют независимо от государственной поддержки, скорее всего, возникают из-за небольшого размера рынков (единственный аптекарь в городе) или из-за временного лидерства в области инноваций (Алюминиевая компания Америки до Второй мировой войны).

Почему экономисты возражают против монополии? Чисто «экономический» аргумент против монополии сильно отличается от того, чего могли ожидать неэкономисты. Успешные монополисты устанавливают цены выше, чем они были бы в случае конкуренции, так что клиенты платят больше, а монополисты (и, возможно, их сотрудники) получают прибыль.Это может показаться странным, но экономисты не видят причин критиковать монополии только за то, что они передают богатство от потребителей монопольным производителям. Это потому, что экономисты не имеют возможности узнать, кто более достоин из двух сторон — производитель или покупатель. Конечно, люди (в том числе экономисты) могут возражать против передачи богатства по другим причинам, в том числе по моральным соображениям. Но сама передача «экономической» проблемы не представляет.

Скорее, чисто «экономический» довод против монополии состоит в том, что она снижает совокупное экономическое благосостояние (в отличие от простого ухудшения положения одних людей и улучшения положения других на такую ​​же величину).Когда монополист поднимает цены выше конкурентного уровня, чтобы получить свою монопольную прибыль, клиенты покупают меньше продукта, меньше производится, и общество в целом находится в худшем положении. Короче говоря, монополия снижает доходы общества. Ниже приводится упрощенный пример.

Рассмотрим случай монополиста, который производит свой продукт по фиксированной стоимости (где «стоимость» включает конкурентоспособную норму прибыли на его инвестиции) в размере 5 долларов за единицу. Стоимость составляет 5 долларов независимо от того, сколько единиц производит монополист.Однако количество продаваемых им единиц зависит от цены, которую он взимает. Количество единиц, которые он продает по заданной цене, зависит от графика «спроса», показанного в Таблице 1.

Для монополиста лучше всего, когда он ограничивает производство до 200 единиц, которые он продает по 7 долларов за штуку. Затем он получает монопольную прибыль (то, что экономисты называют «экономической рентой») в размере 2 долларов за единицу (7 долларов минус 5 долларов затрат, которые, опять же, включают конкурентоспособную норму прибыли на инвестиции), умноженные на 200, или 400 долларов в год. Если он производит и продает 300 единиц по 6 долларов каждая, он получает монопольную прибыль всего в 300 долларов (1 доллар за единицу умножается на 300 единиц).Если он производит и продает 420 единиц по 5 долларов каждая, он не получает монопольной прибыли — только справедливую прибыль на капитал, вложенный в бизнес. Таким образом, монополист стал богаче на 400 долларов благодаря своему монопольному положению при цене в 7 долларов.



Таблица 1 График спроса


Цена Требуемое количество (единиц в год)

$ 7 200
$ 6 300
$ 5 420


Общество, однако, обстоит хуже.

Покупатели были бы счастливы купить еще 220 единиц, если бы цена составляла 5 долларов: график спроса говорит нам, что они оценивают дополнительные 220 единиц по ценам, которые не опускаются до 5 долларов, пока у них не будет 420 единиц. Предположим, что эти дополнительные 220 единиц имеют среднюю стоимость для потребителей в 6 долларов. Эти дополнительные 220 единиц будут стоить всего 5 долларов каждая, поэтому потребитель получит 220 × 1 доллара удовлетворения, если будет установлена ​​конкурентоспособная цена в 5 долларов. Поскольку монополист покроет свои затраты на производство дополнительных 220 единиц, он ничего не потеряет.Таким образом, производство дополнительных 220 единиц принесет обществу 220 долларов. Но монополист предпочитает не производить дополнительные 220 единиц, потому что, чтобы продать их по 5 долларов за штуку, ему пришлось бы снизить цену на остальные 200 единиц с 7 до 5 долларов. Монополист потеряет 400 долларов (200 единиц, умноженных на снижение цены на 2 доллара за единицу), но потребители получат те же 400 долларов. Другими словами, продажа по конкурентоспособной цене приведет к передаче 400 долларов от монополиста потребителям и создаст добавленную стоимость для общества в размере 220 долларов.

Стремление экономистов к тому, чтобы государство боролось или контролировало монополии, прошло долгий цикл. Еще в 1890 году, когда был принят антимонопольный закон Шермана, большинство экономистов считали, что единственной необходимой антимонопольной политикой является сдерживание стремления правительства предоставить исключительные привилегии, такие как предоставленные Британской Ост-Индской компании для торговли с Индией. Они считали, что другие источники доминирования на рынке, такие как высокая эффективность, должны иметь возможность свободно действовать в интересах потребителей, поскольку в конечном итоге потребители будут защищены от завышенных цен потенциальными или фактическими конкурентами.

Традиционно монополия отождествлялась с одним продавцом, а конкуренция с существованием даже нескольких конкурентов. Но экономисты стали намного более благосклонно относиться к антимонопольной политике, поскольку их взгляд на монополию и конкуренцию изменился. С развитием концепции совершенной конкуренции, которая требует наличия огромного числа конкурентов, производящих одинаковый товар, многие отрасли стали классифицироваться как олигополии (то есть с несколькими продавцами). А олигополии, как полагали экономисты, наверняка часто обладали рыночной властью — властью контролировать цены в одиночку или в сговоре.

В последнее время, рискуя быть названным непостоянным, многие экономисты (я в их числе) утратили как энтузиазм по поводу антимонопольной политики, так и большую часть страха перед олигополиями. Снижение поддержки антимонопольной политики было связано с зачастую нежелательным использованием этой политики. Закон Робинсона-Патмана, якобы призванный предотвратить ценовую дискриминацию (т. Е. Компании, устанавливающие разные цены для разных покупателей за один и тот же товар), часто использовался для ограничения конкуренции, а не для ее усиления.Антимонопольное законодательство предотвратило многие полезные слияния, особенно вертикальные. (Вертикальное слияние — это такое слияние, при котором компания А покупает другую компанию, которая поставляет ресурсы А или продает продукцию А.) Излюбленным инструментом юридических пиратов является частный антимонопольный иск, в котором выигравшим истцам присуждается тройная компенсация.

Насколько опасны монополии и олигополии? Сколько они могут получить сверхприбыли? Несколько видов свидетельств предполагают, что монополии и небольшие олигополии имеют ограниченные возможности зарабатывать гораздо больше, чем конкурентоспособные нормы прибыли на капитал.В большом количестве исследований сравнивается норма прибыли на инвестиции со степенью концентрации отраслей (измеряемой долей отраслевых продаж, сделанных, скажем, четырьмя крупнейшими фирмами). Взаимосвязь между прибыльностью и концентрацией почти всегда слабая: менее 25 процентов колебаний нормы прибыли в разных отраслях можно отнести на счет концентрации.

Более конкретную иллюстрацию влияния количества конкурентов на цену можно найти в исследовании Рубена Кесселя по андеррайтингу государственных и местных государственных облигаций.Синдикаты инвестиционных банкиров претендуют на право продать выпуск облигаций, скажем, в штате Калифорния. Победитель торгов может предложить 98,5 (или 985 долларов за облигацию на 1000 долларов) и, в свою очередь, попытаться продать выпуск инвесторам по 100 (1000 долларов за облигацию на 1000 долларов). В этом случае «спред» андеррайтера составит 1,5 (или 15 долларов за облигацию на 1000 долларов).

При изучении тысяч выпусков облигаций, после корректировки размера, надежности и других характеристик каждого выпуска, Кессель обнаружил, что структура спредов андеррайтеров такая, как показано в таблице 2.

Для двадцати или более участников торгов — что фактически является совершенной конкуренцией — спред составлял десять долларов. Простого увеличения числа участников торгов с одного до двух было достаточно, чтобы вдвое сократить превышение спреда по сравнению с тем, что было бы на конкурентном уровне в десять долларов. Таким образом, даже небольшое количество конкурентов может снизить цены до конкурентного уровня. Результаты Кесселя больше, чем любое другое отдельное исследование, убедили меня в том, что конкуренция — это крепкий сорняк, а не нежный цветок.



Таблица 2 Количество участников торгов и андеррайтерский спред


№Участников торгов Андеррайтерный спред

1 $ 15,74
2 $ 12,64
3 $ 12,36
6 $ 10,71
10 $ 10,23


Если общество желает контролировать монополию — по крайней мере, те монополии, которые не были созданы его собственным правительством — у него есть три широких варианта.Первый — это антимонопольная политика американской разновидности; второй — государственное регулирование; и третий — государственная собственность и эксплуатация. Как и монополия, все это не идеально.

Применение антимонопольной политики обходится дорого: в 2004 году Антимонопольный отдел Министерства юстиции имел бюджет 133 миллиона долларов, а бюджет Федеральной торговой комиссии составлял 183 миллиона долларов. Ответчики (которые также ежегодно сталкиваются с сотнями частных антимонопольных дел), вероятно, тратят в десять или двадцать раз больше.Более того, антимонопольное законодательство действует медленно. Требуются годы, прежде чем будет выявлена ​​монопольная практика, и еще годы, чтобы принять решение; Антимонопольное дело, которое привело к распаду компании American Telephone and Telegraph Company, началось в 1974 году и находилось под судебным контролем до 1996 года.

Государственное регулирование было предпочтительным выбором в Америке, начиная с создания Комиссии по торговле между штатами в 1887 году и заканчивая муниципальным регулированием такси и ледовых компаний.Тем не менее, в большинстве случаев государственное регулирование снижает или устраняет конкуренцию, а не устраняет монополию. Ограниченная конкуренция — и, как следствие, более высокая прибыль владельцев такси — является причиной того, что медальоны такси в Нью-Йорке были проданы более чем за 150 000 долларов в 1991 году (в какой-то момент 1970-х годов медальон такси стоил больше, чем место на Нью-Йоркской фондовой бирже. Обмен). Более того, регулирование «естественных монополий» (отраслей, обычно коммунальных предприятий, в которых рынок может поддерживать только одну фирму при наиболее эффективном размере операций) ослабило некоторую монопольную власть, но обычно вносит серьезные недостатки в проектирование и работу таких коммунальных предприятий.

Известная экономическая теорема гласит, что конкурентоспособная экономика предприятия будет производить максимально возможный доход от данного запаса ресурсов. Никакая реальная экономика не удовлетворяет точным условиям теоремы, и любая реальная экономика не будет соответствовать идеальной экономике — разница, называемая «несостоятельность рынка». Однако, на мой взгляд, степень «провала рынка» для американской экономики намного меньше, чем «политический провал», возникающий из-за несовершенства экономической политики, присущей реальным политическим системам.Достоинства принципа невмешательства основываются не столько на его знаменитых теоретических основах, сколько на его преимуществах по сравнению с фактическими показателями конкурирующих форм экономической организации.

Естественная монополия

Дэвид Р. Хендерсон

Основной вид монополии, которая является устойчивой и не вызванной государством, — это то, что экономисты называют «естественной» монополией. Естественная монополия возникает из-за экономии на масштабе, то есть из-за удельных затрат, которые падают по мере роста производства фирмы.Когда эффект масштаба является значительным по сравнению с размером рынка, одна фирма может производить всю продукцию отрасли с более низкими удельными затратами, чем две или более фирм. Причина в том, что несколько фирм не могут полностью использовать эффект масштаба. Многие экономисты считают, что распределение электроэнергии (но не ее производство) является примером естественной монополии. Эффект масштаба существует потому, что другой фирме, которая вошла, потребуется дублировать существующие линии электропередач, тогда как если бы существовала только одна фирма, в этом дублировании не было бы необходимости.И одна фирма, которая обслуживает всех, будет иметь меньшие затраты на клиента, чем две или более фирм.

Вопрос о том, должно ли государство регулировать монополию и каким образом, остается спорным среди экономистов. Большинство выступает за регулирование, чтобы естественные монополии не устанавливали монопольные цены. Другие экономисты не хотят регулирования, потому что считают, что даже естественные монополии должны сталкиваться с некоторой конкуренцией (например, электроэнергетические компании должны конкурировать с домашним производством энергии ветра, а промышленные потребители могут иногда производить свою собственную электроэнергию или покупать ее в других местах), и они хотят, чтобы естественная монополия, чтобы иметь сильный стимул для сокращения затрат.Помимо регулирования цен, правительства обычно не позволяют конкурирующим фирмам входить в отрасль, которая считается естественной монополией. Например, фирма, которая хочет конкурировать с местным коммунальным предприятием, не может этого сделать по закону. Экономисты склонны выступать против регулирования входа. Причина в следующем: если отрасль действительно является естественной монополией, то препятствовать входу новых конкурентов нет необходимости, потому что ни один из конкурентов не захочет входить в нее в любом случае. С другой стороны, если отрасль не является естественной монополией, предотвращение конкуренции нежелательно.В любом случае предотвращение входа не имеет смысла.


Об авторе

Покойный Джордж Дж. Стиглер был заслуженным профессором экономики Чикагского университета им. Чарльза Р. Уолгрина. Он также был директором Центра исследования экономики и государства. Он получил Нобелевскую премию по экономике в 1982 году. Редактор немного изменил статью, но только для того, чтобы отразить новые факты или вернуться к исходным мыслям Стиглера в его окончательном варианте.


Дополнительная литература

Аткинсон, Скотт Э. и Роберт Халворсен. «Относительная эффективность государственных и частных фирм в регулируемой среде». Журнал общественной экономики 29 (апрель 1986 г.): 281–294.

Барро, Роберт Дж. «Играем в монополию». Wall Street Journal, 27 августа 1991 г.

Бордман, Энтони Э. и Эйдан Р. Вининг. «Право собственности и производительность в конкурентной среде». Журнал права и экономики 32 (апрель 1989 г.): 1–34.

Борк, Роберт Х. Парадокс антимонопольного законодательства. Нью-Йорк: Basic Books, 1978.

Харбергер, Арнольд К. «Монополия и распределение ресурсов». Американский экономический обзор 44, нет. 2 (1954): 77–87.

Кессель, Рувим. «Исследование эффектов конкуренции на рынке необлагаемых налогом облигаций». Журнал политической экономии 79 (июль / август 1971 г.): 706–738.

Шеперд, Уильям Дж. «Причины усиления конкуренции в экономике США, 1939–1980 гг.».» Обзор экономики и статистики 64 (ноябрь 1982 г.): 613–626.

Стиглер, Джордж Дж. Мемуары нерегулируемого экономиста. Нью-Йорк: Основные книги, 1988. Гл. 6.

Монополия

Монополия

ОПИСАНИЕ ГЛАВЫ 10
Определение цены и выпуска: чистая монополия

I. Введение:

A. Четыре модели рынка товаров
1. Конкурентоспособный Рынок (гл.9)

2. Монополия (Глава 10)

3. Монополистический Конкурс (гл. 11)

4. Олигополия (Глава 11)

B. Общее описание каждой модели

1.Характеристики и примеры
2. Характер кривой спроса
3. Краткосрочное равновесие (макс. Прибыль)
4. Долгосрочное равновесие и эффективность
5. Прочие вопросы

II. МОНОПОЛИЯ — Характеристики

Структура рынка, в которой одна фирма продает уникальный продукт, доступ к которому заблокирован что единственная фирма имеет значительный контроль над ценой на продукцию и в которых может присутствовать неценовая конкуренция.

A. КОЛИЧЕСТВО ФИРМ: отдельная фирма
Б. ТИП ПРОДУКТА: уникальный продукт, близких аналогов нет
В. КОНТРОЛЬ НАД ЦЕНАМИ: «Ценники»
D. ПРОСТОТА ВХОДА: заблокирован вход
E. НЕЦЕНОВАЯ КОНКУРЕНЦИЯ: связи с общественностью

III. Примеры / важность

1.

Коммунальные услуги: газ, электричество, вода, кабельное ТВ, а также местные телефонные компании, часто чистые монополии.

2.

First Data Resources (Western Union), Wham-O (Фрисби) и алмазный синдикат ДеБирса. примеры «ближних» монополий. (См. Последнее слово.)

3.

Производственные монополии практически отсутствуют в общенациональный U.С. обрабатывающих производств.

4.

Профессиональные спортивные лиги предоставляют командные монополии города.

5.

Монополии могут быть географическими. В маленьком городке может быть только одна авиакомпания, банк и т. д.

IV. Барьеры для входа

A. Определение
Все, что искусственно препятствует проникновению фирм в промышленность.

B. Важность барьеров

C. Типы барьеров

1. эффект масштаба: затраты
а) графически
б) обоснование

в) естественные монополии

3.правовые барьеры

а) патенты
б) лицензии

3. владение основным сырьем

4. ценовые и другие стратегические барьеры

V. Определение цены и выпуска: прибыль-стоимость Анализ

A. Монопольный спрос
1.спрос фирмы = рыночный спрос (спрос нисходящий)
2. P> MR
а. графически
б. Почему?

3. Ценник
4. Ценовая эластичность

дополнительно: Монополия Поведение в краткосрочной перспективе (разделы 1-2)

Б.Определение цены и выпуска
1. цель: максимизация прибыли
2. Анализ затрат и выгод 2 этапа (графически)
a) найти лучшее количество, где MR = MC
б) продукт только если AR> AVC

дополнительно: Монополия Поведение в краткосрочной перспективе (раздел 4)

C. Прибыль? (графически)

1. прибыль случай максимизации: экономическая прибыль (прибыль / убыток)

2. убыток минимизирующий случай (прибыли / убытки) экстра

3. закрыто нижний корпус (прибыль / убыток) экстра

4. нормальный прибыль (прибыль / убыток)



Д.Заблуждения относительно монопольного ценообразования
1. не самая высокая цена
2. Всего, не на единицу, прибыль
3. убытки
4.
график

E. Быстро Тест

VI. Определение цены и выпуска TC — TR Подход

дополнительно: Монополия Поведение в краткосрочной перспективе (раздел 3)

VII.Фирмы-монополисты и долгосрочное равновесие

Монополия: График долгосрочного равновесия

VIII. Фирмы-монополисты и эффективность

А.Конкурентоспособные фирмы и эффективность (обзор)
1. эффективность распределения: P = MC
2. Производственная эффективность: P = MC = ATC

B. Принять идентичные затраты

C. Монополия [ГРАФИК]

1. неэффективность распределения: P> MC
a) нераспределение ресурсов меньшая производительность чем на конкурентных рынках
б) более высокие цены, чем на конкурентных рынках

2.неэффективность производства

a) не производит при минимальном ATC
б) стоимость осложнений
1) естественная монополия
An промышленность, в которой эффект масштаба настолько велик, что продукт может быть произведен одной фирмой по более низкой средней общая стоимость, чем если бы продукт был произведен более чем одна фирма.

графически

2) X-неэффективность

Неспособность производить любой конкретный результат с самым низким средним значением (и итого) возможна стоимость.

3) монополия сохранение расходов

4) динамический КПД?

(а) конкурентоспособная модель
(б) монопольная модель
(1) означает
(2) стимулы?
(3) смешанная картина
  • Некоторые монополии проявили небольшой интерес в технологическом прогрессе
  • С другой стороны, исследования могут привести к более низкие удельные затраты, что максимально помогает монополиям как и любой другой тип фирмы.Кроме того, исследования могут помочь монополии поддерживать барьеры для входа против новых фирм.
  • БОЛЬШЕ

(c) теория перевернутой U НИОКР расходы (стр. 252-3)

3.неравенство (распределение доходов)

  • Распределение доходов более неравномерное, чем могло бы быть в более конкурентной ситуации.
  • Эффект монопольной власти заключается в передаче доходов от потребителей до владельцев бизнеса.
  • Это приведет к перераспределению доходов в пользу владельцев бизнеса с более высоким доходом, если только покупатели монопольные продукты богаче, чем монопольные владельцы .

IX. Ценовая дискриминация

A. Определение
Продажа товара разным покупателям по разным ценам, когда цена различия не оправдываются разницей в стоимости.

B. Примеры: Кто платит больше? / Кто платит меньше?

1. электричество
2.фильмы (время и возраст)
3. время и возраст поля для гольфа)
4. железные дороги
5. купонов
6. международная торговля
7. другие ????

C. Условия

1. Монопольная власть (ценник)

2. Сегрегация рынка

способность разделять покупателей по их ценовая эластичность спроса

3.Без перепродажи

D. Последствия (графически)

1. больше прибыли
2. больше продукции

E. Быстро Тест

F. опционально: Цена Дискриминация

Х.Регулируемая монополия: регулирование ставок

A. Почему тарифное регулирование вместо антимонопольного?
1. определение: антимонопольное
Использование антимонопольное законодательство для поощрения конкуренции и экономических эффективность.

2. естественная монополия

An промышленность, в которой эффект масштаба настолько велик, что продукт может быть произведен одной фирмой при более низком среднем общем объеме стоимость, чем если бы продукт был произведен более чем одним фирма.

3. графически

B. Почему государство принимает участие

1. для повышения эффективности распределения: «общественный проценты «
Презумпция того, что цель регулирования отрасли — защитить население (потребители) от злоупотребления властью естественные монополии.

2. Политические причины: юридическая теория картеля

Гипотеза о том, что некоторые отрасли стремятся к регулированию или хотят сохранить регулирование, чтобы они могли формировать или поддерживать юридический картель.

а. Сторонники этой теории утверждают, что регулирующие органы гарантируют возврат к регулируемым фирмы, блокируя вход и разделяя рынок — деятельность, которая была бы незаконной в нерегулируемых рынки.

г. Профессиональное лицензирование пример этой теории в определенных трудах рынки.

C. Как государство регулирует ставки (цены)

1. P = MC: социально оптимальная цена
а. Определение

Цена товара, который приводит к наиболее эффективному распределению экономики ресурсов и равна предельной стоимости продукт.

Означает то же, что и АЛЛОКАТИВНАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ

г. графически

г. достигает эффективности распределения

Цена одного продукт, который приводит к наиболее эффективному распределению ресурсов экономики и равняется маржинальному стоимость товара.

c), но приводит к убыткам для фирмы

г) правительство может субсидировать или использовать кондиционер цена

2. P = ATC: «справедливая» цена возврата

а. определение
Цена одного продукт, который позволяет его производителю получить нормальный прибыль, равная средней общей стоимости производя это.

г. графически

г. некоторая неэффективность

г. но нормальная прибыль заработал без убытков

3. Обзор: GRAPH

Объем нерегулируемой максимизации прибыли: 3 квартал
(где MR = MC)

Эффективное с распределением количество: Q2
(где P = MC)

Справедливая цена возврата и количество P1 и Q1
(где P = ATC)

4.опционально: Регулирующий Натуральный Монопли

D. Дилемма с промышленным Постановление

Компромисс нормативного агентство сталкивается при установлении максимальной юридической цены монополиста может взимать плату:

Социально оптимальная цена ниже средней общей стоимости (и либо банкротит фирму, либо требует субсидирования), в то время как более высокая справедливая доходность цена не способствует распределительной эффективности.

E. Дерегулирование в США

1. Дерегулирование произошло в 1970-х и 1980-х годах. в результате более широкого признания юридического картеля теории, все больше свидетельств неэффективности регулируемых промышленности, и утверждение, что правительство регулирует потенциально конкурентоспособные отрасли.

2.Отрасли, в которых регулировалось дерегулирование, были авиакомпании, грузоперевозки, банковское дело, железные дороги, природный газ, телевидение радиовещание, электричество и телекоммуникации.

3. Хотя некоторые критикуют дерегулирование, в итоге похоже, принесло пользу потребителям и экономике.

а. Польза для общества за счет более низких цен, более низкие затраты и увеличенный объем производства оцениваются в 50 долларов США. миллиард ежегодно.Прибыль поступает в основном от авиакомпаний, железные дороги и грузоперевозки.

г. Дерегулирование привело к технологическому прогрессу в новые и улучшенные продукты.

4. Дерегулирование в электроэнергетике привело к значительные разногласия.

а. Отрасль наиболее дерегулирована в оптовый уровень.Это позволяет оптовикам строить объекты. и продавать электроэнергию дистрибьюторам по нерегулируемым Цены.

г. В некоторых штатах также отменено регулирование розничной торговли. цены на электроэнергию и, в основном, тарифы на электроэнергию упали на потребителей.

г. В Калифорнии, где дерегулирование оптовиков и розничные торговцы регулируются, резкое увеличение оптовых цены 2001 г. привели к значительным финансовым потерям для розничных поставщиков, поскольку им было запрещено по закону повышение розничных цен для покрытия более высоких затрат.Эта проблема усугублялась мошенническими действиями энерготрейдер Enron.

F. Quick Тест

XI. ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА: Бриллианты De Beers: монополии Навсегда?

A. Компания De Beers Consolidated Mines в Южной Африке имеет была одной из самых сильных и устойчивых монополий в мире.
1.Производит около 50 процентов всей черновой бриллианты в мире

2. и покупает для перепродажи многие из произведенных алмазов. в другом месте,

3. всего около 80 процентов мирового бриллианты.

B. Его поведение и результаты соответствуют изображенной модели монополии на рисунке 11-4. Он продает ограниченное количество бриллиантов, которые будут дают «соответствующую» монопольную цену.

C. «Соответствующая» цена намного превышает производственные затраты и получил значительную экономическую прибыль.

D. Как De Beers контролировала добычу рудников? не владеет?

1. Это убеждает производителей, что «одноканальный» монопольный маркетинг отвечает их интересам.

2.Рынок рудников, на которых не используется De Beers, может оказаться затопленным из запасов De Beers определенного вида алмазов, которые они производить, что вызывает снижение цен и упущенную выгоду.

3. Наконец, De Beers закупает и накапливает алмазы. производятся независимыми компаниями.

E. Угрозы и проблемы, с которыми сталкивается монополия De Beers власть.

1. Открытие новых алмазов привело к увеличению алмазы вне их контроля.

2. Россия, которая была частью монополии De Beers, имеет было разрешено продать часть своих акций непосредственно в мировой рынок.

F. В середине 2000 года De Beers отказалась от попытки контролировать поставка алмазов.

G. Компания трансформируется в торговую «премиальные» бриллианты и предметы роскоши под De Beers этикетка

Есть ли что-то, что, по общему мнению, должно принадлежать государству? — Эконом

Некоторые аргументы в пользу государственной или частной собственности основаны больше на принципах, чем на эффективности, но в некоторых секторах, называемых «естественными монополиями», даже сторонники жесткого курса свободного рынка склонны считать, что государственная собственность — это правильный путь.

В условиях естественной монополии на самом деле имеет смысл координировать производство одной фирме, а не множеству конкурирующих фирм, просто потому, что ее создание настолько затратно, что было бы пустой тратой времени и энергии пытаться дублировать ее. (или с экономической точки зрения барьеры для входа слишком высоки).

Самыми известными примерами являются коммунальные услуги, такие как вода, электричество, природный газ или канализация. Городам не нужно больше одного набора дорог, железных дорог или мостов; Представьте себе город с двадцатью различными системами трубопроводов, идущими рядом друг с другом, и вы поймете, почему они называют это естественной монополией. Это не означает, что разные фирмы не могут участвовать в улучшении сектора; это просто означает, что одна фирма будет иметь контроль над базовой инфраструктурой.

Вопрос в том, кто? Если первой компании, совершившей скачок в новый сектор естественной монополии, будет разрешено делать то, что она хочет, то после того, как они сделают начальные (дорогостоящие) вложения в строительство инфраструктуры, у них появится серьезная экономическая сила для установления высоких цен. . Обычным людям не остается иного выбора, кроме как пользоваться этими услугами, потому что естественные монополии часто находятся в секторах, в которых используются вещи, без которых мы не можем жить (например, вода или электричество).

Чтобы эти услуги были доступны для всех, правительства довольно часто управляют этими секторами или, по крайней мере, довольно жестко регулируют их, если они находятся в частной собственности. Но если технологии развиваются до такой степени, что барьеры для входа становятся намного дешевле, чем раньше, мы должны снова спросить себя, имеет ли смысл правительствам удерживать отрасль или привлекать ли частные компании тоже.

Почему это важно? Потому что вопрос о том, национализировать отрасли или нет, постоянно обсуждается в политических кругах, и если отрасль является естественной монополией, возможно, имеет смысл сказать да, но если похоже, что технологии могут направить эту отрасль в новом направлении, тогда, возможно, нам придется подумать еще раз.

Миф о естественной монополии

Сам термин «общественная полезность»… абсурден. Каждый товар полезен «для общества», и почти каждый товар… может считаться «необходимым». Любое обозначение нескольких отраслей как «коммунальные предприятия» совершенно произвольно и неоправданно.
— Мюррей Ротбард, Power and Market

Большинству так называемых коммунальных предприятий была предоставлена ​​государственная монополия на франшизу, потому что они считаются «естественными монополиями».«Проще говоря, считается, что естественная монополия возникает, когда производственная технология, такая как относительно высокие фиксированные затраты, приводит к снижению долгосрочных средних общих затрат по мере роста производства. Теоретически в таких отраслях, как гласит теория, единственный производитель в конечном итоге сможет производить по более низким ценам, чем любые два других производителя, тем самым создавая «естественную» монополию. Более высокие цены будут результатом, если на рынок будет поставлять более одного производителя.

Кроме того, считается, что конкуренция создает неудобства для потребителей из-за строительства дублирующих объектов, например.г., раскапывая улицы, чтобы провести двойные газовые или водопроводные магистрали. Избежание таких неудобств — еще одна причина, по которой государственные монополии на франчайзинг работают в отраслях с понижающимися средними долгосрочными совокупными издержками.

Это миф, что теория естественной монополии была разработана сначала экономистами, а затем использовалась законодателями для «оправдания» монополии на франшизу. Правда в том, что монополии были созданы за десятилетия до того, как теория была формализована экономистами, ориентированными на вмешательство, которые затем использовали теорию как ex post обоснование государственного вмешательства.В то время, когда были предоставлены первые государственные монополии на франшизу, подавляющее большинство экономистов понимало, что крупномасштабное капиталоемкое производство не ведет к монополии, а является абсолютно желательным аспектом конкурентного процесса.

Здесь важно слово «процесс». Если рассматривать конкуренцию как динамичный, соперничающий процесс предпринимательства, то тот факт, что у одного производителя самые низкие затраты в любой момент времени , не имеет большого значения или не имеет никакого значения.Устойчивые силы конкуренции — включая потенциальную конкуренцию — сделают монополию свободного рынка невозможной.

Теория естественной монополии также неисторична. Нет никаких свидетельств того, что история «естественной монополии» когда-либо имела место, когда один производитель достиг более низких долгосрочных средних общих затрат, чем все остальные в отрасли, и тем самым установил постоянную монополию. Как обсуждается ниже, во многих так называемых отраслях коммунального хозяйства конца 18 — начала 19 веков зачастую были буквально десятки конкурентов.

Экономия на масштабе в эпоху монополии на франчайзинг

В конце 19 века, когда местные органы власти начали предоставлять монополию на франшизу, общее экономическое понимание заключалось в том, что «монополия» была вызвана вмешательством государства, а не свободным рынком, через франшизу, протекционизм и другие средства. Крупномасштабное производство и экономия на масштабе рассматривались как конкурентное достоинство, а не монополистический порок. Например, Ричард Т. Эли, соучредитель Американской экономической ассоциации, писал, что «крупномасштабное производство вовсе не обязательно означает монополизированное производство.«Джон Бейтс Кларк, соучредитель Эли, писал в 1888 году, что представление о том, что промышленные объединения« уничтожат конкуренцию »,« не следует слишком поспешно принимать »

.

Герберт Дэвенпорт из Чикагского университета сообщил в 1919 году, что только несколько фирм в отрасли, где наблюдается эффект масштаба, «не требуют устранения конкуренции», а его коллега Джеймс Лафлин отметил, что даже когда «комбинация является большая, соперничающая комбинация может дать самое энергичное соперничество »Ирвинг Фишер и Эдвин Р.А. Селигман согласился с тем, что крупномасштабное производство принесло конкурентоспособных выгоды за счет экономии затрат на рекламу, продажу и меньшее количество перекрестных перевозок.

По мнению экономистов рубежа веков, крупные производственные единицы однозначно приносят пользу потребителю. Ведь без крупномасштабного производства, согласно Селигману, «мир вернулся бы к более примитивному состоянию благосостояния и фактически отказался бы от неоценимых выгод наилучшего использования капитала.Саймон Паттен из Wharton School выразил аналогичное мнение о том, что «сочетание капитала не причиняет обществу каких-либо экономических неудобств. … Комбинации намного более эффективны, чем те мелкие производители, которых они вытеснили ».

Как практически любой другой экономист того времени, Франклин Гиддингс из Колумбийского университета рассматривал конкуренцию во многом так же, как современные австрийские экономисты, как динамичный, соперничающий процесс. Следовательно, он заметил, что

Конкуренция в той или иной форме представляет собой постоянный экономический процесс.… Следовательно, когда кажется, что рыночная конкуренция подавлена, мы должны выяснить, что стало с силами, которые ее породили. Далее следует выяснить, в какой степени рыночная конкуренция фактически подавляется или превращается в другие формы.

Другими словами, «доминирующая» фирма, которая недооценивает всех своих конкурентов в любой момент времени, не подавляет конкуренцию, поскольку конкуренция — это «постоянный экономический процесс».

Дэвид А. Уэллс, один из самых популярных экономических писателей конца XIX века, писал, что «мир требует изобилия товаров и требует их по дешевке; и опыт показывает, что он может получить их только за счет использования большого капитала. обширный масштаб.»И Джордж Гантон считал, что

концентрация капитала не вытесняет мелких капиталистов из бизнеса, а просто интегрирует их в более крупные и сложные системы производства, в которых они получают возможность производить… дешевле для общества и получать больший доход для себя. … Вместо концентрации капитала, стремящейся разрушить конкуренцию, верно обратное. … За счет использования крупного капитала, улучшенного оборудования и улучшенного оборудования трест может и действительно продает корпорацию по заниженным ценам.

Приведенные выше цитаты не являются избранным, а исчерпывающим списком. Это может показаться странным по сегодняшним меркам, но, как отмечает А.В. Коутс указал, что к концу 1880-х было только десять мужчин, которые достигли профессионального статуса экономистов на полную ставку в Соединенных Штатах. Таким образом, приведенные выше цитаты относятся практически к каждому профессиональному экономисту, который мог что-то сказать о взаимосвязи между экономией за счет масштаба и конкурентоспособностью на рубеже веков.

Значение этих взглядов состоит в том, что эти люди воочию наблюдали появление крупномасштабного производства и не видели, чтобы это привело к монополии, «естественной» или иной.В духе австрийской школы они понимали, что конкуренция — это непрерывный процесс, и что доминирование на рынке всегда было временным в отсутствие государственного регулирования, создающего монополию. Это мнение также согласуется с моими собственными выводами исследования о том, что «тресты» конца 19 века на самом деле снижали свои цены и увеличивали объем производства быстрее, чем остальная экономика — они были наиболее динамичными и конкурентоспособными из всех отраслей, а не монополисты — возможно, поэтому они стали мишенью протекционистских законодателей и подчинялись «антимонопольным» законам.

Экономическая профессия приняла теорию естественной монополии после 1920-х годов, когда она увлеклась «сциентизмом» и приняла более или менее инженерную теорию конкуренции, которая классифицировала отрасли с точки зрения постоянной, убывающей и возрастающей отдачи от масштаба ( снижение средних общих затрат). Согласно этому образу мышления, инженерные отношения определяют структуру рынка и, следовательно, конкурентоспособность. Смысл конкуренции больше не рассматривался как поведенческий феномен, а как инженерные отношения.За исключением таких экономистов, как Йозеф Шумпетер, Людвиг фон Мизес, Фридрих Хайек и других членов австрийской школы, продолжающийся процесс конкурентного соперничества и предпринимательства в значительной степени игнорировался.

Насколько «естественными» были первые естественные монополии?

Нет никаких свидетельств того, что на начальном этапе регулирования коммунальных услуг существовало какое-либо такое явление, как «естественная монополия». Как указал Гарольд Демсец:

Шесть компаний по производству электрического света были организованы в 1887 году в Нью-Йорке.В 1907 г. законное право работать в Чикаго имели 45 предприятий по производству электрического освещения. До 1895 г. Дулут, штат Миннесота, обслуживали пять компаний по производству электрического освещения, а в Скрэнтоне, штат Пенсильвания, в 1906 г. их было четыре … В 19 веке конкуренция была обычной ситуацией в газовой отрасли этой страны. До 1884 года в Нью-Йорке работало шесть конкурирующих компаний … конкуренция была обычным явлением и особенно острой была в телефонной индустрии … Балтимор, Чикаго, Кливленд, Колумбус, Детройт, Канзас-Сити, Миннеаполис, Филадельфия, Питтсбург и Сент-Питерсберг.В 1905 году в Луи, среди крупных городов, было как минимум две телефонные службы.

В крайнем преуменьшении, Демсец заключает, что «начинаешь сомневаться в том, что экономия на масштабе характеризовала коммунальную отрасль в то время, когда регулирование заменило рыночную конкуренцию».

Наиболее поучительный пример отсутствия естественной монополии в сфере коммунальных услуг представлен в книге экономиста Джорджа Т. Брауна 1936 года под названием «Газовая световая компания Балтимора» с вводящим в заблуждение подзаголовком «Исследование природных ресурсов». Монополия.В книге представлено «исследование эволюционного характера коммунальных предприятий» в целом, с особым акцентом на Балтиморскую газовую осветительную компанию, проблемы которой «не свойственны ни балтиморской компании, ни штату Мэриленд, а типичны. из тех, что встречаются повсюду в сфере коммунальных услуг ».

История компании Gas Light Company of Baltimore занимает видное место во всей истории естественной монополии, как в теории, так и на практике для влиятельного Ричарда Т.Эли, который был профессором экономики в Университете Джона Хопкинса в Балтиморе, описал проблемы компании в серии статей в журнале Baltimore Sun , которые позже были опубликованы в виде широко продаваемой книги. Большая часть анализа Эли превратилась в общепринятую экономическую догму в отношении теории естественной монополии.

История Балтиморской газовой световой компании такова, что с момента своего основания в 1816 году она постоянно боролась с новыми конкурентами. Его ответ заключался не только в попытке конкурировать на рынке, но и в лоббировании властей штата и местных органов власти с целью воздержаться от предоставления корпоративных чартеров своим конкурентам.Компания работала с эффектом масштаба, но это не помешало появлению многочисленных конкурентов.

«Конкуренция — это жизнь бизнеса», — в редакционной статье журнала Baltimore Sun в 1851 г. приветствовали новости о новых конкурентах в сфере газового освещения. Газовая компания Балтимора, однако, «возражала против предоставления права франшизы новой компании».

Браун заявляет, что «газовые компании в других городах подвергались разрушительной конкуренции», а затем перечисляет, как эти же компании отчаянно пытались выйти на рынок Балтимора.Но если такая конкуренция была настолько «разрушительной», зачем этим компаниям выходить на новые — и, предположительно, столь же «разрушительные» — рынки? Либо теория Брауна о «разрушительной конкуренции», которая вскоре стала общепринятой, была неверной, либо эти компании были иррациональными обжорами для финансового наказания.

Игнорируя динамическую природу конкурентного процесса, Браун совершил ту же ошибку, которую до сих пор делают многие другие экономисты: полагая, что «чрезмерная» конкуренция может быть «разрушительной», если производители с низкими издержками вытеснят с рынка своих менее эффективных соперников.Такая конкуренция может быть «разрушительной» для дорогостоящих конкурентов, но выгодна потребителям.

В 1880 году в Балтиморе существовало три конкурирующих газовых компании, которые жестко конкурировали друг с другом. Они пытались объединиться и работать как монополисты в 1888 году, но новый конкурент сорвал их планы: «Томас Аха Эдисон представил электрическое освещение, которое поставило под угрозу существование всех газовых компаний». С этого момента возникла конкуренция между газовыми и электрическими компаниями, и все они несли большие постоянные расходы, что привело к экономии за счет масштаба.Тем не менее, ни свободный рынок, ни «естественная» монополия так и не материализовались.

Когда монополия действительно появилась, это произошло исключительно из-за вмешательства государства. Например, в 1890 году в законодательный орган Мэриленда был внесен законопроект, который «предусматривал ежегодную выплату городу от Consolidated [Gas Company] 10 000 долларов в год и 3 процента всех дивидендов, объявленных в обмен на привилегию пользоваться 25 -летняя монополия — это уже знакомый подход правительственных чиновников, которые вступают в сговор с руководителями отрасли, чтобы установить монополию, которая будет раздолбать потребителей, а затем разделить добычу с политиками в виде комиссионных сборов за франшизу и налогов на доходы монополии.Этот подход особенно распространен сегодня в индустрии кабельного телевидения.

Законодательное «регулирование» газовых и электрических компаний привело к предсказуемому результату в виде монопольных цен, на что общественность горько жаловалась. Однако вместо того, чтобы дерегулировать отрасль и позволить конкуренции контролировать цены, было принято регулирование коммунальных услуг, чтобы якобы успокоить потребителей, которые, по словам Брауна, «считали, что небрежное отношение к их интересам [законодательный контроль над газом и электричеством цены] привели к высоким ставкам и монопольным льготам.Развитие регулирования коммунальных предприятий в Мэриленде стало типичным примером опыта других штатов ».

Не всех экономистов обманула теория «естественной монополии», которую отстаивают монополисты коммунального хозяйства и их платные экономические советники. В 1940 году экономист Гораций М. Грей, заместитель декана аспирантуры Университета Иллинойса, провел обзор истории «концепции общественной полезности», включая теорию «естественной» монополии. «В XIX веке, — заметил Грей, — широко распространено мнение, что« общественные интересы будут лучше всего поддерживаться предоставлением особых привилегий частным лицам и корпорациям »во многих отраслях промышленности.Сюда входили патенты, субсидии, тарифы, земельные наделы железным дорогам и монопольные франшизы для «общественных» коммунальных предприятий. «Конечным результатом стала монополия, эксплуатация и политическая коррупция».

Что касается «общественных» коммунальных предприятий, Грей отмечает, что «между 1907 и 1938 годами политика созданной государством, защищаемой государством монополии прочно утвердилась в значительной части экономики и стала краеугольным камнем современного регулирования коммунальных услуг». С этого времени «статус общественного предприятия должен был стать прибежищем для всех честолюбивых монополистов, которым было слишком сложно, слишком дорого или слишком ненадежно обеспечивать и поддерживать монополию только частными действиями.«

В поддержку этого утверждения Грей указал на то, что практически каждый честолюбивый монополист в стране пытался называться «коммунальным предприятием», включая радио, недвижимость, молоко, воздушный транспорт, угольную, нефтяную и сельскохозяйственную отрасли, чтобы назвать но несколько. В том же духе «весь эксперимент с NRA можно рассматривать как попытку крупного бизнеса добиться юридических санкций за свою монополистическую практику». Те удачливые отрасли, которые были политически обозначены как «коммунальные предприятия», также использовали концепцию коммунальных услуг, чтобы избежать конкуренции.

Роль экономистов в этой схеме заключалась в построении того, что Грей назвал «запутанной рационализацией» для «зловещих сил частных привилегий и монополии», то есть теории «естественной» монополии. «Защита потребителей отошла на второй план».

Недавние экономические исследования подтверждают анализ Грея. В одном из первых статистических исследований влияния тарифного регулирования в электроэнергетике, опубликованном в 1962 году, Джордж Стиглер и Клэр Фридланд не обнаружили существенных различий в ценах и прибылях коммунальных предприятий с регулирующими комиссиями и без них с 1917 по 1932 год.Ранние регуляторы тарифов не принесли пользу потребителю, а скорее были «захвачены» отраслью, как это произошло во многих других отраслях, от грузовых перевозок до авиакомпаний и кабельного телевидения. Примечательно, но не очень похвально, что экономистам потребовалось почти 50 лет, чтобы начать изучение фактических, а не теоретических, эффектов тарифного регулирования.

Через шестнадцать лет после исследования Стиглера-Фридланда Грегг Джаррелл заметил, что 25 штатов заменили муниципальное регулирование тарифов на электроэнергию на уровне штата в период с 1912 по 1917 год, в результате чего подняли цены на на 46 процентов и прибыль на 38 процентов, в то время как снижение уровня производства на 23 процента.Таким образом, муниципальное регулирование не смогло удержать цены. Но коммунальные предприятия хотели еще более быстрого повышения своих цен, поэтому они успешно лоббировали государственное регулирование, исходя из теории, что государственные регулирующие органы будут меньше подвергаться давлению со стороны местных групп потребителей, чем мэры и городские советы.

Эти результаты исследования согласуются с более ранней интерпретацией Горация Грея регулирования тарифов на коммунальные услуги как антипотребительской, монополистической схемы фиксирования цен.

Проблема «чрезмерного дублирования»

Помимо утки экономии на масштабе, еще одной причиной предоставления монопольных франшиз «естественным монополиям» является то, что допуск слишком большого числа конкурентов является слишком разрушительным.Утверждается, что для сообщества слишком дорого позволять нескольким различным поставщикам воды, производителям электроэнергии или операторам кабельного телевидения копать улицы. Но, как заметил Гарольд Демсец:

[Т] проблема чрезмерного дублирования систем распределения объясняется неспособностью сообществ установить надлежащую цену за использование этих ограниченных ресурсов. Право пользоваться проезжей частью, находящейся в государственной собственности, — это право пользоваться ограниченным ресурсом. Отсутствие цены за использование этих ресурсов, цены, достаточно высокой, чтобы отразить альтернативные издержки таких альтернативных видов использования, как обслуживание непрерывного трафика и неискаженных просмотров, приведет к их чрезмерному использованию.Установление соответствующей платы за использование этих ресурсов снизило бы степень дублирования до оптимального уровня.

Таким образом, как проблема «естественных» монополий на самом деле вызвана вмешательством государства, так и проблема «дублирования мощностей». Это вызвано неспособностью правительств назначить цену на скудные городские ресурсы. Точнее, проблема действительно вызвана тем фактом, что правительства владеют улицами, под которыми проложены коммуникации, и что невозможность рационального экономического расчета в рамках социалистических институтов не позволяет им правильно оценивать эти ресурсы, как это было бы в условиях частной собственности. конкурентно-рыночный режим.

Вопреки утверждениям Демсеца, рациональное экономическое ценообразование в данном случае невозможно именно из-за государственной собственности на дороги и улицы. Доброжелательные и просвещенные политики, даже те, кто учился у Гарольда Демсеца, не имели бы рационального способа определить, какие цены устанавливать. Мюррей Ротбард объяснил все это более 25 лет назад:

Тот факт, что правительство должно давать разрешение на использование своих улиц, приводился для оправдания строгих правительственных постановлений в отношении «коммунальных услуг», многие из которых (например, водопроводные или электрические компании) должны использовать улицы.В этом случае правила рассматриваются как добровольные quid pro quo. Но при этом упускается из виду тот факт, что государственное владение улицами само по себе является постоянным актом намерения. Регулирование коммунальных предприятий или любой другой отрасли препятствует инвестированию в эти отрасли, тем самым лишая потребителей возможности наилучшим образом удовлетворить свои потребности. Потому что это искажает распределение ресурсов на свободном рынке.

Аргумент так называемой «монополии на ограниченное пространство» в пользу монополии на франшизу, как далее утверждал Ротбард, является отвлекающим маневром, поскольку сколько фирм будут прибыльными в любой производственной линии

является институциональным вопросом и зависит от таких конкретных данных, как степень потребительского спроса, тип продаваемого продукта, физическая производительность процессов, предложение и ценообразование факторов, прогнозы предпринимателей и т. Д.Пространственные ограничения могут быть не важны.

Фактически, даже если пространственные ограничения позволяют работать только одной фирме на определенном географическом рынке, это не требует монополии, поскольку «монополия» — это «бессмысленное наименование, если не будет достигнута монопольная цена», и « все цены на свободном рынке конкурентоспособны ». Только государственное вмешательство может вызвать монопольные цены.

Единственный способ достичь рыночной цены, отражающей истинные альтернативные издержки и ведущей к оптимальным уровням «дублирования», — это свободный обмен на действительно свободном рынке, что совершенно невозможно без частной собственности и свободных рынков.Политический указ просто не является реальной заменой цен, определяемых свободным рынком, потому что рациональный экономический расчет невозможен без рынков.

При частной собственности на улицы и тротуары индивидуальным владельцам предлагается компромисс между более низкими ценами на коммунальные услуги и временными неудобствами, связанными с тем, что коммунальная компания прокладывает траншею через их собственность. Если «дублирование» происходит в такой системе, это происходит потому, что свободно выбирающие люди ценят дополнительную услугу или более низкие цены или и то, и другое выше, чем затраты, налагаемые на них неудобством временного строительного проекта на их собственности.Свободные рынки не требуют ни монополии, ни «чрезмерного дублирования» в каком-либо экономически значимом смысле.

Соревнования по полю

Существование эффекта масштаба в сфере воды, газа, электроэнергии или других «коммунальных услуг» никоим образом не требует монопольного или монопольного ценообразования. Как писал Эдвин Чедвик в 1859 году, система конкурентных торгов на услуги франшиз частных коммунальных предприятий может устранить монопольное ценообразование до тех пор, пока существует конкуренция «в отрасли».«Пока на франшизу проводятся активные торги, результатом может быть как избежание дублирования объектов, так и конкурентоспособные цены на продукт или услугу. То есть торги на франшизу могут проводиться в форме предоставления франшизы правообладателю. коммунальное предприятие, которое предлагает потребителям самую низкую цену за некоторое постоянное качество обслуживания (в отличие от самой высокой цены франшизы).

Гарольд Демсец возродил интерес к концепции «конкуренции за поле» в статье 1968 года.Демсец отмечал, что теория естественной монополии не в состоянии «выявить логические шаги, которые ведут ее от экономии на масштабе производства к монопольной цене на рынке». Если один участник торгов может выполнить работу с меньшими затратами, чем два или более,

, то контракт будет заключен с участником торгов с самой низкой ценой предложения для всей работы, будь то цемент, электричество, торговые автоматы с марками или что-то еще, но самая низкая цена предложения не обязательно должна быть монопольной ценой. … Теория естественной монополии не дает логической основы для монопольных цен.

Нет оснований полагать, что процесс торгов не будет конкурентным. Ханке и Уолтерс показали, что такой процесс торгов по франшизе очень эффективно работает во французской отрасли водоснабжения.

Миф о естественной монополии: электроэнергетика

Согласно теории естественной монополии, конкуренция в электроэнергетике не может продолжаться. Но теории противоречит тот факт, что конкуренция на самом деле сохранялась десятилетиями в десятках городов США.Экономист Уолтер Дж. Примо изучает конкуренцию в электроэнергетике более 20 лет. В своей книге 1986 года Прямая конкуренция коммунальных предприятий: миф о естественной монополии он заключает, что в тех городах, где существует прямая конкуренция в электроэнергетике:

  • Прямое соперничество между двумя конкурирующими фирмами существует очень долго — в некоторых городах более 80 лет;

  • Соперничающие электроэнергетические компании активно конкурируют за счет цен и услуг;

  • Потребители получили существенную выгоду от конкуренции по сравнению с городами, где существуют монополии в сфере электроэнергетики;

  • Вопреки теории естественной монополии, затраты на самом деле ниже там, где работают две фирмы;

  • Вопреки теории естественной монополии, в электроэнергетике избыточных мощностей не больше, чем при монополии;

  • Теория естественной монополии терпит неудачу по всем пунктам: конкуренция существует, ценовые войны не являются «серьезными», есть лучшее обслуживание потребителей и более низкие цены с конкуренцией, конкуренция сохраняется в течение очень долгих периодов времени, а сами потребители предпочитают конкуренцию регулируемой монополии; и

  • Любые проблемы удовлетворенности потребителей, вызванные двумя линиями электропередач, считаются потребителями менее значительными, чем выгоды от конкуренции.

Primeaux также обнаружил, что, хотя руководители электроэнергетических компаний в целом признавали выгоды конкуренции для потребителей, они лично предпочитали монополию!

Через десять лет после публикации книги Примо по крайней мере один штат — Калифорния — трансформирует свою электроэнергетическую отрасль «из монополии, контролируемой горсткой государственных коммунальных предприятий, в открытый рынок». Другие государства движутся в том же направлении, окончательно отказавшись от необоснованной теории естественной монополии в пользу естественной конкуренции:

  • Ormet Corporation, алюминиевый завод в Западной Вирджинии, получила разрешение штата на подачу конкурсных заявок от 40 электроэнергетических компаний;

  • Alcan Aluminium Corp.в Освего, штат Нью-Йорк, воспользовались технологическими достижениями, которые позволили построить новую электростанцию ​​рядом с заводом, сократив затраты на электроэнергию на две трети. Niagara Mohawk, ее предыдущий (и более дорогой) поставщик электроэнергии, подает в суд на государство, чтобы запретить Alcan использовать свою собственную электроэнергию;

  • Политические власти Аризоны разрешили Cargill, Inc. покупать электроэнергию в любой точке Запада; компания рассчитывает сэкономить 8 миллионов долларов в год;

  • Новые федеральные законы разрешают коммунальным предприятиям импортировать электроэнергию по более низкой цене, используя линии электропередач других компаний для ее транспортировки;

  • Комиссар государственной службы штата Висконсин Скотт Нейтцель недавно заявил: «Свободные рынки — лучший механизм для предоставления потребителю… лучших услуг по самой низкой цене»;

  • Перспектива будущей конкуренции уже вынуждает некоторые электроэнергетические монополии снижать свои затраты и цены.Когда в 1988 году TVA столкнулась с конкуренцией со стороны Duke Power, ей удалось удержать свои ставки на стабильном уровне без повышения в течение следующих нескольких лет.

Потенциальные выгоды для экономики США от демонополизации электроэнергетики огромны. По словам экономиста коммунального сектора Роберта Майклза, конкуренция на начальном этапе будет экономить потребителям не менее 40 миллиардов долларов в год. Это также приведет к развитию новых технологий, развитие которых будет экономичным из-за более низких затрат на энергию.Например, «автомобилестроители и другие производители металла будут гораздо более интенсивно использовать инструменты для лазерной резки и машины для лазерной сварки, оба из которых являются пожирателями электронов».

Миф о естественной монополии: кабельное телевидение

Кабельное телевидение также является монополией франшизы в большинстве городов из-за теории естественной монополии. Но монополия в этой отрасли далеко не «естественная». Как и в случае с электричеством, в США есть десятки городов, где есть конкурирующие кабельные компании.«Прямая конкуренция… в настоящее время имеет место как минимум в трех десятках юрисдикций на национальном уровне».

Существование давней конкуренции в кабельной отрасли опровергает мнение о том, что эта отрасль является «естественной монополией» и, следовательно, нуждается в регулировании монополии на франшизу. Причина монополии на кабельное телевидение — это государственное регулирование, а не эффект масштаба. Хотя кабельные операторы жалуются на «дублирование», важно помнить, что «чрезмерное наращивание существующей кабельной системы может снизить прибыльность действующего оператора, но однозначно улучшает положение потребителей, которые сталкиваются с ценами, определяемыми не историческими издержками. , но за счет взаимодействия спроса и предложения.«

Также, как и в случае с электроэнергетикой, исследователи обнаружили, что в тех городах, где есть конкурирующие кабельные компании, цены примерно на 23 процента ниже, чем у операторов-монополистов. Например, компания Cablevision из Центральной Флориды снизила свои базовые цены с 12,95 до 6,50 долларов в месяц в «дуополистических» областях, чтобы конкурировать. Когда Telestat вошел в Ривьера-Бич, штат Флорида, он предлагал 26 каналов базовых услуг за 5,75 доллара по сравнению с 12-канальным предложением Comcast за 8,40 доллара в месяц.Comcast отреагировал обновлением своих услуг и снижением цен. В Преск-Айл, штат Мэн, когда городское правительство объявило конкурс, действующая компания быстро повысила качество обслуживания с 12 до 54 каналов.

В 1987 году компания Pacific West Cable Company подала в суд на город Сакраменто, штат Калифорния, на основании Первой поправки за блокирование ее выхода на кабельный рынок. Присяжные пришли к выводу, что «кабельный рынок Сакраменто не является естественной монополией и что заявление о естественной монополии было фикцией, используемой ответчиками в качестве предлога для предоставления единой франшизы кабельного телевидения … для содействия осуществлению денежных выплат и предоставления услуг». -добрые услуги… и получить увеличенный вклад кампании.«Город был вынужден принять конкурентную политику в области кабельного телевидения, в результате которой действующий кабельный оператор Скриппс Ховард снизил ежемесячную плату с 14,50 долларов до 10 долларов, чтобы соответствовать цене конкурента. Компания также предложила бесплатную установку и три месяца бесплатного использования. сервис во всех областях, где есть конкуренция.

Тем не менее, подавляющее большинство кабельных систем в США являются франчайзинговыми монополиями именно по причинам, указанным жюри Сакраменто: это меркантилистские схемы, в соответствии с которыми создается монополия в пользу кабельных компаний, которые делятся добычей с политиками посредством кампании. пожертвования, бесплатное эфирное время на «общественные программы», пожертвования в местные фонды, одобренные политиками, акционерный капитал и контракты на консультационные услуги для политически связанных лиц, а также различные подарки властям франчайзинга.

В некоторых городах политики собирают эти косвенные взятки в течение пяти-десяти лет или дольше от нескольких компаний, прежде чем, наконец, предоставить франшизу. Затем они извлекают выгоду из части монопольной ренты, получаемой монопольным франчайзи. Как заключил бывший главный экономист Федеральной комиссии по связи Томас Хазлетт, который, возможно, является ведущим специалистом в области экономики индустрии кабельного телевидения, «мы можем охарактеризовать процесс франчайзинга как явно неэффективный с точки зрения благосостояния, хотя он действительно приносит пользу муниципальным франчайзерам. .»Барьер для входа в индустрию кабельного телевидения — это не экономия на масштабе, а политический заговор по установлению цен, который существует между местными политиками и операторами кабельного телевидения.

Миф о естественной монополии: телефонные услуги

Самым большим мифом в этом отношении является представление о том, что телефонная связь является естественной монополией. Экономисты учили поколения студентов, что телефонная связь является «классическим» примером сбоя рыночного механизма и что государственное регулирование в «общественных интересах» необходимо.Но, как недавно доказал Адам Д. Тирер, в телефонной монополии, которой AT&T на протяжении многих десятилетий пользовалась, нет ничего «естественного»; это было чисто результатом государственного вмешательства ».

Когда в 1893 году истек срок действия первых патентов AT&T, появились десятки конкурентов. «К концу 1894 года более 80 новых независимых конкурентов уже захватили 5 процентов от общей доли рынка… на рубеже веков существовало более 3000 конкурентов. В некоторых штатах одновременно действовало более 200 телефонных компаний.К 1907 году конкуренты AT&T захватили 51 процент рынка телефонов, и конкуренция резко снизила цены. Более того, не было доказательств экономии за счет масштаба, а входные барьеры, очевидно, почти не существовали, вопреки стандартному изложению теории естественной монополии в применении к телефонной отрасли.

Окончательное создание телефонной монополии стало результатом заговора между AT&T и политиками, которые хотели предложить своим избирателям «универсальное телефонное обслуживание» в качестве бочки из-под свинины.Политики начали осуждать конкуренцию как «дублирующую», «деструктивную» и «расточительную», а различным экономистам платили за посещение слушаний в Конгрессе, на которых они мрачно объявили телефонию естественной монополией. «Конкуренция в местном телефонном бизнесе ничего не даст», — заключили слушания в Конгрессе.

Крестовый поход к созданию монополистической телефонной отрасли по распоряжению правительства, наконец, увенчался успехом, когда федеральное правительство использовало Первую мировую войну как предлог для национализации отрасли в 1918 году.AT&T по-прежнему эксплуатировала свою телефонную систему, но контролировалась правительственной комиссией, возглавляемой генеральным почтмейстером. Как и многие другие примеры государственного регулирования, AT&T быстро «захватила» регулирующие органы и использовала регулирующий аппарат для устранения своих конкурентов. «К 1925 году не только практически в каждом штате были установлены строгие правила регулирования тарифов, но и во многих из этих юрисдикций конкуренция за местную телефонную связь была либо не одобрена, либо прямо запрещена».

Выводы

Теория естественной монополии — экономическая фикция.Никогда не существовало такой вещи, как «естественная» монополия. История так называемой концепции коммунальных услуг состоит в том, что в конце 19-го и начале 20-го века «коммунальные предприятия» активно конкурировали и, как и все другие отрасли, не любили конкуренцию. Сначала они обеспечили санкционированные правительством монополии, а затем , затем с помощью нескольких влиятельных экономистов, построили ex post рационализацию своей монопольной власти.

Это должно быть один из величайших переворотов в сфере корпоративных связей с общественностью всех времен.«Посредством успокаивающего процесса рационализации, — писал Гораций М. Грей более 50 лет назад, — люди могут противостоять монополиям в целом, но одобрять определенные типы монополий … Поскольку эти монополии были« естественными »и поскольку природа благодетельна. из этого следовало, что они были «хорошими» монополиями… Таким образом, правительство было оправдано в установлении «хороших» монополий ».

В отрасли за отраслью концепция естественной монополии окончательно разрушается. Электроэнергетика, кабельное телевидение, телефонная связь и почта находятся на грани отмены регулирования, либо законодательно, либо де-факто, из-за технологических изменений.Появившиеся в Соединенных Штатах примерно в то же время, когда коммунизм был введен в бывшем Советском Союзе, франчайзинговые монополии вот-вот прекратят свое существование. Как и все монополисты, они будут использовать все возможности для лоббирования своих монополистических привилегий, но потенциальные выгоды для потребителей свободных рынков слишком велики, чтобы их оправдывать. Теория естественной монополии — это экономическая фикция XIX века, защищающая монополистические привилегии XIX века (или XVIII века в случае Почтовой службы США) и не имеющая полезного места в американской экономике XXI века.

Эта статья была первоначально опубликована в журнале The Review of Austrian Economics 9 (2), 1996.

Регулирование естественной монополии

Монополия — это бизнес или организация, которые поддерживают исключительные права на поставку определенного продукта или услуги и могут развиваться естественным образом или создаваться специально в зависимости от характера конкретного рынка или отрасли. Монополии в целом регулируются антимонопольным законодательством как на национальном уровне в большинстве стран, так и на международном уровне через такие учреждения, как Всемирная торговая организация (ВТО).

Эволюция монополии является важным компонентом в понимании того, какие отрасли подвержены высокому риску монополизации и как эти риски могут быть реализованы в операционной деятельности. Естественная монополия определяется действующим лицом в отрасли, где крупнейший поставщик теоретически может создавать самые низкие производственные цены, как правило, за счет экономии за счет масштаба или экономии за счет масштаба. В таких обстоятельствах отрасль, естественно, предоставляет преимущества единственному крупнейшему провайдеру за счет создания конкурентных сил.Таким образом, естественные монополистические условия подвергаются высокому риску создания фактических монополий, и обществу выгодно регулировать эти ситуации, чтобы уравновесить игровое поле.

Ценовое преимущество для естественных монополий

В то время как монополии, как правило, являются неэффективными экономическими конструкциями для создания стоимости, естественные монополии основываются на том факте, что один поставщик может достичь наибольшей экономии за счет масштаба (преимущества по затратам). Этот график демонстрирует эту концепцию.

Регулирование естественных монополий

Объединение отрасли в одного единственного поставщика может представлять существенную угрозу свободным рынкам и их потребителям, поскольку ценой можно легко манипулировать посредством тщательного контроля над предложением. В результате монополии обычно рассматриваются как незаконные. Регулирование отраслей для сведения к минимуму монополизации и поддержания конкурентного равенства может осуществляться несколькими способами:

  • Ценообразование по средней себестоимости: как следует из названия, этот нормативный подход определяется как установление цены для данного продукта или услуги, которая соответствует общему уровню. затраты, понесенные компанией-производителем или поставщиком.Это снижает гибкость ценообразования компании и гарантирует, что монополия не сможет получить маржу сверх разумной.
  • Ценовой потолок: Еще один способ регулирования естественной монополии — это установление максимальной потенциальной цены. Ценовой потолок — это нормативная стратегия, согласно которой конкретный продукт или услуга не могут быть проданы по цене выше определенной.
  • Нормы прибыли: это очень похоже на оценку средней себестоимости, но отличается от модели, которая может обеспечить стабильную прибыль для участвующей компании.Процент чистой прибыли, приносимой компанией, должен быть ниже установленного правительством процента, чтобы обеспечить соблюдение этого нормативного подхода (т. Е. 5%).
  • Налог или субсидия: последний способ, которым правительственный орган может ослабить естественную монополию, — это более высокие налоги для более крупных игроков или субсидии для более мелких игроков. Короче говоря, правительство может предоставить финансовую поддержку новым участникам в форме субсидий, чтобы обеспечить более справедливую конкурентную среду.

Как и большинство подходов к регулированию, ни одно из них не является идеальным решением, и консолидация внутри отраслей, способствующих естественной монополии, будет продолжаться.Антимонопольное законодательство и тщательный контроль слияний, поглощений, совместных предприятий и других стратегических союзов имеют решающее значение для регулирования естественных монополий. В экстремальных обстоятельствах это также является жизнеспособным вариантом для правительств для разрушения монополий в судебном порядке.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.