Когда был дефолт в россии: Дефолт в августе 1998-го: как это было? Рассказываем в 100 и 500 словах

Содержание

По дефолту Россия научила весь мир экономике. Для этого ей пришлось упасть на дно: Госэкономика: Экономика: Lenta.ru

Ровно 20 лет назад в России был объявлен технический дефолт по основным видам государственных долговых обязательств. Экономическая катастрофа, назревавшая несколько лет, захлестнула Россию в «черный понедельник» 17 августа. После этого произошел резкий четырехкратный обвал рубля, взлетел уровень инфляции, ВВП страны сократился втрое, банковская система была практическим парализована, а россияне потеряли все свои рублевые накопления. Не только российская, но и западная пресса пестрила заголовками о крахе российской экономики и беспомощности президента Бориса Ельцина. Жесткая реакция европейских и американских СМИ на события августа 1998 года — в материале «Ленты.ру».

За три дня до «черного понедельника» президент Борис Ельцин на камеру пообещал: «Девальвации не будет. Это я заявляю четко и твердо. И я тут не просто фантазирую, это все просчитано». Но слово Ельцина, который к тому же никогда не был особо компетентен в экономике, уже ничего не значило, и надежды россиян на лучшее не оправдались.

Против российского лидера играл огромный государственный долг страны, несбалансированный бюджет, искусственный валютный коридор, низкие мировые цены на сырье, составлявшее основу экспорта России, популистская экономическая политика, пирамида ГКО (государственные краткосрочные обязательства) и кризис азиатских экономик. Экономическая недальновидность российского руководства привела к тому, что страна оказалась совершенно не готова противостоять кризису. И если в правящей верхушке россияне разочаровались уже давно, то дефолт подорвал нечто более важное — веру в завтрашний день.

«Шоковая терапия» — экономическая теория, а также комплекс радикальных экономических реформ, базирующихся на этой теории и направленных на оздоровление экономики государства и вывод его из кризиса. В подавляющем большинстве случаев применение «шоковой терапии» приводило к катастрофическим последствиям, вплоть до государственных переворотов. Критики отмечают, что зачастую она используется в ущерб самым бедным слоям населения.

Экономисты считают, что тревожные симптомы появились еще за год до кризиса. Сначала их упорно не замечали, затем осознанно игнорировали, а после надеялись на помощь Запада. В итоге была создана необратимая ситуация: российской экономике требовалась серьезная перезагрузка, так называемая шоковая терапия. За несколько дней до начала экономического хаоса в британской газете Financial Times было опубликовано письмо известного американского финансиста Джорджа Сороса, в котором он предрек России дефолт или гиперинфляцию с катастрофическими последствиями.

Президент России Борис Ельцин и американский инвестор Джордж Сорос

Фото: AP

«Кризис на финансовых рынках России достиг заключительного этапа. Лучшим решением было бы ввести валютный совет после скромной девальвации от 15 до 25 процентов», — писал он. Однако российские власти отвергли подобные предложения. «Если бы мы считали, что девальвация неизбежна, мы бы не следовали нашей нынешней политике. Но ее можно избежать», — заявил тогда министр финансов Михаил Задорнов.

Когда вдруг всем стало понятно, что девальвации все-таки не избежать, Сорос выступил в палате представителей конгресса США с речью о глобальном финансовом кризисе. Как ни странно, он не стал критиковать российское руководство и искать виноватых, а призвал учиться на чужих ошибках.

Министр финансов РФ Михаил Задорнов

Фото: Владимир Мусаэльян / ТАСС

Своп — торгово-финансовая операция в виде обмена разнообразными активами, в которой заключение сделки о покупке (продаже) ценных бумаг, валюты сопровождается заключением контрсделки, сделки об обратной продаже (покупке) того же товара через определенный срок на тех же или иных условиях.

«Российский кризис обнажил некоторые недостатки международной банковской системы, которые до сих пор игнорировались. Помимо кредитной деятельности, которая отражается на балансовых счетах, банки участвуют в своповых операциях, форвардных сделках и торговле производными инструментами на них между собой и со своими клиентами. Эти сделки не отражены на балансовых счетах. Они постоянно переоцениваются, разница между стоимостью и рынком покрывается с помощью денежных переводов, которые должны устранить риск дефолта. В результате выстраивается цепочка, в которой каждое звено связано обязательствами только с соседними. Участники сделки не знают, кто кроме «соседей» вовлечен в сделку», — приводит рассуждения Сороса The Wall Street Journal Europe.

Впрочем, далеко не все придерживались подобной тактики. Западные СМИ не стеснялись критиковать руководство, которое подвело страну к экономическому и политическому краху. В наиболее мягкой форме это сделал британский журнал The Economist: «С большей политической волей, большей честностью и большей осторожностью меры, объявленные 17 августа, действительно могли бы ознаменовать собой отход от бездны, а не стремление к ней. Его базовые компоненты — девальвация, дефолт и спасение банков — оправданы. Но для обеспечения стабильности, а не хаоса потребовалась бы уверенность среди инвесторов, вкладчиков и потребителей. И уверенность — это то, чего Борис Ельцин и его многочисленные правительства лишились».

Материалы по теме

00:02 — 12 апреля 2018

«С другой стороны, российские лидеры выиграли передышку. Если бы они захотели, то могли бы использовать ее для борьбы с коррупцией, которая в значительной степени является причиной низких доходов и нерациональных расходов, которые подорвали доверие к финансовым рынкам. Вместо того чтобы реформировать экономику, господин Ельцин и его правительство, вероятно, проведут следующие несколько недель, пытаясь охладить накал страстей в парламенте», — говорилось публикации.

Тон итальянской La Repubblica был гораздо более жестким. Газета напрямую обвинила правящую верхушку России в нечестности и некомпетентности. «Главная проблема России сегодня — не столько серьезный экономический кризис, который возглавила нынешняя управленческая группа (и, следовательно, Борис Ельцин). Проблема здесь прежде всего политическая, в том смысле, что на данный момент в стране нет или, по крайней мере, не видно альтернативной группы управленцев, к которой она может обратиться за спасением. В этом главная беда — отсутствие честных и способных людей, которым можно доверить рулевое управление этого неуправляемого судна, которым сегодня является Россия. Сегодня мы видим, что страна не регулируется, а законы не работают. Президент, имеющий серьезные проблемы со здоровьем и окруженный типичной придворной камарильей, помимо прочего, оказался совершенно некомпетентен в вопросах экономики».

Американский журнал Forbes разнес российское руководство в пух и прах, подчеркнув, что страна созрела для очередной революции. «Слабое и совершенно гнилое нынешнее правительство пришло к власти демократическими средствами. Но эта демократия — не что иное, как обложка, при которой банда оппортунистов обманывает страну. При коммунизме люди имели деньги, но покупать было нечего. Теперь все изменилось — на полках в магазинах есть все, но кошельки большинства россиян пусты. Если это и есть капитализм, то люди этого хотят».

Председатель Совета министров временного правительства Александр Федорович Керенский

Фото: РИА Новости

Автор публикации даже сравнил царящую на тот момент в стране социально-экономическую и политическую напряженность с революционным периодом 1917 года. «В этом смысле ситуация напоминает октябрь и ноябрь 1917 года. Демократическое правительство [Александра] Керенского (министр-председатель Временного правительства — прим. «Ленты.ру») было не столько свергнуто, сколько просто развалилось само. Описывая режим Керенского, писатель Алан Муархед отметил: «Это было похоже на тело, в котором нет костей, как ум без воли». То же самое можно сказать и о правительстве Ельцина».

Сравнение политической фигуры первого президента Российской Федерации с бездыханным телом не было редкостью в те дни. Реалистичности этому добавляло плохое состояние здоровья Ельцина, становившееся все более очевидным для всех. Французская газета Le Figaro писала: «Паника распространяется по Москве. По мере того как рубль продолжает головокружительное падение, а доллар и немецкая марка устремились вверх, пока коммунисты требуют немедленной отставки президента, россияне стоят в очередях в банки и пытаются забрать свои вклады, пока еще не стало слишком поздно… У некоторых людей сложилось впечатление, что Ельцин почти умирает. И в целом эти слухи не противоречат последним появлениям президента на публике. Между тем большинство наблюдателей считают, что самое горькое политическое поражение России, произошедшее в последние дни, отчетливо продемонстрировало, что государство впало в глубокую депрессию».

Очередь за продуктами 28 августа 1998 года в Ярославле

Фото: Сергей Метелица / ТАСС

Другая французская газета Les Dernieres Nouvelles d’Alsace также обратила внимание на то, как беспомощность и аморфность президента России разрушает страну: «Борис Ельцин, по-видимому, не имеет никакого запаса сил. Автократическая российская система почти полностью зависит от президента федерации, и в этом смысле ослабленный глава государства разрушает страну. Возможная отставка Ельцина, которой уже требует Госдума, теперь у всех на устах. Для Запада это тревожный звонок. Ранний уход российского президента оставил бы поле открытым для таких людей, как [Александр] Лебедь. Чтобы отстрочить день расплаты, Америка и Европа, безусловно, продолжат предоставлять кредиты. Но как долго и с какими результатами?»

Британская газета The Guardian метко охарактеризовала материалы в прессе, посвященные дефолту, как политические некрологи. Российские СМИ в оценке ситуации не уступали западным коллегам. «Борис Ельцин все еще пишет указы, читает призывы к людям, даже принимает участие в военных маневрах. Но это ничего не значит. По сути в России сейчас нет президента», — писал «Коммерсантъ». На первую полосу «Известий» поместили материал с заголовком «Ельцин сдает власть».

Один из пунктов обмена валюты на Новоарбатском проспекте

Фото: Игорь Зотин / ТАСС

Политические ошибки правящей верхушки обошлись стране очень дорого. По подсчетам Московского банковского союза, в 1998 году общие потери российской экономики от августовского кризиса составили 96 миллиардов долларов. Из них 45 миллиардов утратили коммерческие банки, 33 миллиарда — корпоративный сектор, еще 19 миллиардов — россияне. Впрочем, даже эти цифры некоторые эксперты считают заниженными. Реальные доходы населения уменьшились в сентябре 1998 года по сравнению с августом этого же года более чем на 30 процентов, а уровень безработицы достиг рекорда. Пятикратная девальвация рубля остановилась лишь в конце 2002 года.

Материалы по теме

00:01 — 6 августа 2018

Час расплаты

Власти хотят денег от миллионов россиян. Получат ли?

Эксперты говорят, что дефолт в конечном итоге стал той самой насущной «шоковой терапией» для российской экономики. Девальвация рубля позволила ей стать более конкурентоспособной, страна смогла выработать бюджетную дисциплину, развить промышленность и снизить сырьевую зависимость. Впрочем, говорить о положительных итогах кризиса 1998 года, кажется, не слишком уместно и даже в некоторой степени издевательски, ведь к так называемой «шоковой терапии» власти методично шли не один год. Можно ли было избежать дефолта и девальвации в конце 90-х — вопрос скорее риторический. Гораздо более важный вопрос — не повторит ли нынешнее руководство страны печальные ошибки прошлого.

«Чёрный понедельник» 1998 года — Парламентская газета

В России 20 лет назад, 17 августа 1998 года, был объявлен технический дефолт по основным видам государственных долговых обязательств. Этот экономический кризис стал одним из самых тяжёлых в истории России.

В 1990-х годах Россия испытывала финансовые трудности. Для покрытия дефицита бюджета Правительство стало наращивать как внешние, так внутренние заимствования. К 1998 году обязательства перед нерезидентами на рынке государственных краткосрочных облигаций (ГКО) и облигаций федерального займа, а также фондовом рынке превысили 36 миллиардов долларов, общая сумма платежей государства в пользу нерезидентов составляла около 10 миллиардов в год. Резервы Центробанка при этом насчитывали всего 24 миллиарда долларов.

Ситуацию усугубляли также низкие мировые цены на сырьё, составлявшее основу российского экспорта, и разразившийся в середине 1997 года в Азии мировой финансовый кризис. Иностранные инвесторы стали крайне неохотно предоставлять средства странам с нестабильной экономикой.

17 августа 1998 года премьер-министр Сергей Кириенко объявил о введении «комплекса мер, направленных на нормализацию финансовой и бюджетной политики». Это фактически означало дефолт по основным видам государственных долговых обязательств и девальвацию рубля. Впервые в мировой истории государство объявило дефолт по внутреннему долгу, номинированному в национальной валюте.

На 90 дней было приостановлено выполнение обязательств перед нерезидентами по кредитам, по сделкам на срочном рынке и по залоговым операциям, прекратилась купля-продажа ГКО.

Центробанк России перешёл на плавающий курс рубля в рамках границ валютного коридора от 6 до 9,5 рубля за доллар. В результате чего за несколько недель курс доллара по отношению к рублю вырос в 3,2 раза: с 6,50 до 20,83 рубля. К банкам, которые перестали выдавать вклады, выстраивались огромные очереди.

Вскоре после дефолта ушли в отставку премьер-министр Сергей Кириенко и глава Центробанка

Сергей Дубинин.

Экономический кризис 1998 года в России стал одним из самых тяжёлых в истории страны. Разорилось большое количество малых предприятий. Ряд крупных банков объявил о банкротстве, их вкладчики потеряли свои деньги. Упал уровень жизни населения, сбережения в пересчёте на твёрдую валюту обесценились. Резко возросло количество безработных.

Общие потери российской экономики от августовского кризиса, по данным Московского банковского союза, составили 96 миллиардов долларов, из них 33 миллиарда — корпоративный сектор, 19 миллиардов — население и 45 миллиардов — прямые убытки коммерческих банков.

По мнению экспертов, у кризиса 1998 года был один позитивный результат — это отход экономики от сырьевой модели и начало развития тех отраслей экономики, которые до финансового кризиса замещались импортом.

Технический дефолт облигации \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

]]>

Подборка наиболее важных документов по запросу Технический дефолт облигации

(нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Технический дефолт облигации Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Путеводитель по судебной практике. ЗаемСогласно пункту 9.7 решения о выпуске ценных бумаг (листы 23 и 24 решения о выпуске ценных бумаг) в случае дефолта Эмитент несет ответственность за ненадлежащее исполнение своих обязательств перед владельцами облигаций в соответствии со статьями 811 и 395 ГК РФ. За пользование чужими денежными средствами вследствие просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств владельцу облигаций… В случае наступления дефолта или технического дефолта Эмитента по облигациям Эмитент одновременно с выплатой просроченных сумм уплачивает владельцам облигаций проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ.
Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:

Статья: Синдицированный кредит как инструмент реструктуризации финансовой задолженности
(Клементьев А.П., Кукоба А.И., Плющик А.В.)
(«Банковское право», 2020, N 2)Подобные синдицированные кредиты выступают инструментом реструктуризации долга компании, то есть пересмотра условий ранее привлеченной финансовой задолженности. При этом случай дефолта или технического дефолта по имеющемуся долгу может иметь место или представляться заемщику неизбежным в будущем ввиду сложного финансового положения компании. Средства, полученные заемщиком от синдиката банков, могут пойти на погашение долга по другому синдицированному кредиту, двусторонним кредитам от участников синдиката, погашение обязательств по облигациям и иным долговым ценным бумагам, исполнение обязательств перед поставщиками и рефинансирование иной задолженности.

Нормативные акты: Технический дефолт облигации

Рынок жилья в России: как менялась ситуация с жильем, новостройками и ипотекой в России с 90-х годов | НГС24

Это сейчас используется комплексный подход, проекты для строительства недвижимости согласуются архитектурным советом. Новый объект должен гармонировать с остальной окружающей застройкой, чтобы город не выглядел аляповато, сравнивает Михаил Иванов, генеральный директор Нижегородской девелоперской компании.

— Вообще, конечно, в то время никто не думал о благоустройстве, это было второстепенным. Главное было — сдать квадратные метры. И класс жилья не определяли. Жилье и жилье. При этом желающих переехать в новостройки было много, цена была не такая большая, астрономических цифр не было, — говорит архитектор Михаил Вяткин.

Застройщик массового жилья диктовал рынку правила. Строить можно было спустя рукава, потому что альтернативы для покупателя не предвиделось. В Уфе, по воспоминаниям Иван Зорина, представителя группы компаний «ЖилСтройИнвест», «строили худо»: мало и очень скучно, возводили однотипные и серые дома без каких-либо интересных решений — как архитектурных, так и технологичных:

— Никто из застройщиков особо не заморачивался, потому что зачем что-то придумывать, если и так купят.

Бессмысленная и беспощадная застройка позволила освоить ранее недоступные территории, вспомнить о забытых пространствах, снова включить их в городскую среду.

Архангельск был занят решением уникальной проблемы, когда рынок земли огромный, земельных аукционов не было, зато осталось много недостроенных, незавершенных зданий на уровне второго-третьего этажа или даже свайных полей.

— Была такая никому не известная организация «Облремстройтрест». И вот они приняли решение самим искать деньги, чтобы достраивать эти квартиры и продавать их на свободном рынке. Они были первыми, кто это сделал, — вспоминает Дмитрий Яскорский.

В 2001 году в Омске начали возводить первый полностью ипотечный микрорайон на территории 22-го Военного городка. Розовые многоквартирные дома с (внезапно!) зелеными крышами выросли на территории, куда в советское время могли попасть только военные. Так омичи освоили земли, которые когда-то были для них белым пятном.

Что такое дефолт. Объясняем простыми словами — Секрет фирмы

Пример дефолта — когда человек не может расплатиться по ипотеке. Или когда компания не способна выплатить купоны по своим облигациям. Дефолт компании обычно ведёт её к банкротству — предприятие ликвидируют, а его имущество распродают, чтобы заплатить долги.

Дефолт может объявить и государство (это называется суверенный дефолт, потому что некому принудительно взыскать долги с должника). Обычно это происходит во время экономических кризисов, резкого снижения бюджетных доходов, форс-мажорных обстоятельств (вроде войны или пандемии) и т. д.

Пример употребления на «Секрете»

«Хакасия испытывает финансовые проблемы уже не первый год. Угроза бюджетного дефолта возникла в регионе ещё осенью 2018 года».

(Из новости о том, как бюджет Хакасии признали незаконным.)

Нюансы

Чтобы кредиторы и инвесторы могли оценить вероятность дефолта той или иной компании, существуют рейтинговые агентства. Они присваивают фирмам кредитные рейтинги, и самые низкие оценки называют дефолтными.

История

В 1998 году в России произошёл дефолт: государство после нескольких лет дефицита бюджета отказалось платить долги по краткосрочным облигациям, которыми пыталось восполнить нехватку казны, и конвертировало их в долгосрочные. Дополнительными факторами были экономический кризис в Азии, который отпугнул инвесторов на рынках развивающихся стран, и снижение цен на нефть (соответственно, падение доходов). В результате пришлось резко и сильно девальвировать рубль, люди потеряли свои накопления, некоторые банки и компании разорились, но для других российских производителей это стало временем возможностей.

Факт

В последние несколько лет угроза дефолта существует в США. Об этом говорит глава американского Минфина Джанет Йеллен. Госдолг страны активно растёт со времён кризиса 2008 года, он уже превысил отметку в $26 трлн и продолжает расти, а занимать больше, чтобы обслуживать существующий долг, не даёт установленный конгрессом лимит.

Статью проверил:

экономисты развеяли слухи — Рамблер/финансы

Слухи о подготовке к дефолту, который возможен уже осенью 2021 года, не имеют под собой серьезных оснований, так как у России огромный резервный фонд, а дефицит бюджета сравнительно небольшой. Об этом «Свободной прессе» заявили экономисты.

Ранее в СМИ появилась информация, что на совещании в одном из крупнейших банков России обсуждалась подготовка к дефолту на фоне роста закредитованности населения и ускорения инфляции.

Однако, по словам аналитика ГК ФИНАМ Алексея Коренева, нельзя говорить о каком-то абстрактном дефолте, так как это невозможность обслуживать конкретные долговые обязательства в той форме, которая была предусмотрена первоначальным договором.

«Речь должна идти о каких-то конкретных бумагах — облигациях самого банка, облигациях Федерального займа, так называемых ОФЗ. И потом, у нас очень часто путают дефолт с девальвацией валюты, думая, что обвал курса рубля по отношению к доллару в несколько раз в 1998 году и был дефолтом. Но это не так. На самом деле в рамках дефолта тогда на целый год были заморожены платежи как раз по ОФЗ», — пояснил он.

Эксперт уверен, что сейчас для дефолта в России совершенно нет предпосылок, так как ситуация с деньгами совершенно иная, чем 23 года назад.

«У нас огромный резервный фонд, а дефицит бюджета сравнительно небольшой. С ОФЗ тоже все неплохо. Да, их выпустили довольно много, но доходность по ним сейчас составляет в среднем 6,5% годовых, тогда как в том же 1998 году она была на уровне 200%», — заметил он.

При этом эксперты отмечают, что резервы в России даже избыточны и проблема в том, что они «консервируют» нынешнюю ситуацию, а не направляются на развитие экономики.

Ранее лидер КПРФ Геннадий Зюганов заявил, что в последнее время почти каждый день появляются новости о росте цен и «в воздухе буквально витают те же тревожные ожидания, что и весной 1998 года, — за полгода до дефолта». Он подчеркнул, что «пока еще есть время избежать «чрезвычайщины»» и призвал прислушаться к предложениям коммунистов.

«Кульбит» 1998 года: как Борис Ельцин и правительство проиграли законам экономики

Пятнадцать лет назад, 17 августа 1998 года, российское правительство объявило дефолт по внешним и внутренним государственным обязательствам. Это решение стало спусковым крючком самого острого кризиса в истории современной России. В издательстве «Колибри» выходит биография первого президента России Бориса Ельцина, которую написал Тимоти Колтон (см. интервью). В одной из глав своей книги Колтон подробно исследует вопрос о том, что предшествовало решению 17 августа 1998 года и к каким последствиям оно привело. 

Реальная продолжительность второго президентского срока Ельцина составила меньше половины первого. Ограниченное конституцией до четырех лет, его правление началось с опозданием из-за операции на сердце и еще больше сократилось из-за его досрочного ухода в отставку в декабре 1999 года. По сути же, назначение Владимира Путина премьер-министром и потенциальным преемником, произошедшее в августе, уже тогда в некоторой степени отлучило Ельцина от должности.

Свой эндшпиль Ельцин начал с того, что всерьез взялся за правительство и его главу. Об обновлении совета министров он впервые задумался в ноябре–декабре 1997 года. Тяжкий груз недовольства президента пришелся на человека, с 1992 года находившегося в должности премьер-министра. В «Президентском марафоне» Ельцин пишет, что главным достоинством Черномырдина была «его уникальная способность к компромиссам… Но вот в чем дело: главный компромисс, на котором Черномырдин и «просидел» все эти годы, — компромисс между рыночными отношениями и советским директорским корпусом — сейчас уже невозможен». Более того, Ельцин уже смотрел в будущее с тем, чтобы определить, кто станет следующим президентом; Черномырдин последнее время явно питал надежды заполучить этот приз, в то время как Ельцин считал, что его пристрастие к «шаблонам осторожного управления» и «усталость людей от привычных лиц в политике» не оставляют премьеру шансов в президентской гонке.

Реклама на Forbes

Под разными предлогами Ельцин встречался с претендентами на пост премьер-министра. Продолжая вычеркивать имена из списка, Ельцин подошел к шестой кандидатуре — Сергею Кириенко, протеже бывшего нижегородского губернатора Бориса Немцова. Кириенко имел опыт работы в комсомоле, в банковской сфере и в нефтеперерабатывающей отрасли. Вместе с Немцовым он перебрался в Москву весной 1997 года и в ноябре стал министром энергетики. Самый молодой в ельцинском списке (Кириенко было 35 лет), он отличался мягкой манерой обращения и мальчишеской внешностью. Ельцин ценил его деловой опыт и сдержанность и в то же время отмечал в нем «что-то от отличника-аспиранта». Кириенко в большей степени, чем Анатолий Чубайс и Немцов, был для Ельцина Егором Гайдаром его второго срока, вундеркиндом, имеющим связи и способным ускорить ход перемен, действуя от лица нетерпеливого президента.

Ранним утром 23 марта 1998 года он сообщил об этом Черномырдину. Кириенко согласился занять пост, и Ельцин подписал указ о назначении его исполняющим обязанности премьер-министра. После этого он предоставил Кириенко такую же свободу в выборе министров кабинета и определении программных инициатив, какую в 1991–1992 годах получили Гайдар и Геннадий Бурбулис. Страстно желая, чтобы молодой политик добился успеха, Ельцин до своего летнего отпуска два-три раза в неделю встречался с Кириенко в Кремле или «Горках-9». Молодые министры занялись финансами (Михаил Задорнов), экономикой (Виктор Христенко), налогами (Борис Федоров), вопросами труда (Оксана Дмитриева). Думе были предложены проекты законов по экономической либерализации.

Если Кириенко и обладал некоторыми качествами, необходимыми для «реформирования реформ», то время для его назначения было выбрано самое неподходящее. Неожиданным фактором стал экономический спад в странах Юго-Восточной Азии, по перегретым экономикам которых в 1997 году больно ударило падение цен на товарных биржах с последовавшим далее обрушением курсов местных валют. «Азиатский грипп» оказался заразным для российской финансовой системы, и в октябре-ноябре симптомы «простуды» были уже налицо. Вмешательство государства с целью укрепления рубля не смогло восстановить доверие участников рынка, что подтвердило снижение фондового индекса РТС с 572 пунктов — максимума по состоянию на 6 октября — до 397 пунктов по состоянию на 31 декабря. К марту наблюдатели стали отмечать, что в России развивается кризис азиатского типа. На второй неделе мая, когда мировая цена на сырую нефть упала до $12 за баррель (в январе 1997 года она составляла $26), а индекс РТС приблизился к 200 пунктам, пресса предсказала девальвацию рубля. Ельцин вместе с Кириенко и Дубининым могли бы смириться с неизбежным и попытаться как-то смягчить ее последствия, но новое правительство «страшно боялось» такой перспективы и ее политических последствий. Никто не отреагировал, и началась «атака на рубль». Попытки поддержания рубля обходились в $4 млрд ежемесячно, из-за чего золотовалютные резервы снизились до 15 млрд.

Авторы кризиса

Кризис, возможно, был бы менее болезненным, если бы не то обстоятельство, что финансовая политика правительства на деле ему способствовала. Позже Ельцин писал, что он указал на эту проблему на заседании Совета министров в декабре 1997 года: «Вы все объясняете мировым финансовым кризисом. Но есть и другая сторона — плачевное состояние российского бюджета. А вот здесь пенять можно только на себя». Но Ельцин умалчивает о том, что за «красную» часть бюджета значительную часть ответственности нес он сам.

Такое положение дел возникло еще во время реализации программы макроэкономической стабилизации 1992–1995 годов. Притом что советские социальные гарантии были ликвидированы, Ельцин не хотел еще больше сердить население, сокращая социальные выплаты и пособия, и отталкивать от себя работников бюджетной сферы, лишая их работы или задерживая выплату зарплат. Как говорил помощник президента по экономическим вопросам Александр Лившиц, Ельцин «чувствовал, что существует предел на терпение простых людей», и «боялся социального взрыва». От предпринятой в мае 1997 года попытки секвестировать недофинансированные части федерального бюджета через несколько месяцев отказались, в 1998 году попытались возродить, но безуспешно. Что касается доходов, то слабое посткоммунистическое государство вовсю пыталось собирать налоги, но часто вместо денег принимало векселя или товары. Чтобы не доводить фирмы до банкротства и массовых увольнений, правительство призвало «Газпром» и энергетические компании последовать его примеру и не требовать возвращения долгов.

Избирательная кампания 1996 года породила новый виток невыполнимых обещаний. Попытка повысить налоги после выборов ни к чему не привела. Дефицит федерального бюджета, который сократился с 10% от ВВП в 1994 году до 5% в 1995-м, в 1997-м вернулся к 8%, то есть был всего на 1% меньше суммы собранных налогов. Это означало, что правительство на каждый полученный рубль тратит почти два. Для того чтобы справиться с дефицитом и не раскручивать инфляцию, были выпущены государственные краткосрочные облигации — ГКО, обещавшие сверхвысокий доход и быструю окупаемость. ГКО скупали банки и инвесторы-нерезиденты, которые в 1996 году получили право конвертировать свои доходы в твердую валюту, что привело к дополнительному давлению на рубль.

Низкие цены на нефть, отвращение к страновому риску со стороны менеджеров фондов и последующий рост процентных ставок сделали размеры государственного долга абсолютно неисполнимыми. Министерство финансов выпускало все новые ГКО, чтобы покрыть возникающий дефицит. Годовой доход по облигациям вырос с 18% в июле 1997 года до 65% в июне и до 170% в середине августа 1998 года. Еще больше ослабили Россию несколько миллиардов долларов, размещенных в евробондах, и займы, которые следовало возвращать в долларах. Процентная ставка по долгу, составлявшая в январе 1998 года 17% бюджета, к июлю подскочила до 34%. Индекс РТС в начале июля упал до 135 пунктов и продолжал снижаться, достигнув в октябре 1998 года 38 пунктов — то есть те, кто покупал акции год назад, на пике рынка, теперь могли получить по 7 центов за доллар.

Молодое ельцинское правительство находилось в патовой ситуации. Глава ЦБ Сергей Дубинин и Центробанк России жали на все монетарные кнопки, какие только были в их распоряжении. Представители России во главе с Анатолием Чубайсом вели переговоры с МВФ об ускорении выплаты траншей ранее предоставленных займов и выделении новых кредитов. При этом $5 млрд из $14,8-миллиардного стабилизационного пакета, которые должны были быть получены Москвой к августу, бесследно исчезли. Тогда же Борис Федоров выступил с предложением о снижении налогов с одновременным усилением ответственности за уклонение от их уплаты, направленным против первой тысячи богатейших россиян.

В июне Ельцин послал коммунистической фракции парламента оливковую ветвь, назначив министром промышленности и торговли бывшего члена Политбюро ЦК КПСС, занимавшегося оборонной промышленностью, а ныне депутата Госдумы от КПРФ Юрия Маслюкова. Но попытки побудить Думу принять программу сокращения расходов провалились. Отказавшись экономить на расходах и дотациях, вводить налог с продаж и другие налоги, законодатели объявили перерыв на летние каникулы. Ельцин делал одно заявление о бюджетной дисциплине за другим, но сам не стеснялся пользоваться казной (почти пустой), чтобы задобрить избирателей.

В рамках консультаций президент в четвертый раз встретился с олигархами. На встрече, состоявшейся 2 июня 1998 года, присутствовали 10 человек. Фридман, Гусинский, Ходорковский, Потанин и Смоленский уже встречались с президентом ранее; теперь к ним присоединился Виталий Малкин из банка «Российский кредит». Кроме того, на встрече присутствовали четыре представителя промышленности — Чубайс, к тому моменту возглавивший РАО ЕЭС (этот пост он занял в марте, покинув правительство), Вагит Алекперов из «Лукойла», Владимир Богданов из «Сургутнефтегаза» и Рем Вяхирев из «Газпрома». Присутствовал и Кириенко — в отличие от Черномырдина, который не посетил ни одной из предыдущих встреч (в 1995, 1996 и 1997 годах). Ельцин охарактеризовал положение дел как угрожающее и призвал олигархов платить налоги, держать капиталы в России и сохранять веру в правительство. Он спросил, что им нужно от него в первую очередь; Фридман ответил, что больше всего нужна стабильность. Возможно, продолжил Ельцин, им будет сделано заявление о том, что Кириенко останется во главе Совета министров до 2000 года.

Но заявления не прозвучало, что не ускользнуло от внимания Кириенко. 16 и 18 июня премьер-министр встретился по отдельности с большинством участников встречи 2 июня, и его представители сообщили, что олигархи и чиновники сформируют совместный Совет по взаимной экономической помощи. Но Ельцин своего мнения по этому вопросу не высказал. Попытка придать сотрудничеству бизнеса и правительства формальный характер умерла на стадии планирования.

Ельцин несколько раз утверждал, что чрезвычайная ситуация уже позади, хотя в закрытых беседах с подчиненными говорил более откровенно. 13 августа Financial Times опубликовала письмо американского финансиста Джорджа Сороса о том, что Россия находится в «терминальной фазе краха» финансовых рынков. Он рекомендовал срочно провести девальвацию на 15–25% и передать управление рублем «валютному совету», куда вошли бы опытные эксперты. По просьбе Кириенко и Валентина Юмашева Ельцин сделал последнее опровержение. 14 августа в Новгороде он «твердо и четко» заявил, что девальвации не будет. Через два дня Кириенко, Юмашев, Чубайс и Дубинин (которого сопровождал Егор Гайдар) приехали в Завидово и сообщили президенту, что все кончено. Ельцин согласился с их мнением и в типичном для себя стиле попросил избавить его от деталей. «И без деталей было понятно, что правительство, а вместе с ним и все мы стали заложниками ситуации… Ельцин позже вспоминал: «Действуйте, — сказал я. — Давайте принимать срочные меры».

Атака на власть

17 августа Россия отпустила курс обмена валюты, объявила дефолт по ГКО и облигациям и ввела 90-дневный мораторий на выплаты иностранным кредиторам. За две безумные недели рубль упал больше чем втрое — с 6,3 до 21 рубля за доллар. ГКО превратились в бессмысленные бумажки. По условиям трехмесячного моратория российские кредиторы имели преимущество перед иностранцами, однако сотни банков не пережили растянувшейся до 1999 года сортировки, в течение которой государство в соответствии с установленной системой приоритетов возвращало долги, и разорились. Граждане выстроились в очереди к окошкам касс, пытаясь снять свои вклады.

Реклама на Forbes

В сентябре, как написал один из обозревателей, Ельцин оказался перед необходимостью «снова выбирать между вариантами просто плохими, ужасными и кошмарными». Левое и националистически настроенное большинство в Госдуме, и в особенности коммунисты-радикалы, требовало не меньше чем голову президента. 21 августа Дума приняла резолюцию, призывающую Ельцина уйти в отставку; за ее принятие проголосовали 248 депутатов, против — всего 32.

Ельцин 22 августа уведомил Кириенко, что увольняет его с поста премьер-министра, на котором тот пробыл четыре месяца. На смену ему был предложен Черномырдин — тот самый ветеран «клуба красных директоров», которого Ельцин выбросил за борт в марте. 23 августа на встрече с Черномырдиным в Кремле президент предложил ему вернуться, пространно извинился за решение, принятое весной, и выразил готовность повторить свои извинения в эфире. Черномырдин согласился принять личные извинения. Ельцин связал это назначение с вопросом о преемнике, сказав, что возвращение премьера поможет обеспечить «преемственность власти в 2000 году» и что человеческие качества Черномырдина «будут решающим аргументом на президентских выборах».

Госдума так не считала. В первом раунде голосования, состоявшемся 31 августа, за бывшего, а теперь исполняющего обязанности премьера проголосовало всего 94 депутата — меньше, чем за Кириенко в апреле. Сомнения еще больше возросли, когда после повторного голосования Черномырдин сумел набрать всего 138 голосов. Хотя это было больше, чем Кириенко набрал во втором туре в апреле, обстановка в Думе изменилась: Геннадий Селезнев более не предлагал тайного голосования; коммунисты жаждали крови; Совет Федерации не оказывал поддержки; репутации Ельцина и Черномырдина были подмочены. Существовали и конституционные осложнения. Коммунисты готовили рассмотрение вопроса об импичменте Ельцину. Согласно статье 109, президент не имел права распустить Госдуму и назначить новые парламентские выборы, если бы нижняя палата выдвинула против него обвинения.

Тогда Ельцин совершил новый кульбит (это было его любимое слово): как и в декабре 1992 года, когда выбирали Черномырдина, он согласился на компромиссную кандидатуру. Евгений Примаков, который был на два года старше Ельцина (и на 33 года старше Кириенко), руководил Внешней разведкой России, а позднее стал министром иностранных дел. До того Примаков успел побыть журналистом, ученым, членом горбачевского Политбюро и всегда умел ладить со спецслужбами. Дородный, добродушно-снисходительный в обращении, в политике он придерживался левоцентристских взглядов. Он хотел создать правительство на более широкой основе, усилить госрегулирование рынка и проводить более напористую внешнюю политику — все это устраивало парламент больше, чем программы Черномырдина или Кириенко. Примакова пришлось уговаривать. После трех встреч с Ельциным и длительных переговоров с его сотрудниками он все же согласился стать главой правительства. 11 сентября его кандидатуру утвердила Госдума: 317 голосов было за и всего 63 — против.

Примаков мог проводить необходимую корректировку курса гораздо более убедительно, чем Черномырдин. В мемуарах он напишет об отказе «президента и действующего через Ельцина его окружения от навязывания… тех или иных лиц на посты». Первым замом по экономическим вопросам Примаков назначил коммуниста Юрия Маслюкова — сторонника государственного регулирования экономики. По настоянию Примакова Виктор Геращенко, уволенный Ельциным в 1994 году, 12 сентября вернулся, чтобы возглавить Центробанк.

Реклама на Forbes

В целом Примакова можно было назвать умеренным и прагматичным премьером. Правительство, которым он управлял для Ельцина, было по сути коалиционным. К нему перешли 14 из 31 члена кабинета Кириенко. Примаков и его министры использовали административные рычаги, чтобы назначать конкурсное управление в лопнувшие банки, замедлить отток капиталов и способствовать выплате части задолженности бюджетникам и бастующим шахтерам. Дефицит предложенного ими бюджета составлял всего 3% ВВП, и Примаков с Геращенко финансировали его, запустив печатный станок, из-за чего инфляция в 1998 году составила 84% (в 1997 году была 11%), однако им удалось вырваться из губительного круга займов. Едва заметный экономический рост 1997 года сменился падением, составившим в 1998 году 4,9%, однако полный коллапс все же не наступил.

Вопреки зловещим предсказаниям российская экономика после первых судорожных недель начала драматический подъем, который продолжается и по сей день. Результаты 1999 года звучали для слуха Ельцина райской музыкой — 5,4% роста, инфляция менее 40%. Выглядевшее катастрофическим решение девальвировать рубль оказалось живительным эликсиром. Девальвация сделала нефть и другие экспортные товары более доступными для зарубежных покупателей и сформировала нетарифный барьер против импорта, что запустило процесс возрождения отечественной пищевой промышленности и производства товаров народного потребления. Оказавшись в стороне от международных рынков капитала, Россия наконец-то была вынуждена ужесточить бюджет и реструктурировать суверенный долг.

Кризис позволил сделать то, что было немыслимо в нормальной обстановке, и теперь пути назад просто не было. В мировой экономике впервые с 1980-х годов тенденции оказались благоприятными для России. Наиболее существенным стало то, что с 1998 по 2000 год цены на нефть удвоились и продолжали расти. Этот скачок, сопровождаемый ростом производства и экспорта, привел к утроению доходов от торговли нефтью и газом, что, в свою очередь, вернуло ликвидность страдающей от недостатка денег и финансовых ресурсов экономике и положило конец синдрому бесконечных неплатежей.

Вспоминая финансовый кризис 1998 года в России (обзорная статья)

Масштабы финансового краха России 17 августа 1998 года по-настоящему поразили меня только на следующий день. «Мы так облажались», — объяснил мне Джордж Коган, один из самых известных и старейших продавцов акций Москвы, стоя в квартире Саймона Данлопа, одного из самых известных московских предпринимателей. «Вся система только что вышла из строя. Для восстановления России потребуются годы.»

Москва два предыдущих года была городом-тусовщиком. Боль от шоковой терапии премьер-министра Егора Гайдара наконец начала утихать. Курс рубля был стабильным 6 руб. За доллар в течение почти года. Инфляция ползла вниз и была в подростковом возрасте, как и процентные ставки по государственным казначейским векселям ГКО. Иностранцы в Москве были в смятении после бума на фондовом рынке, когда Российская торговая система (РТС) поднялась с первоначальной начальной точки 1996 года со 100 до более 500 к концу 1997 года.Инвестиционные банкиры дрожали от волнения по поводу суммы денег, которые они зарабатывали. Все знали, какова была цена закрытия рынка в тот день, и все разговоры велись о том, какой сектор или «отличное труднопроизносимое» название из списка вырастет в следующий раз.

По ту сторону забора торговцы чеканили его. Благодаря коридору обмена рубля, национальная валюта была переоценена из-за экспорта нефти и газа, что сделало импортный бизнес золотой жилой. «Я не знаю никого, кто не стоит 3 миллиона долларов», — сказал мне один из этих трейдеров на вечеринке несколькими месяцами ранее, потягивая винтажный односолодовый виски.

Когда наступил крах, трейдеры были пойманы так же плохо, как и продавцы акций. Торговцы тратили свои деньги так же быстро, как и они, тратя деньги на аренду яхт во Франции или спортивные автомобили Mercedes для своих любовниц. Все их деньги были привязаны к инвентарю, и внезапно они оказались без наличных в замороженной экономике. Большинство выжили, но в результате, когда их бизнес снова заработал несколько лет спустя, все они позаботились о том, чтобы иметь немного наличных в резервах и собственности за границей.

Трудно преувеличить

Трудно преувеличить масштабы и потрясение катастрофы 1998 года. Вся российская экономика развалилась в мгновение ока. Это оказало глубокое влияние на всех, особенно на людей в министерстве финансов и центральном банке, которые упорно трудились, чтобы этого больше никогда не повторилось. Нынешний председатель Центрального банка России (ЦБР) Эльвира Набиуллина была тогда чиновником в министерстве финансов. Недавно ее назвали «самым консервативным центральным банкиром мира».

Валютный кризис, начавшийся в Азии за год до того, как цены на сырьевые товары обрушились, и нефть упала до 10 долларов за баррель в начале 1998 года. Бюджет России в те дни был безубыточным на уровне 14 долларов за баррель (его безубыточная цена в 2008 году составляла 115 долларов. ), а у правительства Бориса Ельцина для начала не было много денег.

Новости

Оглядываясь назад на финансовый кризис 1998 года

Подробнее

В условиях кризиса все государственные резервы твердой валюты составляли всего лишь 6 миллиардов долларов (против 460 миллиардов долларов в настоящее время), поэтому обвал цен на нефть быстро вызвал крах.Вновь назначенный премьер-министр Сергей Кириенко попытался предотвратить худшее, но 17 августа он наконец отключился.

Курс рубля упал втрое, за ночь с 6 за доллар до 21 к началу сентября. Инфляция превысила 80 процентов, и попытка Центрального банка стабилизировать экономику с использованием фиксированного обменного курса в период с 1994 по 1998 год окончилась полной неудачей.

Пробираясь сквозь завалы

Кризис привел к краху всего верхнего уровня крупнейших частных банков страны.Хотя большинство вкладчиков этих банков были спасены Центральным банком, деньги возвращались так медленно, что инфляция съела от трети до половины их стоимости. Та же участь постигла валютные вклады, принудительно конвертированные в рубли. Сбережения пенсионеров снова были уничтожены. В ноябре я присоединился к небольшой демонстрации у здания центрального банка на улице Наглинья, где пенсионеры держали таблички с адресом губернатора: «Господин. Геращенко, имейте сердце. Верни нам наши деньги.

Геращенко спас крупнейшие банки с помощью экстренного вливания денежных средств от МВФ, но эти деньги немедленно покинули Россию в тропические оффшорные зоны, и владельцы позволили своим банкам развалиться. Большинство банков переместили что-либо ценное в «бридж-банки» и позволили своим ведущим банкам исчезнуть. Онэксимбанк Владимира Потанина был одним из шести крупнейших в стране, но после того, как его ценные активы были переданы Росбанку — в то время неизвестный банк с одним офисом на Кутузовском проспекте — банк рухнул, и Росбанк быстро собрал все ценное, чтобы стать им. крупнейших частных банков России за несколько лет.

Россия также объявила дефолт по ГКО на сумму около 40 миллиардов долларов. Краткосрочные казначейские облигации, которыми широко владеют иностранные инвесторы, с тех пор как их заменили ОФЗ, являются повседневными казначейскими векселями правительства (и сейчас они еще более активно удерживаются иностранными инвесторами). Эти векселя были заблокированы на специальных счетах типа «S», на которых разрешались некоторые операции, но их нельзя было превратить в наличные, которые можно было бы вывезти из России. Технически Россия не объявила дефолта, но отсрочила все выплаты по облигациям на пять лет.Россия в конечном итоге выполнила это обязательство, и когда несколько лет спустя было дано разрешение на использование денег со счета S для вложений в акционерный капитал, это способствовало буму российских акций, начавшемуся примерно в 2003 году. Инвесторы в конечном итоге заработали неплохие деньги в качестве результат.

Но тогда все думали, что Россия облажалась. МВФ немедленно предсказал гиперинфляцию и годы застоя в латиноамериканском стиле. Все были шокированы тем, что экономика резко пошла на поправку.

Новости

Россия и другие противники доллара пока не могут победить (комментарий)

Подробнее

Возрождение

Я помню, как в 1999 году читал мрачные отчеты, но их мрачные предсказания не соответствовали жизни на улице, где магазины были полны, а настроение рядовых россиян улучшалось. Я помню, как бродил вокруг и спрашивал себя: почему внезапно появилось так много небольших ресторанов среднего размера? Когда вышли данные по ВВП за 2000 год, показывающие, что экономика выросла на 10 процентов, всем потребовалось как минимум шесть месяцев, чтобы понять, что экономика находится на подъеме, и еще два года до этого вылились в рывок на российские акции.

Среди немногих бизнесменов, которые осознали, что происходит, был главный олигарх России Роман Абрамович, который в результате вдохновенной сделки купил контроль над автобусным заводом ПАЗ в 1999 году, просто скупив его акции на открытом рынке — первое значительное поглощение. это не была сделка с частным капиталом.

Это было революционным изменением мышления. 1990-е годы были омрачены менталитетом грабителей / рейдеров при приобретении активов. Я вспоминаю, как в то время писал отчет для Economist Intelligence Unit, в котором говорилось: «Даже 75% плюс одна акция не обеспечат контроль над компанией, если вы выберете не тех партнеров.

Уберолигарх Борис Березовский выступил с идеей о том, что нет необходимости приватизировать государственную компанию, если можно «приватизировать денежные потоки», что он и сделал с Аэрофлотом с впечатляющим эффектом. Абрамович вызвал интерес к совершенствованию корпоративного управления, что привело к впечатляющему росту акций крупнейшего нефтяного ЮКОСа. Владельца Михаила Ходорковского инвестиционные банкиры из Brunswick Warburg убедили, что он может заработать больше денег на своих акциях, чем на перекачке нефти, и акции ЮКОСа выросли с 20 центов в 1999 году до более 15 долларов к 2003 году на момент ареста, что сделало Ходорковского самым богатым человеком. до 40 лет в мире.

«Я представляю все три поколения Рокфеллеров», — сказал он мне тогда в интервью. «Первыми были разбойники-бароны. Второй консолидировал империю. А третьими были члены королевской семьи ».

В том же году, что теперь считается легендарным призывом, главный экономист Goldman Sachs и российский ветеран, которому было еще около 20 лет, Аль Брич, обозначил весь российский фондовый рынок до покупки — призыв, который заставил бы вас миллионов менее чем за три года, если бы вы последовали его совету.

Эта тенденция продолжается и по сей день, поскольку владельцы бизнеса вкладывают средства в свои акции, выплачивая самые высокие дивиденды в мире (еще одна тенденция, начатая Абрамовичем, который лишил свою нефтяную компанию Сибнефть наличными, выплачивая 100% прибыли, как дивиденды незадолго до того, как он продал его Газпрому в 2005 году). Корпоративное управление прогрессировало до такой степени, что сегодня всего 6 процентов акций «Норильского никеля», принадлежащих Абрамовичу, является серьезной проблемой в текущей битве между акционерами за то, насколько щедрыми должны быть дивиденды.

Новости

Почему новые санкции могут оказаться самыми дорогостоящими для России (редакция)

Подробнее

Быстро растущие цены на нефть спровоцировали последующий бум, но для этого потребовалось несколько лет. Причиной 10-процентного роста в 2000 году — рекорд, который еще предстоит побить, — стала девальвация рубля на три четверти и конец того, что ученые Барри Икес и Клиффорд Гэдди назвали «виртуальной экономикой».

При затратах в рублях и доходах в долларах весь нефтяной сектор в одночасье превратился в огромную дойную корову, которая вливала больше денег в иссохшую в денежном отношении российскую экономику. Нефтяные компании инвестировали в добычу в 1999 году больше, чем за все предыдущие восемь лет. Как будто на иссушенную землю пролился дождь, вся экономика внезапно расцвела.

От аварии к деньгам

Катастрофа стала переломным моментом в истории России.Это вызвало огромную боль, но также привело к перезагрузке российской экономики за счет более справедливой оценки рубля.

В середине 1990-х, благодаря гиперинфляции, банки, которые сделали олигархов богатыми, были машинами для зарабатывания денег: игра заключалась в том, чтобы получить какой-то поток доходов, например, платежную ведомость государственного предприятия. Затем вы конвертировали рубли в доллары, ожидая, пока сможете заплатить, а затем конвертируете доллары обратно в рубли. Рублевая купюра не изменилась, но тем временем гиперинфляция сильно сократила векселя.Банк сохранил разницу в качестве прибыли. В результате никто не хотел ни за что платить наличными — отсюда и виртуальная экономика. Девальвация 1998 года разрушила этот механизм, и в экономику хлынули деньги.

Легко упустить из виду, насколько тяжелыми были 1990-е. После распада Советского Союза россияне погрузились в глубокую нищету. Число людей, живущих на 1,90 доллара в день или меньше — стандартный ориентир — взлетело до миллионов, в то время как сбережения были сведены к нулю в считанные дни после того, как инфляция в начале 1990-х годов выросла до более чем 2000 процентов.

К 1997 году уровень этой бедности начал резко снижаться, и появилось чувство оптимизма или нормальности. Но после краха 1998 года «бедность на 1,90 доллара США» снова выросла с 1,1 миллиона человек в 1997 году до 3,4 миллиона в 1999 году. Потребовалось еще десять лет, чтобы искоренить болезнь такого ужасного качества жизни до нуля (ни один из других стран БРИКС не перешагнул рубеж). этой строчки пока нет). В то время как в последнее время уровень бедности снова увеличился, в наши дни он измеряется по прожиточному минимуму черты бедности: в настоящее время 13.9 процентов населения находятся на этой границе или ниже нее, что наравне с тем, с чем борются большинство европейских стран, или значительно лучше.

Новости

Экономика России ужасно отстает (Редактор)

Подробнее

Еще одним заметным изменением стало осознание правительством необходимости повышения заработной платы. Около половины населения зависит от бюджета в плане заработной платы, а около четверти напрямую занято государством.Но поскольку заработная плата в государственном секторе отставала от заработной платы в частном секторе в 10 раз, это было рецептом для социальных волнений.

Когда выяснилось, что Борису Бревнову, молодому реформатору во главе государственной коммунальной монополии «Единые энергетические системы» (ЕЭС) и другу первого вице-премьера Бориса Немцова, платили 100000 долларов в год, такое богатство привело к скандал. Бревнов, друг 20-летней главы бюро Financial Times Кристи Фриланд, ныне министра иностранных дел Канады, получил западное образование и входил в команду либералов, пытающихся переделать российскую экономику в соответствии с рыночными принципами.(Сегодня никто не моргнет глазом на Игоря Сечина из «Роснефти» или Андрея Костина из ВТБ, которые, по имеющимся данным, получают зарплату, превышающую 30 миллионов долларов в год, как ведущие российские олигархи, или «столигархи», спонсируемые государством). Таким образом, заработная плата начала расти. на 10 процентов в год, и правительство сохраняло этот показатель в течение десяти лет, чтобы сократить разрыв, подпитывая бум, обусловленный потреблением.

В конце процесса различия в заработной плате между Россией и Западной Европой были в основном устранены на основе паритета покупательной способности (ППС), а также в номинальном выражении, если в уравнение включить серые доходы.

Среднемесячная заработная плата сотрудников в июле составила 42 640 рублей (678 долларов США), что на 10,7 процента больше, чем в июле прошлого года. В первой половине года среднемесячная заработная плата увеличилась на 11,1 процента по сравнению с тем же периодом 2017 года. Рост реальной заработной платы снова начал восстанавливаться и вырос в июле на 8 процентов в годовом выражении, компенсировав большую часть потерь. пережили после кризиса 2014 года. Это огромное и быстрое наверстывание упущения составляет основу популярности Путина.

В 1998 году Россия пережила драматический поворот.Эпоха Ельцина была отмечена хаосом и бедностью, но после 17 лет правления Путина Россия стала более или менее нормальной страной, где средний класс питает такие же ожидания, как и их западноевропейские сверстники. Очевидно, что этот процесс еще не завершен, но несколько лет назад ПРООН отметила Россию как «высокодоходную», поместив ее в ту же категорию, что и страны-аналоги на развитых рынках, и страна остается единственным развивающимся рынком из 90-х годов, осуществившим такую ​​трансформацию.

Несмотря на все свои многочисленные проблемы, Россия все еще работает и продолжает расти.Те торговцы из 90-х — в основном респектабельные бизнесмены, которые сегодня владеют магазинами по импорту чая или сетями автосалонов. Коган по-прежнему является продавцом акций, а Данлоп владеет одним из самых успешных в России онлайн-сайтов, посвященных музыке и книгам, стоимостью несколько десятков миллионов долларов. И трейдеры, и политики извлекли тяжелые уроки из кризиса 20-летней давности. Тот факт, что кризисы были нормой для карьеры большинства людей, сделал Россию более сильным соперником.

Бен Арис — основатель и редактор Business New Europe, где эта статья была первоначально опубликована.Взгляды и мнения, выраженные в авторских материалах, не обязательно отражают позицию The Moscow Times.

Мнения, выраженные в авторских материалах, не обязательно отражают позицию The Moscow Times.

Дефолт по российским облигациям / крах рубля — финансовые скандалы, негодяи и кризисы

Центральный банк России.«Международные резервы Российской Федерации».

Чиодо, Эббигейл и Майкл Овьянг. 2002. «Пример валютного кризиса: российский дефолт 1998 года». Федеральный резервный банк Сент-Луиса (ноябрь / декабрь).

Шанс, Клиффорд. «Хронология российского финансового кризиса 1998 года». Американско-русский юридический институт.

Домбровски, Марек.1995. «Причины обвала рублевой зоны». Исследовательский фонд CASE, Центр социальных и экономических исследований, Варшава (ноябрь).

Данжи, Марди, Рене Фрай, Бренда Гонсалес-Эрмосильо и Вэнс Мартин. 2002. «Последствия международного заражения от российского кризиса и близкого к коллапсу LTCM». Рабочий документ Международного валютного фонда WP / 02/74 (апрель).

Фишер, Стэнли.«Российская экономика в начале 1998 года». Международный Валютный Фонд.

Гилман, Мартин. 2010. Нет прецедентов, нет плана: дефолт России в 1998 году . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Надмитов Александр. 2004. Реструктуризация российского долга: обзор, структура долга, уроки дефолта, проблемы конфискации и предложение МВФ по SDRM .Кембридж, Массачусетс: Гарвардская школа права.

Одлинг-Сми, Джон. «МВФ и Россия в 1990-е годы». Международный Валютный Фонд. 2004 г.

Перотти, Энрико. 2002. «Уроки российского кризиса: экономика мягких юридических ограничений». Международные финансы , т. 5, вып. 3 (ноябрь).

Пинто, Брайан; Хара, Хоми; Улатов, Сергей.«Анализ российского кризиса 1998 года: основы и рыночные сигналы». Институт Брукингса; Всемирный банк. Январь 2001г.

Пинто, Брайан и Сергей Улатовы. 2010. «Финансовая глобализация и российский кризис 1998 года». Всемирный банк. Рабочий документ исследования политики 5312 (май).

Попов, Владимир. 2000. «Уроки валютного кризиса в России и других странах.» Проблемы переходного периода в экономике , vol. 43, № 1: 45–73.

Quandl. «Ежедневная спотовая цена на нефть Brent в Европе на условиях FOB».

Рош, Каллен. «Российский дефолт — что случилось?» Прагматический капитализм. 12 декабря 2011г.

«Россия дает рублю упасть». 1998. CNN Money (17 августа).

«Российские облигации достигают уровня дефолта в связи с приближением кризиса». 1998. Euroweek (14 августа).

«Российский кризис 1998 года». Рабобанк. 16 сентября 2013г.

«Хронология паники». Линия фронта .

Россия Rebounds

I.Обзор

Традиционная способность России сбивать с толку и удивлять наблюдателей вновь проявилась в экономических событиях последнего десятилетия. В начале переходного периода мало кто из аутсайдеров мог понять, как население пережило такое массовое падение производства, крах базовой инфраструктуры и невыплату заработной платы. Столь же удивительным было восстановление после финансового кризиса 1998 года. Большинство наблюдателей в то время предсказывали, что России потребуется много лет, чтобы оправиться от долгового дефолта и, как следствие, утраты международного доверия.Вместо этого Россия пережила свой первый период устойчивого роста и финансового рынки становятся все более оптимистичными в отношении экономических перспектив России, несмотря на высокую степень неопределенности перспектив мировой экономики. Однако этот недавний оптимизм не должен заслонять тот факт, что широко распространены различные взгляды на природу вновь обретенного процветания России и степень к которому он отражает фундаментальные изменения в экономике, которые могут привести к в устойчивый рост.В этой книге сотрудники МВФ выдвинули свою интерпретацию поразительных колебаний в экономической судьбе России, которые отметили последние пять-шесть лет. Таким образом, в следующих главах делается попытка объяснить недавнее развития событий и выявить ключевые экономические проблемы, с которыми сталкивается Россия.

Весной и летом 1997 г. ожидания относительно перспектив России достигла высшей точки. Настроения на рынке резко выросли, частично благодаря президенту Победа Бориса Ельцина на выборах в прошлом году, и с новостью о том, что после длительного и болезненного падения производства и уровня жизни российский экономика, наконец, начала расти, и инфляция была взята под контроль.За этот короткий период экономической стабильности и роста инвесторы слишком остро отреагировали. и политики неверно оценили степень, в которой они могли бы воспользоваться ситуация. В то время развивающиеся рынки по всему миру привлекали капитал. от крупных институциональных инвесторов, и Россия была в центре внимания в этом процесс. Московская биржа неожиданно получила сомнительную репутацию являясь самым эффективным фондовым рынком в мире. Международный капитал поступали в поддержку экономического потенциала России, даже когда новости о Таиланде трудности и растущее давление в Индонезии начинали улавливать инвесторов. внимание.Россия успешно предотвратила непосредственные эффекты заражения от Азии и сохраняла доступ к рынкам дольше, чем ожидали многие наблюдатели. Тем не мение, в конце концов он уступил рушащейся уверенности и объявил дефолт по своим долги в августе 1998г.

Обстоятельства финансового кризиса в России — особенно долг дефолт и трудности достижения политического соглашения о последовательном план спасения — вызвал потрясение в международной финансовой системе.В России месяцы после кризиса были довольно хаотичными, что привело к мрачные предсказания политической раздробленности и конца великой России экспериментируйте с рыночной экономикой. Банковская система была парализована, цены на активы упали, и инвесторы, как могли, направились к выходу. Как в после других финансовых кризисов во всем мире объем производства снизился, цены на товары, в том числе на товары первой необходимости, резко выросли, и многие миллионы семей, уязвимых для этих изменений, отступили — или дальше — в бедность.

Существует мнение, что кризисы — это необходимое зло, которое возможность отойти от традиционных способов ведения бизнеса. Это было безусловно, дело в том, что кризис оказал заметное благотворное влияние на Россию. и принес много изменений к лучшему. Россия действительно отскочила! И отскок был быстрее и сильнее, чем кто-либо мог предположить. в последние месяцы 1998 года. Сегодня, после четырех лет устойчивого роста, экономика находится на новых высотах, международные резервы на рекордном уровне, иностранные задолженность выплачивается досрочно, и Россия снова может использовать международные финансовые рынки, если он этого желает.Ожидания снова растут и российский фондовый рынок снова демонстрирует лучшие результаты в мире.

Как следует относиться к этому последнему приливу оптимизма? На одном конце спектр, несколько неосторожное мнение о том, что недавно процветающая Россия освободился от тягот старой советской системы и теперь твердо возглавляет к тому, чтобы догнать и превзойти более успешные страны с переходной экономикой Центральной и Восточной Европы. На другом конце спектра более скептически настроенный точка зрения утверждает, что Россия остается страной, где разрушается инфраструктура, социальные услуги неадекватны, и все еще существует широко распространенная бедность и низкий продолжительность жизни.Скептики подчеркивают, что вновь обретенное процветание России объясняется высокими мировыми ценами на энергоносители и обильным запасом нефти и газовые ресурсы. Согласно этой точке зрения, Россия, как и многие другие страны, откроет для себя перед этим, что гораздо труднее, чем может показаться, передать богатство в ресурсах в хорошо сбалансированное долгосрочное экономическое и социальное развитие.

Цель этой книги — отделить часть пшеницы от плевел. это обсуждение.Еще раз взглянув на семена финансового кризиса и его последствия и характер недавнего «восстановления» России, оценивается в книге произошли ли необходимые фундаментальные изменения для защиты России экономический прогресс в более неблагоприятных внешних условиях низких цен на нефть. Может ли Россия производить товары и услуги, конкурентоспособные на мировом рынке? И, забегая вперед, каковы основные шаги политики, необходимые для обеспечения устойчивой и сбалансированный рост для следующего поколения?

Эта книга об экономической политике, но о политике и идеологической битве. лежат недалеко от поверхности на каждом этапе.Россия в поисках политического и экономическая идентичность неразрывно связаны, и, если экономический подъем было неожиданностью, а тем более политическим изменение. Растущее разочарование в неспособности бывшего президента Правительство Бориса Ельцина проводить реформистскую политику через Думу было неотъемлемой частью краха доверия в 1998 году. Последующее изгнание реформаторов с ключевых экономических постов, а затем и восхождение относительно неизвестного Владимира Путина к президентству изначально воспринимались как неблагоприятные для строительства рыночная экономика.Однако было наоборот. После поражения коммунистов и избрание более прореформенной Думы в конце 1999 г., Правительство президента Путина хорошо использовало свою парламентскую поддержку, чтобы приступить к по продуманной и амбициозной программе структурных реформ, направленных на создание более благоприятного инвестиционного климата для отечественных и зарубежных инвесторы. Президентство Путина знаменует собой период относительной политической стабильности это, несомненно, способствовало значительному экономическому прогрессу после кризиса.Часто повторяемая мудрость о том, что экономическое благополучие требует сильного и надежного правительство никогда не демонстрировалось так решительно, как в России во время последние несколько лет.

Путь к кризису

Семена финансового кризиса 1998 года в России лежат в выборе в середине 1990-х гг. набора инструментов политики, предназначенных для достижения макроэкономической стабильности, но без достаточно сильное правительство, чтобы сделать эти инструменты политики эффективными.Выйдя из постсоветского периода в 1994 году, Россия добилась хороших результатов. прогресс в создании базовой институциональной и законодательной базы для рыночной экономики. Крах старой системы и медленное приспособление к новому повлекло за собой большие затраты с точки зрения социальной дезорганизации, падения уровень жизни и неравенство в распределении доходов и собственности. Приоритетом — как политическим, так и экономическим — было снижение сохраняющийся высокий уровень инфляции, который в 1994 году все еще превышал 300 процентов.На символической картине того времени был изображен пенсионер, пытающийся продать хлеба (который они получали вместо пенсии) на покупку других предметов первой необходимости жизнь. Бартер по-прежнему преобладал в экономике, и денежная дисциплина рыночной экономики еще предстоит. Задолженности между фирмами были обычным делом, и концепция погашения долга была далека от устоявшейся и трудной для обеспечения соблюдения через правовую систему. Обуздание инфляции считалось важным как для нормализации процесса производства и обмена, так и для улучшения бедственное положение бедных.

Источником инфляции было правильно замечено отсутствие фискальной дисциплины — огромная дефицит государственного бюджета финансировался за счет кредитов Центрального Банк России. Таким образом, попытка снизить инфляцию в 1995 г. о сокращении вдвое бюджетного дефицита (относительно ВВП) и законодательном запрете центральный банк от предоставления рублей правительству на покрытие дефицита финансирование. Для дальнейшего повышения уверенности в решимости правительства держать под контролем рост денежной массы, правительство также обязалось сохранить обмен курс рубля по отношению к США.S. доллар, в заранее объявленном коридоре, со ставкой амортизации значительно ниже уровня инфляции. Таким образом, рост денег будет ограничено тем, что соответствует поддержанию обменного курса в пределах коридор. Принимая решение использовать обменный курс в качестве «номинального якоря» для денежно-кредитной политики, Россия последовала примеру ряда других стран который после серии неудачных попыток снизить инфляцию решил сдаться денежная независимость, чтобы восстановить доверие к обещания правительства.Что примечательно при рассмотрении международного опыта с принятием якорей обменного курса, в то время как немедленные результаты в целом благоприятны, долгосрочные последствия более неоднозначны. Успех привязки обменного курса в конечном итоге зависит от характера и гибкости экономики и, что особенно важно, может ли правительство «изменить свою (фискальную) пятна «, а также продолжает внушать доверие к своей политике в более неблагоприятные периоды.Это различие между краткосрочными и долгосрочными последствиями якорей обменных курсов привели наблюдателей к выводу, что для большинства страны, оптимальное время, когда они могли бы упорядоченно выйти с якоря. Для России, как и для Аргентины в последнее время, споры, последовавшие за Кризис 1998 года был сосредоточен на том, будет ли упорядоченный отказ от обменного курса якорь (или, по крайней мере, движение штифта) было бы возможно и желательно впереди окончательный крах.

Ужесточение денежно-кредитной политики, поддерживаемое привязкой обменного курса, обеспечили в краткосрочной перспективе впечатляющее снижение инфляции и значительный повышение доверия к рублю. На силе добродетельного круга денежной дисциплины, повышения уверенности и устойчивого роста спроса на внутренние деньги, инфляция была снижена до менее 50 процентов в 1996 г. и до 15% к началу азиатского кризиса.

В этот период повышения доверия к денежно-кредитной политике Россия приняла полное преимущество резкого роста ликвидности на международных рынках капитала за счет разрешение иностранцам приобретать государственные бумаги. Значение проблема накопления долга была частично скрыта относительно сильным счет внешних текущих операций, рост валовых международных резервов, которые добавили к рыночной уверенности и повышению реального обменного курса. В течение этого периода, акцент был сделан на размере долга, который не казался по сравнению с международными и при докризисных обменных курсах — чрезмерно высоком по отношению к ВВП России.Тем не мение, недостаточное внимание уделялось высокой стоимости обслуживания долга, краткосрочным структура сроков погашения и влияние снижения обменного курса мог иметь по ситуации.

Однако основная проблема заключалась в том, что Россия явно не смогла изменить его пятна. Правительство не смогло справиться с фискальной проблемой. Масштабное уклонение от уплаты налогов и огромная утечка частного капитала продолжались даже в то время, когда Правительство мобилизовало обширное внешнее финансирование и дорогостоящий внутренний долг для финансирования его дефицита.Хотя было общепризнано, что это будет трудно укрепить финансовую дисциплину в преддверии выборов 1996 года, ожидалось, что победа г-на Ельцина на выборах принесет твердая решимость решать бюджетные проблемы. Однако эта надежда была разочарованы рядом факторов, в том числе плохим здоровьем президента, неоднократно перестановки в правительстве, все более враждебное противостояние между президентом Дума, в которой доминируют коммунисты, и серьезное ослабление федерального правительства. правоохранительные органы, особенно в отношении крупных налогоплательщиков промышленного и энергетического секторов и региональные правительства.

Неспособность решить фундаментальную проблему финансовой жизнеспособности заложена пострадал от кризиса в Азии, который, способствуя ослаблению товарных (особенно на нефть) цены — спровоцировали резкое и внезапное ухудшение ситуации в России. условий торговли и существенно увеличили стоимость доступа к нему, а также снизили приток с международных рынков капитала. Совокупное падение с точки зрения с середины 1997 г. до середины 1998 г. объем торговли составлял около 25 процентов, в годовом исчислении. обошлось платежному балансу России более чем в 20 миллиардов долларов, что составляет почти четверть экспорта.Столкнувшись с ухудшающейся ситуацией, Центральный банк России пришлось вмешаться, сильно продавая доллары, чтобы удержать обменный курс в пределах коридор. Сокращение вдвое валовых резервов в предкризисный год в августе, несмотря на продолжающийся большой приток из международных финансовых институтов, отражает степень ухудшения рыночных настроений.

Оглядываясь назад, можно утверждать, что привязка обменного курса нужно было отказаться раньше.Возможно, было окно возможностей для упорядоченного выхода из политики осенью 1997 г., в преддверии распада событий в Корее. Однако за пределами этой точки наблюдались явно сильные отрицательные последствия, которые предстоит нести, и контрфактический вопрос о том, сможет ли Россия мог бы избежать кризиса, если бы на этом этапе принял плавающую ставку ответить крайне сложно. Те политики и советники, которые близки к ситуация будет утверждать, с некоторым оправданием, что все еще существует хорошая возможность пережить азиатский кризис и избежать массовых сбоев в России, если бы правительство могло сохранить доверие и продвигаться вперед с необходимой фискальной корректировкой.Если бы не эта фискальная корректировка, это было бы не имели большого значения, если бы Россия вышла из привязки раньше — экономика, скорее всего, впала бы в цикл обесценивания, инфляции, и возобновление оттока капитала. Однако в случае политической нестабильности резко усилились в марте-апреле 1998 года в результате нового правительства кадровые перестановки и столкновение президента с Думой из-за выбора премьер-министра. Как и все годы, предшествовавшие кризису, правительство не мог надежно получить большинство в Думе в пользу ключевых экономических меры реформирования.Наиболее ярко это проиллюстрировалось, когда Дума отклонила ключевые фискальные меры, предложенные правительством в середине июля 1998 г. в рамках экономической программы, поддерживаемой МВФ.

Как справиться с кризисом

Более подробное описание обстоятельств августовского кризиса 1998 г. и поразительное отсутствие последовательной политической реакции в оставшиеся месяцы того года приведена в главе 2. Правительство России подошло к финансовым кризис отличается от других стран, пострадавших от потери инвестора доверие и падение международных резервов.Помимо объявления повсеместная приостановка платежей по обслуживанию долга, в том числе по рублевым долга и внешних платежей частного сектора, а также принятие свободно плавающего обменный курс для сохранения оставшихся резервов, экономическая политика сосредоточена в основном по поддержанию работоспособности платежной системы. Эта последняя цель была достигнута. посредством вливания ликвидности в банки, позже дополненной переводом депозиты некоторых крупных проблемных банков в государственный Сбербанк.Политические разногласия между президентом и Думой упорядочены бюджетными пересмотр невозможен в 1998 году, хотя, столкнувшись с падением доходов, Правительство прибегло к строгой системе управления денежными средствами, в которой не было процентов расходы резко упали в 1998 году. Но только в феврале 1999 года. что премьер-министр Евгений Примаков выступил с убедительным экономическим программа стабилизации, в основе которой лежит разумный бюджет на 1999 год, которую приняла Дума.

Отсутствие активной реакции макроэкономической политики в первые шесть месяцев после российского кризиса привел к относительно высокому номинальному обменному курсу корректировка и гораздо более высокий всплеск инфляции, чем в большинстве других стран которые пережили финансовые кризисы за последнее десятилетие. К февралю 1999 г. рубль потерял около 70 процентов своей стоимости по отношению к доллару — намного больший спад, чем в других кризисных странах, за исключением Индонезии (Рисунок 1.1). Вопреки общепринятому выводу, что высокий обменный курс амортизация, как правило, носит сдерживающий характер и приводит к более низким, чем ожидалось инфляции, потребительские цены в России очень резко выросли, при этом средняя инфляция около 90 процентов в 1999 г. (Рисунок 1.2). Что отличает российский опыт из других кризисных стран, похоже, была задержка макроэкономической политики реагирование и неизбирательное использование ликвидности для поддержки платежной системы. Опять же, Индонезия, которая также увеличила денежную базу в попытке поддержать свои банковская система, является единственным исключением из России в том, что касается инфляционного воздействие обеспокоено.

В то же время первоначальный коллапс производства, последовавший за августовским 1998 г. Кризис в России был не таким глубоким, как в большинстве других кризисных стран. И — счетчик к ожиданиям большинства наблюдателей — рост от первоначального спада был и быстрее и сильнее, чем в других кризисных странах. Относительная важность из различных факторов в объяснении быстрого роста выпуска был предмет многочисленных споров (описан в главе 2).На этом этапе мы бы сделали всего несколько ключевых моментов.

  • Во-первых, сильная девальвация стимулировала импортозамещение на крупном шкала. Более того, последующее повышение реального эффективного обмена ставка после первоначального значительного обесценения была несколько более приглушенной в в случае России, чем в большинстве других кризисных стран (Рисунок 1.3), что есть, Россия был более успешным — по причинам, описанным ниже — в поддержании конкурентное преимущество и продление стимула к полученному результату от чистого экспорта.
  • Во-вторых, сильная реакция предложения конкурирующих с импортом секторов были бы невозможны без — пусть и скромной — реструктуризации и ужесточение бюджетных ограничений на уровне компаний, которые уже задолго до кризиса, отражая совокупное влияние структурных реформ предпринято в течение 199–298 гг.
  • В-третьих, положительное изменение условий торговли в результате роста цен на нефть дало дальнейший рост экономики с третьего квартала 1999 года.В то время как начало восстановления добычи предшествовало росту цен на нефть, рост нефти и газ доходы были важным элементом, который помог России быстро накапливать резервы. и уменьшить его уязвимость. В то же время внутренние тарифы на электроэнергию были не увеличен, чтобы полностью отразить либо более высокие мировые цены на энергоносители, либо повышенные внутренние расходы, подразумевающие увеличение субсидирования энергии, что помогло смягчить влияние кризиса.
  • Наконец, каналы, по которым обычно передаются удары в реальную экономику в кризисных ситуациях, то есть балансы финансовых учреждений и крупных предприятий с задолженностью — были меньше актуальна в случае России, чем в других более сложных развивающихся странах. рыночная экономика.Банки в России, помимо платежной системы, в основном неактуальны для реальной экономики. Таким образом, как только платежная система выдает были решены, Проблемы банковского сектора не оказали существенного влияния на рост. Не было Кредитный кризис. Воздействие на предприятия через их балансы было в целом скромные, поскольку относительно немногие имели значительные обязательства в иностранной валюте, не соответствует потокам доходов в иностранной валюте.

Посткризисная макроэкономическая и структурная политика

Что наиболее очевидно изменилось в России в результате кризиса, так это степень ответственности политиков и политиков за разработку и реализацию экономическая политика и, в частности, фискальная политика. Призрак кажущегося неуправляемый внешний долг и угроза неконтролируемой гиперинфляции оказал отрезвляющее воздействие, позволив мистеруПримакова добиться согласия от ранее упорная Дума о жестком бюджете на 1999 год. Главное, политический консенсус выкованные в то время в пользу бюджетной осторожности в последующие два года, произведя заметную фискальную корректировку в целом уровень правительства в размере 10 процентных пунктов ВВП с 1997 по 2001 год. Это достижение частично отражало более высокие доходы от нефти, но более половины корректировка была вызвана сокращением расходов по отношению к ВВП, особенно на региональном и местном уровнях (рисунок 1.4).

Хотя политический консенсус был явно необходим при утверждении ограниченных бюджетов, это также было ключом к разительному контрасту в реализации налогово-бюджетной политики. До кризиса политическое вмешательство в процесс налогового правоприменения в изобилии. Неспособность правительства наложить санкции на крупных налоговых правонарушителей сделали законодательные обязательства неактуальными для крупных налогоплательщиков, которые самостоятельно согласовывали платежи с налоговыми органами.Эти проблемы сбора налогов усугублялись неоднократным обращением к политике компенсации налоговой задолженности против расходов, особенно на региональном и местном уровнях, что стимулировало политически влиятельным предприятиям накапливать задолженность как средство принуждения государственный спрос на их товары и услуги, часто завышенный неявным Цены. Напротив, в посткризисный период, начиная с бюджета 1999 г., видел решительные усилия по обеспечению соблюдения налоговых требований крупными предприятиями отказ от практики использования налоговых зачетов на федеральном уровне.Эта последняя инициатива оказала большое положительное влияние на ограничение степени бартерных операций по всей экономике.

В бюджете 1999 г. удалось снизить уровень реальных государственных расходов, но за счет удержания социальных выплат и заработной платы значительно ниже инфляции. Это было неустойчиво, и после кризиса произошло некоторое восстановление реальных расходов. поэтому было неизбежно. К 2000 году, когда г-н Путин был назначен исполняющим обязанности президента, стали ощущаться последствия повышения цен на нефть, и бюджетно-налоговые политическая задача изменилась на не поддаваться сильному давлению потратить все непредвиденные доходы или позволить энергетическим компаниям уклоняться от налоговые обязательства.Основным успехом налогово-бюджетной политики в 2000 и 2001 годах было чтобы противостоять такому давлению. Этому результату на техническом уровне способствовало большее центральный контроль над финансами региональных и местных органов власти, в то время как большая доля налоговых поступлений направлено через федеральный бюджет. Политически расходы сдержанность оправдывалась аргументом, что необходимо экономить ресурсы для покрытия резкого скачка планового обслуживания долга в 2003 году. Таким образом, непроцентные расходы позволили расти, но не так быстро, как накапливались нефтяные доходы, и были достигнуты значительные бюджетные профициты.

В то время как достоинства осмотрительной фискальной политики являются одним из наиболее важных уроков кризиса, остается открытым вопрос о том, можно ли его выдержать. В Бюджеты на 2002 и 2003 годы предусматривали более заметное ослабление правительственных обязательств. расходы, отражающие существенное увеличение реальных расходов на периодические такие статьи, как заработная плата и пенсии, с очень небольшими расходами на более высокие расходы, связанные с реформой и инвестиции. Кроме того, немного снизились налоги на неэнергетику. в процентах от ВВП, что отражает влияние налоговых реформ.Ясно сильный аппетит политиков к дальнейшему снижению налогового бремени. В то время как налогово-бюджетная политика остается под контролем, с небольшим профицитом, предусмотренным в бюджете 2003 г. потребуется твердая политическая решимость, чтобы противостоять дальнейшему сползанию в форма либо более высоких текущих расходов, либо дальнейшего существенного сокращения в налоговой нагрузке. В противном случае бюджетные преобразования последних лет могут так же быстро повернуть вспять перед лицом падения цен на нефть или замедления в росте.

Фискальная сдержанность перед лицом растущих доходов от нефти позволила правительству для быстрого восстановления международных резервов при замедлении роста реального курса рубля. Накапливая государственные депозиты, которые в значительной степени компенсировать денежно-кредитные эффекты массовых покупок центральным банком в валютного рынка, правительство в некотором смысле имитировало операции успешного нефтяного стабилизационного фонда. По сравнению со стабилизационным фондом, однако правительство сохраняло полную свободу действий в отношении уровня сбережений. и поэтому в каждом годовом бюджете сталкивался с деликатной проблемой прогнозирования цен на нефть на ближайший год.К счастью, как в 2000, так и в В 2001 году цены на нефть превысили прогнозы, а с учетом роста и инфляции также повысились чем ожидалось, профицит бюджета оказался намного больше, чем первоначально целевой.

Этот профицит бюджета освободил Центральный банк России от необходимости проводить более активную денежно-кредитную политику. В результате основная цель Центральный банк на протяжении большей части посткризисного периода должен был накапливать резервы и предотвратить номинальное укрепление рубля, несмотря на большой объем текущих операций. излишки.Снижение инфляции было важной, но второстепенной задачей. Цели роста денежной массы обычно превышались из-за большой рентабельности (таблица 1.1). К счастью, спрос на деньги также рос гораздо быстрее, чем ожидалось. в этот период, когда доверие к рублю и банковской системе восстановилось от минимумов, достигнутых после кризиса. В результате, несмотря на превышение денежной роста, было достигнуто постепенное снижение инфляции, хотя и менее быстрыми темпами. чем намечено.

Таблица 1.1. Основные денежно-кредитные показатели
1997 1998 1999 2000 2001 2002

(в процентах)
Рост ВВП 1.4 5,3 6,3 10,0 5,0 4,3
Инфляция (на конец периода) 11,0 84,5 36,6 20,1 18,6 15,1
Рост денежной массы 1
Цель 2230 1826 2125 2734 2428
Результат 20 57 62 40 32
Международные резервы
(Миллиарды U.Долларов)
17,8 10,9 12,4 27,9 34,5 47,8

Источники: официальные органы России; и оценки персонала МВФ.
1 М2 из ЦБ РФ «Основные положения Государственная комплексная денежно-кредитная политика »на соответствующие годы.

Таким образом, выявленное предпочтение центрального банка заключалось в том, чтобы ошибаться на стороне разрешить реальное повышение обменного курса — то, что они знали было неизбежно после огромного обесценивания в 1998 г. относительно высокая инфляция (по сравнению с конкурентами), а не номинальная укрепление рубля.Они также считали, что благодаря этому выбору они может достичь более постепенного реального повышения, чем это могло бы произойти, если бы они позволили номинальной ставке повыситься. Это трудно доказать, один так или иначе. Однако, учитывая сложность прогнозирования процесса ремонетизации и неуверенности в устойчивости восстановления добычи, поддержка центральным банком стратегии роста правительства через обесценивание курс рубля к доллару, обеспечивая при этом нисходящую траекторию инфляции было возможно, уместно — по крайней мере, до 2001 года.Однако рост цен по-прежнему находится в диапазоне 1525 процентов, что значительно превышает показатели торговых партнеров. ставки — покидая Россию в конце этого периода, все еще имея задачу снижение инфляции до однозначных цифр — задача, которая оказалась сложной для многих других развивающихся стран и стран с переходной экономикой.

Таким образом, несмотря на сильную фискальную корректировку, фундаментальное давление на невозможно было полностью сопротивляться укреплению рубля в реальном выражении чрезвычайно сильного платежного баланса.К концу 2002 г. реальная эффективная обменный курс повысился до уровня лишь примерно на 20 процентов ниже докризисного уровень (рисунок 1.5). В качестве первоначального конкурентного преимущества от амортизации умеренный, основной импульс и движущая сила экономического роста изменился с чистого экспорт для внутреннего спроса и, в частности, для устойчивого внутреннего потребления. Экономика продолжала расти, но для политиков и политиков это очевидно. как наблюдатели, так и полагая, что зависимость от потребления не является прочной основой для создания устойчивые высокие темпы экономического роста, необходимые для того, чтобы догнать более продвинутых страны с переходной экономикой.Более того, рост был узкопрофильным, движимым естественными ресурсные и тесно связанные секторы, в то время как экспорт, не связанный с энергетикой, и инвестиции застопорились. Действительно, с самого начала президентства Путина это было признано, что несмотря на то, что в российской экономике произошли кардинальные изменения, по сравнению с советскими временами устойчивый рост в будущем будет зависеть от производительности увеличения, которого невозможно было бы достичь без программы широкомасштабных структурных реформы, необходимые для создания более динамичной рыночной экономики.

В докризисный период и сразу после кризиса, структурные реформы в основном были приостановлены. Однако с усилением прореформенных партий на выборах в Думу в конце 1999 г. началась подготовка перестроить экономику на широком фронте. К 2001 г. первые плоды этого Инициатива начала проявляться, и в течение этого года наблюдалось впечатляющее ускорение структурных реформ, хотя с учетом длительных периодов реализации и важная синергия с другими реформами, которые еще не были реализованы, еще слишком рано судить об эффективности этих мер.Как описано в подробно в главах 3 и 4, смелые налоговые реформы, включая снижение и объединение налоговые ставки и отмена льгот, полностью пересмотрели предыдущие произвольные и иррациональная налоговая система, которая дает России фиксированный 13-процентный подоходный налог, что значительно снижает ставка налога на прибыль и значительно упрощенная система. Были начаты правовые реформы, направлена ​​на коренное преобразование судебной системы, с изменениями в экономическая сфера, предполагающая разделение уголовного и коммерческого процессов и значительно улучшенные арбитражные процедуры.Трудовой и земельный кодексы советской эпохи были заменены, поставив на прочную правовую основу частную занятость и продажу и право собственности на землю. Дерегулирование сократило количество лицензируемых видов деятельности, стремились ограничить навязчивые проверки со стороны коррумпированных чиновников и регистрировали новых предприятий — одноэтапный процесс, а новая пенсионная система полностью финансируемый частный компонент. В финансовой сфере законодательная база был усилен банковский надзор и борьба с отмыванием денег, и было некоторое ограниченное дерегулирование валютной системы.

Прогресс структурных реформ в 2002 году значительно замедлился. весенняя сессия Госдумы того года приняла законопроекты о реформе в нескольких важных такие области, как новый закон о банкротстве, закон о сельскохозяйственных землях и т. д. пенсионные реформы — некоторые другие запланированные реформы были отложены и противодействие к реформам — особенно к вступлению во Всемирную торговую организацию (ВТО) и реструктуризация естественных монополий — стало громче. Перспектива парламентского выборы 2003 г. и президентские выборы 2004 г. политическая воля продвигать реформу законодательства, хотя президент Путин продолжал призывать к структурным изменениям, особенно в отношении к реформе государственной службы, и временами выражал недовольство правительством министров из-за отсутствия амбиций в экономической программе и прогнозах роста.

Вызовы впереди

Ускорение реформ в 200102 году на фоне осмотрительных макроэкономической политики, что быстро привело к большему доверию среди финансовых инвесторы. Спреды по российским облигациям значительно сузились, а российские акции превзошли большинство других рынков. Международные резервы — почти 50 миллиардов долларов на конец 2002 года — рассматриваются не только как удобная подушка. против временного неблагоприятного развития событий, но также и в той мере, в какой это может быть достаточно для политиков с пространством для маневра перед лицом более постоянных потрясений.Точно так же Россия внешний долг — около 40 процентов ВВП — больше не рассматривается как основной источник уязвимости, особенно в связи с тем, что соглашения о реструктуризации привели к благоприятной структуре сроков погашения на период до 2030 года. выражаются опасения, что продолжительный период очень низких цен на нефть ставят под угрозу перспективы роста, рынок считает, что краткосрочные риски для Россия пока довольно скромная.

Наиболее ярким отражением этого суждения является то, что тенденция частного капитала потоков платежного баланса — в течение многих лет в них преобладали массовые отток капитала — похоже, изменил курс в 200102 г., с значительное сокращение оттока и всплеск притока, в том числе более высокий заимствования и перераспределение активов крупными государственными и частными компаниями в России. корпорации (рисунок 1.6). Платежный баланс оказывает давление на рубль. Таким образом, цена увеличилась, отражая давление на текущий счет со стороны относительно продолжительный период высоких мировых цен на энергоносители и, в последнее время, давление на счет движения капитала.

Оборот счета операций с капиталом отражает два различных фактора, оба из которых основаны на представлениях о политической стабильности и низком вероятность дефолта. первые из этих факторов являются существенным разница в процентных ставках между российскими и мировыми финансовыми активами, которая, в сочетании с ожиданием того, что обменный курс не будет обесцениваться много, представляет собой очень выгодную возможность для тех, у кого есть доступ к русскому языку финансовые активы. секунды и, возможно, более важный фактор улучшение инвестиционного климата и переоценка перспектив роста что было вызвано недавно реализованными или ожидаемыми структурными реформы. На данном этапе информация о природе новые притоки капитала, но они, по всей видимости, в основном Например, к финансовым активам. Решающий вопрос — на который ответ пока неясен — в какой степени более высокий частный капитал приток капитала приведет к значительному увеличению производственных инвестиций.Разумеется, потоки капитала следует приветствовать, поскольку они вносят вклад в производственный потенциал экономики. Однако, если они этого не сделают (и учитывая отсутствие развитой финансовой системы, возможно, и нет), то наращивание краткосрочные иностранные претензии в конечном итоге будут дорогостоящими и просто увеличат трудно справиться с будущими неблагоприятными изменениями внешней среды.

На этом фоне российские политики, стремясь сохранить здоровые рост и стимулирование инвестиций и занятости в ненефтяном секторе экономика — сталкиваются с рядом фундаментальных компромиссов.В макроэкономической области, необходимо сделать критический выбор в отношении

  • желаемые темпы дальнейшего снижения инфляции;
  • степень защиты конкурентоспособности ненефтяного сектора эффективно замедляя реальное укрепление рубля; и
  • степень, в которой приток капитала необходимо регулировать или контролировать.

Решение этих вопросов, а также конъюнктуры мировых энергетических рынков — в в частности риски, связанные с резким падением цен на нефть — будут эффективно определять направление фискальной, денежно-кредитной и курсовой политики в ближайшие годы.

По первому из этих вопросов — снижению инфляции — российские политики не оспаривайте достоинств обеспечения низкого и устойчивого уровня инфляции. Этот правильно рассматривается как решающий элемент в продвижении к более инвестиционной рост. Они также осознают риск того, что отсрочка снижения инфляции до низкого уровня инфляционные ожидания могут закрепиться, увеличивая затраты в виде потерянного производства на последующие усилия по дезинфляции.Тем не менее, в прошлом политики придавали второстепенное значение этому объективно, опасаясь, что слишком быстрая дезинфляция приведет к краткосрочным негативным последствиям. влияние на рост. Более того, инфляция не вызывала особого политического беспокойства. до тех пор, пока он не превысит 2025 процентов. Таким образом, денежно-кредитная политика имели тенденцию проявлять пассивность в борьбе с инфляцией, и вместо этого преобладали цели накопления резервов и предотвращения номинального удорожания рубль.Возможно, подход, которого придерживался Центральный банк России, разрешил реальное укрепление рубля будет происходить за счет инфляции, а не за счет номинальных колебаний обменного курса, было оправданным политическим выбором, учитывая несовершенные Информация. И действительно, устойчивое снижение инфляции было достигнуто при эта политика. Однако в будущем ситуация, по всей вероятности, вызовет для более активной дезинфляционной денежно-кредитной политики, особенно если баланс платежного давления со счетов как текущих операций, так и операций с капиталом сохраняется.Важно отметить, что директивным органам необходимо учитывать тот факт, что давление на рубль, которое возникают из-за непокрытого паритета процентов, могут быть частично уменьшены (и уязвимость к будущему сокращению бегства капитала), если инфляция и номинальные процентные ставки могут быть сниженным ближе к мировому уровню, чтобы предотвратить чрезмерный приток капитала.

Принимая во внимание текущую структуру банковской системы и ограниченные внутренний рынок облигаций, способность центрального банка эффективно стерилизовать его покупка иностранной валюты ограничена.Кроме того, стерилизованное вмешательство сопротивление номинальной оценке обходится дорого и в конечном итоге оборачивается саморазрушением, поскольку более высокие процентные ставки, связанные со стерилизацией, как правило, привлекают больше притоков. Эти факторы означают, что при сохранении платежного баланса чтобы укрепиться, центральный банк в какой-то момент столкнется с выбором между принятием номинального повышения курса рубля и принятием более высокой инфляции. Экономические аргументы в пользу первого курса кажутся вескими, но на практике существует значительный риск того, что политики слишком поздно отреагируют на инфляционные давление, особенно с учетом очевидной терпимости общества к умеренной инфляции и противодействие мощного промышленного лобби номинальному усилению рубля.Однако сохранение относительно высокой инфляции закончится. в среднесрочной перспективе, наносят серьезный ущерб развитию ненефтяной сектор.

В центре внимания политиков справедливо стоит реальной стоимости рубля. В долгосрочной перспективе реальный обменный курс определяется реальными экономическими факторами — обычно темпы роста производительности в стране по сравнению с конкурентами и мировые цены на основные экспортные товары — в случае России, особенно цены на нефть и газ. 1 Денежно-кредитная политика в целом неэффективна во влиянии на реальный обменный курс в чем-либо, кроме краткосрочного. Однако налогово-бюджетная политика может иметь более длительное воздействие при жесткой налогово-бюджетной политике. обычно считается эффективным средством противостояния давлению в пользу реального повышения курса. С сильным ожиданием значительного профицита платежного баланса в ближайшее время. несколько лет, вероятно, тенденция к повышению реального курса, возможно, со скоростью далеко превышающий рост производительности, который может быть достигнут за тот же период.Хотя этой тенденции нельзя и не следует полностью противодействовать, власти могут замедлить реальную оценку, но их способность делать это в корне зависит о позиции фискальной политики и, в частности, о формировании будущего бюджетные профициты. Учитывая уже произошедшую потерю конкурентоспособности после кризиса прагматичный подход для российских политиков сейчас был бы проводить политику, направленную на минимизацию разницы между ставкой реальное укрепление рубля и прогнозируемый рост производительности в экономике.Однако это, вероятно, будет означать, что по ряду различных допущений, необходимость сохранения профицита бюджета в течение следующих 45 лет. Только в в случае значительного и устойчивого снижения цен на нефть, сопровождаемого изменение направления потоков частного капитала привело бы к значительному сокращению фискальной излишек быть оправданным.

Основная проблема с такими советами заключается в том, что с политической точки зрения это будет очень сложно. чтобы противостоять давлению расходов, если цены на нефть останутся высокими, особенно с учетом приближение выборов 2003 и 2004 годов.Недавняя практика экономии «непредвиденные доходы» от нефти помогли замедлить потерю конкурентоспособности от обесценения 1998 г., но профицит бюджета 1999-2002 гг. рационализированы не на этих основаниях, а как средство экономии ресурсов для удовлетворения всплеск обслуживания долга в 2003 году. Это уже не актуальный аргумент, и директивные органы, если они хотят придерживаться подхода поддержания профицита бюджета, нужно будет предоставить другое обоснование.Предложение об учреждении официального нефтяной стабилизационный фонд — один из путей к достижению политического консенсуса за консервативную фискальную политику, которая лучше всего послужит России в лицо сильного давления на платежный баланс. Такие предложения следует приветствовать при условии работа такого фонда должным образом интегрирована с общей налогово-бюджетной политикой, управляемым с прозрачностью и подотчетностью, а также с использованием ресурсов из фонд подлежит демократическому контролю.

Третьим важным вопросом макроэкономической политики для российских политиков является как бороться с притоком капитала. Устойчивый приток капитала — если он чувствительны к процентным ставкам — порождают указанную выше политическую дилемму, в том, что номинальному повышению невозможно противостоять долгое время через только стерилизованное вмешательство. Основной ответ макроэкономической политики к чрезмерному притоку капитала следует, как указано выше, ужесточение налогово-бюджетной политики. в сочетании с повышением номинального обменного курса для снижения инфляции.Однако помимо проведения фискальной и курсовой политики есть некоторые дополнительные шаги, которые будут важны для того, чтобы Россия сохранила гарантии против уязвимости, которые он создал после кризиса 1998 года. Важно будет внедрить комплексную систему мониторинга со специальными внимание уделяется также внешним заимствованиям органов местного самоуправления как государственные, так и квазигосударственные предприятия. Централизованный контроль над различными формы государственных или гарантированных государством внешних заимствований, включая дискреционные количественные ограничения по мере необходимости должны поддерживаться и применяться в строгий манер.Для частных внешних заимствований, как минимум, полная информация необходимо собрать и опубликовать. И в той мере, в какой такие заимствования осуществляется через внутреннюю банковскую систему, это будет важно для обеспечения целесообразности и эффективности реализации пруденциальных правила, регулирующие балансовые и внебалансовые риски коммерческих банков. Есть и другие возможные ответные меры политики на чрезмерный приток капитала — для Например, введение ограничений притока в чилийском стиле или других нормативных инструменты.Однако большинство подобных мер, как правило, эффективны только на временная основа и ее следует рассматривать только в том случае, если проблема нестабильности приток капитала значительно ухудшается.

Более важным фактором на данном этапе является обеспечение того, чтобы капитал потоки переводятся в новые инвестиции и поддерживают рост производительности. В более общем смысле, политика должна поощрять рост на широкой основе, чтобы уменьшить зависимость от нефти и, таким образом, ограничивают риски снижения, связанные с будущим падением цена на нефть.Это будет зависеть от способности правительства поддерживать и расширять прогресс, достигнутый в структурных реформах, особенно тех, которые необходимы для уменьшить грозные барьеры, которые в настоящее время стоят на пути как иностранных и внутренние инвестиции. Структурные изменения, начатые в Руководство президента Путина было хорошо принято, и инвестор стал лучше настроения, но они указали на три факта. Сначала , там должно не следует ожидать немедленного прямого воздействия на рост.Законодательство одного, конечно, недостаточно, поскольку многие структурные реформы требуют поведенческих изменения, которые требуют времени, и на начальных этапах часто большие разрывы между законодательным намерением и фактической реализацией. Медленный прогресс в проведении реформ вызвала некоторое разочарование в России и сосредоточила внимание к необходимости ускорения реформ государственной службы и судебной системы, как предпосылки эффективности других структурных изменений.Оба Однако эти реформы признаны сложными и долгосрочными задачами. Второй , многие структурные реформы в повестке дня правительства взаимосвязаны и дополнительные. Как ни странно, недавние достижения также привлекли внимание насколько обширен список незавершенных реформ, которые считаются необходимыми для поощрение частных инвестиций. Часто можно услышать аргумент, что для достижения существенные результаты, необходима «критическая масса» реформ.Несмотря на то что такое понятие трудно определить с какой-либо точностью, Россия широко распространена. считается, что до этого осталось несколько лет. Третий , набирающий политический консенсус требует времени, а у Думы ограниченное время для рассмотрения очень сложные и технические вопросы. Реформы, следовательно, должны проводиться ловко. вводится поэтапно с заранее подготовленной политической почвой, в том числе на местном уровне, где реформы действительно реализуются.На в то же время сопротивление реформам, особенно со стороны промышленников с рыночные позиции для защиты, стал более изощренным, лучше организованным, и более влиятельные.

Принимая во внимание эти соображения, неудивительно, что реформы уже принятые сделали относительно немного, чтобы преодолеть барьеры на пути к новым инвестиции. Российская экономика по-прежнему сильно зависит от нескольких крупных предприятий. чей основной бизнес — добыча природных ресурсов.Действующие компании в других секторах часто могут полагаться на монополистические рыночные позиции, чтобы получить чрезмерно высокую прибыль, защищенный от конкуренции и давления с целью развития новые продукты. Ограниченное расширение неэнергетического экспорта, даже при очень высокой обесценившийся обменный курс после кризиса указывает не только на отсутствие опыта и ограниченного знания зарубежных рынков, но и к отсутствию внутренней конкуренции. Опыт других стран с переходной экономикой показывает, что важным компонентом достижения быстрого и устойчивого роста является появление новых малых и средних предприятий.Но доля таких число динамично развивающихся предприятий в России остается очень низким и не показывает признаков роста. Из этого следует вывод, что, хотя краткосрочная отдача должна не следует ожидать, реформы должны быть направлены на решительное улучшение того, что остается очень неблагоприятным инвестиционным климатом для новичков — внутренние и иностранные инвесторы.

Множество формальных и неформальных препятствий для создания новых предприятий и различные способы, которыми экономическая система продолжает отдавать предпочтение действующему президенту, часто неэффективные, предприятия в целом хорошо известны. 2 Преодолеть В этих проблемах приоритет должен быть отдан государственной службе и административным реформы, реформа естественных монополий, снижение торговых барьеров и развитие банковской системы и финансовых рынков.

Возможно, самым большим препятствием для новых предприятий остается исключительно навязчивая роль правительства в России, особенно на региональном и местном уровнях. Несмотря на недавние меры по дерегулированию, широко распространенная система государственного управления требования к лицензированию, проверке и авторизации позволяют коррумпированным бюрократам и у политиков есть широкие возможности для получения непомерных взяток с тех желающие создать новый бизнес или не допустить новых конкурентов.Дерегулирование должен продолжаться, но будет иметь ограниченное влияние, если не будет сопровождаться государственной службой и административные реформы. Прошлый опыт показывает, что без смелого масштабирования поддержки и рационализации власти на всех уровнях, коррумпированные чиновники будут найти способы получения высокой ренты от деятельности, которая даже после дерегулирования останется при условии их одобрения и разрешения. Большие увольнения, много более высокие зарплаты для тех, кто остается на государственной заработной плате, отмена дублирование государственных функций и полное устранение многих функций должен быть одним из ключевых элементов таких реформ.

Цены, взимаемые естественными монополиями, особенно в сфере электроэнергии, газа, и железнодорожный сектор — влечет за собой высокие субсидии, которые удерживают неэффективные предприятия в живых. Субсидии часто предоставляются на дискриминационной основе, в пользу крупные действующие предприятия за счет новичков. Энергетические субсидии особенно серьезная проблема. Россия унаследовала много неэффективных, энергоемких предприятий, отражая тот факт, что обильные запасы энергоресурсов привели к стратегии индустриализации в Советском Союзе, которая способствовала предприятия, мало заботящиеся о ценах на энергоносители.Постепенное увеличение энергии цены необходимы, чтобы заставить такие предприятия реструктуризоваться. Хотя естественный сами монополии расточительны, опасения, что более высокие доходы уменьшат давление на монополии с целью реструктуризации не должно задерживать рост цен. Вместо этого следует облагать налогом более высокие доходы, если их эффективное использование не может будь уверен. Помимо роста цен, реформы естественных монополий должны вовлекать приватизацию потенциально конкурентоспособных видов деятельности и реструктуризацию естественно монополистических функций, которые должны оставаться в ведении правительства контроль.Такие реформы должны идти рука об руку с давно откладывающимися коммунальными реформами. что потребует существенно более высоких цен для большинства потребителей, чтобы для увеличения окупаемости с очень низких уровней — особенно для отопления и жилье — для обеспечения соответствующих расходов на содержание в этих областях, вместе с целенаправленной поддержкой доходов для людей с самыми низкими доходами.

Снижение импортных барьеров — особенно эффективное средство принуждения Российские предприятия должны реструктурироваться, подвергая их конкурентному давлению.Поскольку членство в ВТО стало политическим приоритетом, перед властями стоит задача состоит в том, чтобы противостоять попыткам предприятий отсрочить такое давление, призывая неоправданно длительные переходные договоренности. Принятое в конце 2002 г. решение запретительно высокие тарифы на ввоз подержанных автомобилей — пример трудностей правительство пытается противостоять такому давлению. Призывает к защите, даже секторы белых воротничков, такие как страхование и финансы, получают сочувствие слышать от некоторых официальных лиц.Либерализация торговли — это область, в которой власти будет возможность, по секторам, значительно повысить конкурентоспособность давление по мере приближения членства в ВТО.

Отсутствие хорошо функционирующей банковской и финансовой системы, которая эффективно промежуточное звено между сбережениями и эффективными инвестиционными возможностями занимает центральное место к мнению скептика, что Россия не сможет преобразовать свой богатый капитал природных ресурсов в широкомасштабный экономический рост.И всесторонний рост требуется, если экономика хочет снизить зависимость от нефти. Разработка На создание здоровой банковской системы потребуется много времени, поскольку она зависит от фундаментальных факторов. улучшение корпоративного управления и способность обеспечивать выполнение юридических контрактов. Но правительство должно начать с реформирования все еще доминирующих государственных банков. Опыт других стран показывает, что такое доминирование означает, что доступный ресурсы, как правило, направляются в основном крупным традиционным предприятиям, за счет новых предприятий.

Эти реформы, более подробно описанные в главе 3, представляют собой сильную проверка решимости правительства изменить структуру экономики. В гораздо большей степени, чем это было в случае принятых и осуществленных реформ до сих пор реформы, которые еще предстоят, будут дорогостоящими для тех, кто непосредственно затронут. Бюрократы, коррумпированные чиновники и, что немаловажно, компании, извлекающие выгоду из клановый капитализм будет решительно сопротивляться реформам государственной службы и административным реформам, реструктуризация монополий и снижение импортных барьеров.Многие отрасли уже выступают против членства в ВТО, а местные губернаторы заняты мобилизация оппозиции реформам в электроэнергетике, что лишить их основного механизма предоставления квазифискальных субсидий привилегированным предприятия. Коммунальные реформы будут болезненными для большинства населения, даже с обеспечением социальной защиты для наиболее нуждающихся.

Без прогресса в структурных реформах России будет трудно добиться устойчивого и сбалансированного роста в долгосрочной перспективе.Это не для того, чтобы говорят, что российская экономика обязательно вернется в стадию стагнации, если реформы реализуются быстро. С устойчивым и постепенным прогрессом в эффективном внедрение, разумные темпы роста и растущий коэффициент инвестиций могут быть достигнуто, учитывая совокупное влияние реформ на инвестиционный климат на сегодняшний день сохраняющиеся профициты нефтегазового сектора и выгодные эффекты политической стабильности. Есть еще большие возможности для улучшения в производительности, которая может быть достигнута при умеренном увеличении инвестиций.Однако для того, чтобы Россия полностью раскрыла свой потенциал, необходимы более глубокие реформы. стимулировать новые предприятия малого и среднего бизнеса, чтобы обеспечить страну новый динамизм.

Список литературы

Бродман, Гарри Г., 2002, «Региональные измерения барьеров для бизнеса» Сделки в России: обзор »в журнале « Раскрытие делового потенциала России »: Уроки регионов для создания рыночных институтов, обсуждение Всемирного банка Бумага No.434, изд. Гарри Г. Бродман (Вашингтон: Всемирный банк).

Классенс, Стийн и Эсен Ульгенерк, 2002 г., «Корпоративные финансы в России. Регионы: ограничения спроса и предложения », в книге« Unlending Russia Business » Потенциал: уроки регионов для создания рыночных институтов, World Дискуссионный документ банка № 434, изд. Гарри Г. Бродман (Вашингтон: Мир Банк).

Спатафора, Никола и Эмиль Ставрев, 2003, «Равновесный реальный обмен» Ставка в стране-экспортере сырьевых товаров: пример России », Рабочий документ МВФ. 03/93 (Вашингтон: Международный валютный фонд).


1 См. Спатафора и Ставрев, 2003.
2 Каталог барьеров, препятствующих инвестициям, на основе всеобъемлющего обследование предприятий, приведенное в двух недавних исследованиях сотрудников Всемирного банка (см. Broadman, 2002, и Claessens, Ulgenerk, 2002).

Евро Кризис напоминает о валютном кризисе 1998 года в России

В Греции фонд и Европейский союз на прошлой неделе первоначально предложили помощь в размере 110 миллиардов евро, или 139 миллиардов долларов.После того, как рынки отреагировали скептически, министры финансов европейских стран встретились на выходных и предложили пакет финансовой поддержки на сумму почти 1 триллион долларов для Греции и других слабых экономик еврозоны. Они предложили создать инвестиционный фонд, гарантированный правительствами более богатых стран Европейского Союза, таких как Германия и Франция, который также будет использовать деньги денежного фонда.

Что касается России, то последовательные предложения по спасению были быстро расценены рынками как слишком мало и слишком поздно — как это произошло с греческим кризисом до последнего объявления.

«Чтобы потушить лесной пожар, нужна скорость», — сказал Анатолий Чубайс, который был ведущим российским переговорщиком с Международным валютным фондом во время кризиса 1998 года, в письменных ответах на вопросы о помощи Греции.

Эдмонд С. Фелпс, лауреат Нобелевской премии и экономист Колумбийского университета, в телефонном интервью привел урок из финансовой помощи 1998 года: кредиторы должны как можно быстрее объявить свое максимальное число, чтобы снизить процентные ставки и снизить стоимость финансовой помощи. .По его словам, международные кредиторы должны вмешиваться, «не оглядываясь на все свои ружья».

Г-н Нэш в своей записке для инвестора написал, что инвесторы в облигации, анализирующие ситуацию в Греции и других слабых странах южной Европы, могут делать то же самое, что и инвесторы в облигации во время кризиса в России — оценивая основные негативные финансовые факторы, настолько мощные, что многие инвесторы сделайте ставку против даже более крупного пакета помощи.

Тогда, как и сейчас, мировой экономический кризис сделал местные экономики неконкурентоспособными при существующих обменных курсах.Россия в то время привязывала рубль к доллару, а сегодня Греция заблокирована в зоне евро.

Трейдеры на фондовой бирже в связи с падением акций в России в 1998 г. Кредит … Иван Секретарев / Associated Press

В случае России цены на основные экспортные нефтепродукты страны резко упали в прошлом году из-за экономического спада в Азии в 1997 г. снизился спрос. Рубль был вынужден следовать этой тенденции вниз. Однако в течение многих месяцев российский центральный банк удерживал привязку рубля к доллару — доллар, который набирал силу, поскольку глобальные инвесторы искали безопасную гавань.

Суверенный долг и МВФ: пример России и уроки для Европы

Российского дефолта 1998 года можно было избежать на очень поздней стадии. Мартин Гилман, бывший старший представитель Международного валютного фонда (МВФ) в России и директор Центра перспективных исследований при Высшей школе экономики в Москве, проанализировал кризис и извлеченные из него уроки во время презентации своей новой книги No Precedent , Нет плана: внутри России дефолт 1998 г., в Московском Центре Карнеги.Модератором выступил Сэм Грин из Карнеги.

Россия и МВФ: маловероятное партнерство

  • Россия после распада: Россия вышла из распада Советского Союза в конце 1991 года. Страна столкнулась с беспрецедентной проблемой, в которой не было планов или простых решений относительно того, как двигаться вперед. В результате политический ответ России на экономический коллапс, вызванный распадом Советского Союза, был хаотичным.
  • Задача МВФ: Гилман, который в то время входил в состав миссии МВФ в России, признал, что он не является беспристрастным наблюдателем этих событий, поскольку он участвовал во встречах между МВФ и российскими властями.По его словам, начиная с 1992 года, когда МВФ впервые сотрудничал с Россией, эта страна представляла собой огромную проблему. МВФ традиционно помогал странам, у которых были временные проблемы с платежным балансом, и которые не были готовы справиться с кризисом экономики. Несмотря на то, что МВФ был вовлечен, поскольку не было альтернативы, его влияние (и влияние «большой семерки») было незначительным.

Кризис не был предопределен

  • Создание рынка ГКО: Многие наблюдатели считают, что создание ГКО (краткосрочных государственных облигаций) привело к формированию схемы Понци, что, в свою очередь, вызвало кризис.Гилман, однако, утверждал, что рынок ГКО был создан с добрыми намерениями — расширить и углубить рынок, предоставить кредиты тем, кто не имел доступа к Центральному банку, снизить процентные ставки и предоставить ориентиры для частного сектора.
  • Роль фискальной политики: Хотя фискальная политика не поспевала за денежно-кредитными реформами, Гилман утверждал, что это не было преднамеренным и не привело к дефолту. Однако он отметил, что настоящим поворотным моментом для России, возможно, стало 23 марта 1998 года, когда президент Борис Ельцин уволил своего премьер-министра Виктора Черномырдина.Премьер-министр разбирался в экономике лучше, чем кто-либо другой в то время, и признал, что фискальная политика должна быть под контролем, особенно получение доходов.
  • Факторы, которые часто обвиняют: Наблюдатели предлагали различные причины кризиса в России, но Гилман утверждал, что каждая из них была несовершенной. Некоторые эксперты утверждали, что долговое бремя России после распада Советского Союза было слишком высоким — но, включая 102 миллиарда долларов советского долга, общий долг России в то время составлял всего 63 процента ее ВВП, что намного лучше, чем у многих крупных экономик (включая США, Великобритания, Бразилия и Индия) в 2010 г.По словам Гилмана, азиатский кризис, осложнивший ситуацию в России, и тот факт, что многие олигархи перестали платить налоги после «покупки» переизбрания Ельцина 1996 года, также не являются виноватыми.

Что случилось на самом деле

  • Акции и потоки долга: Настоящей причиной кризиса стал рынок ГКО на 55 миллиардов долларов, который составлял лишь 27 процентов от общего долга России, сказал Гилман. Кризис возник не из-за самого уровня долга, а из-за его потока — обслуживать долг стало слишком дорого каждую неделю, когда рынок был «очищен» (все долги и платежи были согласованы), а ставки быстро менялись на нервном рынке, который стал неустойчивым.
  • Редкий дефолт: Несмотря на это, Гилман утверждал, что кризиса все же можно избежать: властям нужно было только убедить рынок в том, что деньги будут возвращены. Он указал, что дефолт по суверенному государственному долгу случается крайне редко просто потому, что правительство всегда может напечатать деньги для погашения своего долга. Он отметил, что Россия объявила дефолт по своему внешнему долгу не потому, что хотела сохранить доверие к себе в международном сообществе.
  • Почему Россия не печатала деньги: Россия решила не печатать дополнительные деньги.К середине 1998 года двумя крупнейшими достижениями Ельцина были стабилизация рубля и сдерживание инфляции. Печать большего количества денег свела бы на нет эти достижения и, возможно, даже создала бы гиперинфляцию, подобную Веймарской. Россия, по словам Гилмана, сочла целесообразным атаковать небольшой сегмент рынка ГКО.

Уроки для России и мира

  • Уроки для России: Ссылаясь на беседу с Эльвирой Набиуллиной, министром экономического развития России, Гилман сказал, что многие официальные лица считают, что МВФ и другие институты сыграли второстепенную роль в самом кризисе.Однако они заявили, что работа с МВФ научила российские власти более всесторонне осмысливать проблемы. После этого опыта российский подход к экономическим и финансовым проблемам стал гораздо более прагматичным.
  • Уроки для мира: Гилман считает, что мир не усвоил эти уроки. Хотя была проделана большая работа по определению вероятности кризисов с использованием таких соотношений, как запасы и потоки долга, а также отношения краткосрочного валютного долга к резервам, европейский долговой кризис 2010 года все же застал большинство наблюдателей врасплох.По словам Гилмана, правительства привыкли занимать деньги под низкие процентные ставки, а не увеличивать доходы, как это произошло в Греции и Ирландии, где уровень долга остается очень высоким. Гилман пришел к выводу, что рынки никогда не поверят, что Европа объявит дефолт по своему долгу, пока она не сделает это на самом деле. Между тем, он пришел к выводу, что за результатами предстоящих выборов в Ирландии будет интересно наблюдать, особенно если они откроют новый подход к решению проблемы государственного долга.

Кремль изолировал экономику России

O N НЕДАВНИЙ будний день в Перми, промышленном городе с населением 1 миллион человек на окраине Западной Сибири, посетители упаковали торопомодоро, популярный ресторан пиццы.«К июню мы вернулись к докапандемическому уровню клиентов, и с тех пор они остаются на этом уровне», — говорит Максим Минин, владелец. В прошлом году экономика России сократилась всего на 3%, в результате чего она находится в лучшем состоянии, чем многие другие. Отчасти это связано с тем, что правительство не восстановило общенациональную изоляцию после второй волны коронавируса осенью. (Избыточный уровень смертности в России — 313 на 100 000 человек, что намного превышает аналогичный показатель в Америке — говорит о том, что человеческие жертвы были огромными.) Но это еще и потому, что российская экономика давно пережила изоляцию.

Послушайте эту историю

Ваш браузер не поддерживает элемент

Больше аудио и подкастов на iOS или Android.

С 2014 года, когда Россия аннексировала Крым и вторглась в восточную Украину, Кремль управлял экономикой, как осажденной крепостью, наращивая резервы, отделяясь от мировой экономики и готовясь к потенциальному воздействию западных санкций или колебаний цен на нефть. . Эта крепость эффективно защищает от внешних ударов.Но внутри своих стен он порождает застой и недомогание, которые подпитывают оппозиционное движение Алексея Навального и протесты против президента России Владимира Путина. «Речь идет о стабильности, а не о развитии или, точнее, о контроле», — говорит Наталья Зубаревич, экономист и географ. «Они не позволят экономике умереть, но в этой системе развитие невозможно».

Основа крепости — большие запасы и низкие долги. Для г-на Путина дефолт российского правительства в 1998 году стал психологической травмой.Став президентом чуть более года спустя, он намеревался наращивать резервы страны. Когда мировой финансовый кризис привел к резкому падению цен на нефть в середине 2008 года, у России было 570 миллиардов долларов, что эквивалентно почти трети ВВП . Это оказалось кстати. Правительство сжегло банки рефинансирования и защиты рубля на 220 миллиардов долларов. Но после кризиса он продолжал тратить на вооруженные силы, зарплаты бюджетникам и пенсии. Фирмы начали заниматься собственными заимствованиями. Когда Запад ввел России санкции и в 2014 году цена на нефть упала, экономика вышла из-под контроля.

С тех пор Россия реконструировала и реструктурировала свои запасы. По состоянию на конец 2020 года в ее Фонде национального благосостояния на черный день было 183 млрд долларов ( NWF ), что является максимальным показателем с 2009 года. Общие международные резервы России составляли 596 млрд долларов, что эквивалентно импорту почти за два года. Чтобы застраховаться от санкций, центральный банк также переместил свои авуары из американских банков и из американских долларов: доля его международных резервов, хранящихся на американской территории, упала с 30% в 2013 году до всего 7% сейчас.Его общие резервы больше в золоте (24%), чем в долларах (22%) (см. Диаграмму 1).

И корпоративный сектор, и государство выплатили свои долги. Под давлением санкций российские фирмы избавились от обязательств: с 2014 года нефинансовые компании снизили размер задолженности перед иностранными кредиторами на 25%. Банки урезали свои на 65%. Правительство имело профицит бюджета в 2018 и 2019 годах. Даже после некоторого дефицита расходов во время пандемии его долг эквивалентен примерно 20% от ВВП ; только пятая часть принадлежит иностранцам.Новые американские санкции, запрещающие финансовым учреждениям покупать новые российские облигации, были скорректированы таким образом, чтобы ограничить их влияние; но даже более широкий запрет на вторичный рынок может просто привести к увеличению внутреннего долга. Российские банки покупают большую часть новых облигаций: во время последнего выпуска облигаций в начале этого месяца государственный банк ВТБ собрал около 70% размещений.

Россия также сократила свою зависимость от выставления счетов в долларах. Доля ее экспорта в долларах упала с 80% в 2013 году до менее 60% в прошлом году (см. Диаграмму 2).Менее половины торговли России с Китаем осуществляется в долларах. В торговле с EU евро почти обогнал доллар.

Кремль тоже хотел бы видеть кибер-развязку. Закон, принятый в 2019 году, призван дать правительству возможность отрезать российский интернет от остального мира. Он следует ранее принятым законам о локализации данных, призванным заставить иностранные компании хранить данные российских пользователей в России. Отечественные технологические компании уже конкурируют с западными гигантами во многих отраслях.Яндекс идет лицом к лицу с Google на российском поисковом рынке; он обошел Uber, чтобы доминировать в сфере обслуживания пассажиров. Две российские компании, Wildberries и Ozon, находятся на вершине зарождающегося рынка электронной коммерции, на котором Amazon не работает.

Тем не менее, в России нет ни широты отечественных технологий, ни технических возможностей на государственном уровне, чтобы установить межсетевой экран в китайском стиле. Хотя Кремль беспокоит охват зарубежных социальных сетей, таких как YouTube, где ведет вещание г-н Навальный, их широкая аудитория и отсутствие местных альтернатив делают их запрет неприятным.Попытка заблокировать приложение для обмена сообщениями Telegram в 2018 году закончилась тем, что Павел Дуров, основатель компании в изгнании из России, перехитрил российских регуляторов и привлек миллионы новых пользователей.

За попыткой в ​​этом году замедлить работу Твиттера с помощью новых инструментов фильтрации вскоре последовал крах собственного сайта Кремля. Несмотря на директивы о прекращении использования программ IT , в 2019 году аудиторская палата правительства обнаружила, что 96% государственных учреждений по-прежнему используют неутвержденное иностранное программное обеспечение. Отказ от западных технологий часто означал использование большего количества китайских материалов, что для Кремля менее отвратительно, чем полагаться на Америку, но все же неудобно.

Экономика России по-прежнему сильно зависит от углеводородов. Несмотря на многолетние обещания, существенной диверсификации не произошло. Углеводороды по-прежнему составляют более 60% экспорта и около 40% государственных доходов. Хотя в последние годы Китай покупает больше российской нефти и газа, EU остается крупнейшим покупателем России, а Россия — крупнейшим поставщиком EU , на долю которого приходится 30% импорта сырой нефти блока и 40% его природного газ. Это сделало бы любое эмбарго на экспорт российских энергоносителей слишком разрушительным для Запада.

В крепости нет будущего

Какой бы устойчивой ни была финансовая крепость России, ее сохранение означает жесткие ограничения на расходы. По данным Всемирного банка, меры стимулирования России, связанные с COVID-19, составили всего 4% от ВВП . В глазах г-на Путина пандемия — это не пресловутый дождливый день, для которого был предназначен NWF : фонд фактически вырос в 2020 году. Вместо этого ограниченное стимулирование финансировалось за счет займов. Большая часть стимулов была обеспечена за счет налоговых льгот и гарантий по кредитам, а не за прямую поддержку малых и средних фирм или домашних хозяйств.Как говорит Татьяна Максименко, директор детского центра в Перми: «Для государства я не имею большого значения. Мой бизнес небольшой, и мои налоги в бюджет невелики ».

Реальные доходы упали на 3,5% в 2020 году, в результате чего доход среднего россиянина на 10% ниже, чем в 2013 году. Одно исследование показало, что после шестинедельной изоляции в начале пандемии почти у половины домохозяйств не было сбережений или их было достаточно. покрыть месячные расходы. С февраля 2020 года цены на продукты питания выросли на 7,7%.Стоимость основных продуктов, таких как подсолнечное масло и сахар, выросла на 27% и 48% соответственно. В наши дни одними из самых популярных предприятий в России являются дисконтные магазины, такие как «Светофор», сибирская сеть, которая отказывается от полок и выставляет свои товары по сниженным ценам в картонных коробках на полу.

Будущее не выглядит более светлым. Россия будет бороться, поскольку мир отказывается от ископаемого топлива. Мало что было сделано для подготовки к более зеленому будущему. На возобновляемые источники энергии в настоящее время приходится менее 1% выработки электроэнергии в России.По данным Bloomberg NEF , поставщика данных, инвестиции в чистую энергию в период с 2014 по 2019 год составили всего 5 миллиардов долларов, что составляет одну шестую часть инвестиций Бразилии за тот же период и одну десятую часть инвестиций Индии. Некоторые экономисты встревожены. «Рента, которой мы пользовались последние 20 лет, никогда не вернется», — написал в прошлом году бывший министр финансов Алексей Кудрин. «Это огромная проблема для всей экономической политики».

Нефтедоллары давно перестали генерировать рост. В 2000-08 гг., На фоне нефтяного бума, Россия выросла в 6 раз.6% в год; в 2012-19 годах ВВП в среднем на прирост составлял всего 1%. При таких темпах Россия уступает не только другим странам с аналогичным уровнем развития, но даже богатым странам, которые имеют тенденцию к более медленному росту. Это лишь половина того уровня, который наблюдался в Советском Союзе с 1977 по 1985 год, во второй половине эпохи, известной как «застой».

В конце 1980-х Михаил Горбачев пытался реанимировать умирающую экономику, начав реформы, которые привели к краху советского режима. Г-н Путин настроен не повторять этого.Для ускорения роста потребуется начать реформы, которые поставят под сомнение его контроль над политикой России. Тем не менее, без структурных изменений МВФ рассчитывает, что рост России в ближайшие годы останется ниже 2%.

Если Кремль надеялся, что стагнация будет означать социальную стабильность, растущее недовольство доказывает обратное. По данным независимого опроса Левада-центра, количество людей, ожидающих экономических протестов в России, выросло с 26% год назад до 43%.Для Артема, 30-летнего биржевого трейдера, протестовавшего в Перми после ареста г-на Навального в январе, демонстрация означала не только «беззаконие» обращения Кремля с критиком. Его разочарование росло по другим причинам: «неспособность обеспечить перспективы на будущее и улучшить качество жизни людей». Кусок пиццы в Торопомодоро — плохая замена видению будущего в России. ■

Копай глубже

Президент России угрожает своему народу и соседям (апрель 2021 г.)
Владимир Путин становится все более репрессивным, поскольку теряет поддержку (апрель 2021 г.)
Наращивание российских войск на территории Украины граница вызывает тревогу (апрель 2021 г.)

Эта статья появилась в разделе «Брифинг» печатного издания под заголовком «В осаде»

российских регионов рискуют объявить дефолт, если Кремль не примет меры по спасению

МОСКВА (Рейтер) — Четыре года назад Россия Федеральное правительство очистило свои финансы, переложив ответственность за часть социальных расходов на региональные администрации.Теперь он столкнулся с последствиями: некоторые регионы погрязли в долгах и оказались на грани дефолта, если не получат помощи из Москвы.

Кассир частной компании, специализирующейся на оптовой торговле сладостями и кондитерскими изделиями, помещает 5-рублевые монеты в счетный автомат в офисе в Красноярске, Россия, на этой фотографии из архива 22 января 2016 года. REUTERS / Ilya Naymushin / Files

Это ставит президента Владимира Путина перед трудным выбором: Москва может выручить регионы, но для этого ей, возможно, придется глубже залезть в долги во время рецессии, низких цен на нефть и международных санкций за Украинский кризис.

Или это может бросить их на произвол судьбы и вызвать волнения среди рабочих, которые могут потерять свою работу в правительстве, если регион сократит расходы или упадет — точно так же, как Россия вступает в цикл выборов, кульминацией которых станут президентские выборы 2018 года.

В совокупности регионы, которых насчитывается более 80, в прошлом году имели дефицит бюджета в размере одного триллиона рублей (14,6 миллиарда долларов) при расходах в 10 триллионов, по данным Счетной палаты государства.

Глава палаты Татьяна Голикова неоднократно призывала к компромиссу по поддержке регионов.«Радикальные изменения в подходе к региональным бюджетам давно назрели», — заявила она нижней палате парламента в конце прошлого года.

Федеральное министерство финансов не ответило на запросы Reuters о комментариях, хотя ранее оно исключало амнистию по долгам регионов.

Если министерство откажется помочь, некоторые регионы окажутся в беде. «Я не говорю, что будет огромное количество дефолтов», — сказал Карен Вартапетов, экономист рейтингового агентства Standard and Poor’s.«Но ситуация будет развиваться в этом направлении».

Финансы высшего уровня России относительно стабильны, несмотря на экономический спад. Дефицит федерального бюджета находится в пределах 3 процентов от валового внутреннего продукта, что пропорционально меньше, чем в ряде государств Европейского Союза, а суверенный долг невелик.

Но это частично построено на бухгалтерском учете, который перенес экономические трудности с национального баланса на регионы.

Их общий долг увеличился вдвое с 2012 года, по данным министерства финансов, после периода очень скромного роста.По прогнозам S&P, к концу 2018 года он снова увеличится более чем вдвое, до 5,5 трлн рублей.

Это было бы терпимо, если бы не тот факт, что доходы регионов сокращаются, а они должны продолжать тратить, чтобы выполнить обещания, наложенные на них Путиным. .

НАИЛУЧШИЙ СЛУЧАЙ

Наихудший случай — это Мордовия, регион в центральной части европейской части России, который мало производит и нуждается в средствах для проведения раундов чемпионата мира по футболу 2018 года в столице Саранске.

Его долг вырос на 30 процентов в прошлом году до 33.По данным Минфина, 7 миллиардов рублей, или 46 тысяч рублей на каждого жителя, что равняется двухмесячной зарплате среднестатистического тамошнего работника.

Долг Мордовии превышает 180 процентов годового дохода правительства региона, однако премьер-министр Владимир Волков заявляет, что оно продолжит расходовать средства в соответствии с приказом Кремля в мае 2012 года. «Цели, поставленные в майских указах президента, должны быть выполнены», — сказал Волков. сообщил его парламенту в декабре, по данным местных агентств.

Хотя проблемы других регионов могут быть не такими серьезными, более 90 процентов из них имели дефицит в прошлом году, и их долговая нагрузка вырастет в среднем до 60 процентов доходов к концу следующего года по сравнению с 27 процентами в 2014 году. по данным S&P.

Это оставляет их правительства без наличных денег для обслуживания своих долгов, что повышает вероятность дефолта для некоторых из них.

Хотя федеральное правительство может прибегнуть к своим валютным резервам, если это необходимо для выплаты суверенного долга — его достаточно для покрытия всей суммы и еще остается четверть миллиарда долларов — у регионов нет такой системы защиты.

Москва предлагает дешевые ссуды регионам, но их недостаточно для погашения их долгов, не говоря уже о любых других расходах.Поэтому региональным правительствам приходится обращаться к выпускам внутренних облигаций и займам от российских коммерческих банков, а заимствование за границей не является вариантом из-за санкций.

ОБЕЩАНИЯ ПУТИНА

В соответствии с его указами от мая 2012 года Путин распорядился, чтобы значительная часть государственных расходов на здравоохранение, образование и коммунальные услуги была передана регионам для поддержания здоровья федерального бюджета.

Местным органам власти также было приказано повысить заработную плату работникам здравоохранения и образования не менее чем на 100 процентов к 2018 году — году следующих президентских выборов.Поскольку на социальные расходы приходится 60 процентов расходов региональных правительств, они поспешили занять.

Поначалу казалось, что рисков нет. Еще в мае 2012 года цена на нефть, основной источник экспорта России, составляла более 100 долларов за баррель, и правительство ожидало, что годовой экономический рост составит 6 процентов в течение всего десятилетия. Сейчас нефть стоит 40 долларов, а Россия переживает рецессию, при этом в прошлом году экономика сократилась на 3,7 процента.

Из-за кризиса регионы генерируют гораздо меньше денежных средств и стали зависимы от финансовых рынков в плане рефинансирования долгов.Большинство кредитов коммерческих банков являются краткосрочными, при этом около трети кредитов необходимо погашать ежегодно.

В прошлом году федеральное правительство попыталось замедлить рост долга, и рост региональных расходов замедлился до консолидированного 1 процента в 2015 году, по данным S&P.

Но при инфляции на уровне 12,9 процента сохранение расходов на прежнем уровне означает сокращение в реальном выражении. Это не понравится россиянам, которые голосуют на парламентских выборах в сентябре.

Рейтинговое агентство Moody’s оценивает общие операционные расходы регионов в этом году на 2-4%.

В этом году правительство выделило регионам 310 миллиардов рублей бюджетных кредитов с очень низкой процентной ставкой, но, по оценкам S&P, это покрывает лишь 60 процентов потребностей в рефинансировании.

«Они фактически только отложили пик обслуживания долга на 2018–2019 годы, когда наступит срок погашения большей части бюджетных кредитов», — говорится в отчете S&P.

НЕУДОБНЫЙ ВЫБОР

По словам политических аналитиков, Кремль опасается, что если региональные правительства сократят расходы, это может вывести разгневанных людей на улицы для протеста.

До сих пор имели место лишь небольшие изолированные протесты без какой-либо политической повестки дня, но по мере того, как рецессия усиливается, демонстрации могут расти, особенно в провинциальных городах с небольшими экономическими возможностями.

Учитывая такой риск, Кремль, вероятно, решит выручить регионы. «Скорее всего, потребуется помощь из федерального бюджета и, скорее всего, (регионы) ее получат», — сказал Александр Ермак, главный долговый аналитик брокерской компании «Регион».

Но это, в свою очередь, заставит правительство сделать более неудобный выбор.

При падении доходов федерального бюджета правительству придется определить приоритеты, кого оно хочет поддерживать: банки, попавшие под санкции, регионы или государственные предприятия.

Если вы решите помочь им всем, это может исчерпать все резервы, которые Россия создала в качестве подушки безопасности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.